Определение N 77 от 09.07.2018 о неприемлемости обращения № 89g/2018 г. об исключительном случае неконституционности некоторых положений Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 89g/2018 г. об исключительном случае

неконституционности некоторых положений Дисциплинарного устава

государственного служащего с особым статусом Министерства

внутренних дел, утвержденного Постановлением

Правительства № 409 от 7 июня 2017 года

№ 77  от  09.07.2018

 (в силу 09.07.2018) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 424-429 ст. 160 от 16.11.2018

* * *

Конституционный суд в составе:

Михай ПОАЛЕЛУНЖЬ, председатель,

Аурел БЭЕШУ,

Игорь ДОЛЯ,

Вячеслав ЗАПОРОЖАН, судьи,

при участии секретаря заседания Еуджении Мыца,

принимая во внимание обращение, представленное

и зарегистрированное 25 июня 2018 г.,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 9 июля 2018 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности пунктов 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года, заявленном Виталием Бызгу, стороной в деле № 3a-602/18, находящемся в производстве Апелляционной палаты Кишинэу.

2. Обращение было представлено в Конституционный суд 25 июня 2018 года коллегией по гражданским и административным делам Апелляционной палаты Кишинэу, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

A. Обстоятельства основного спора

3. В производстве Апелляционной палаты Кишинэу находится апелляционное заявление Виталия Бызгу на решение суда Кишинэу, сектор Чентру, от 12 февраля 2018 года, которым было отклонено его исковое заявление против Генерального инспектората полиции МВД.

4. В ходе судебного заседания от 7 июня 2018 года Виталий Бызгу заявил об исключительном случае неконституционности пунктов 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года.

5. Определением от того же числа Апелляционная палата Кишинэу удовлетворила ходатайство и направила обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

6. Применимые положения Конституции:

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

«(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию».

Статья 23

Право каждого человека на знание своих прав и обязанностей

«[...]

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность».

7. Применимые положения Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года:

«39. Дисциплинарным проступком считается совершенное виновное деяние (действие или бездействие) служащего, которыми нарушены положения настоящего Дисциплинарного устава, действующих нормативных актов, ограничения, запреты и несовместимость, установленные действующим законодательством, приказы и распоряжения вышестоящих руководителей, внутренний регламент, под действие которого подпадает специфика должности, а также требования должностной инструкции согласно занимаемой должности.

[...]

69. Служащий, который должен быть заслушан в ходе служебного расследования, вправе:

1) требовать отстранения лица, которое проводит служебное расследование, при возникновении оснований, предусмотренных в пункте 57 настоящего Дисциплинарного устава;

2) предоставлять лицу, которое проводит служебное расследование, доказательства, которые служащий считает необходимыми для доказывания своей невиновности, либо которые могут повлиять на наложение более мягкого дисциплинарного взыскания;

3) обжаловать действия лица, которое проводит служебное расследование, и принятые в ходе его решения у руководителя подразделения, который назначил проведение служебного расследования и, при необходимости, у вышестоящего руководителя.

70. По окончании служебного расследования лицо, получившее дисциплинарное взыскание, на основании письменного заявления на имя лица, назначившего проведение служебного расследования, вправе ознакомиться с приказом и материалами расследования, с соблюдением законодательства о государственной тайне и защите персональных данных. Заявление приобщается к материалам служебного расследования.

[...]».

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

8. В обоснование обращения об исключительном случае неконституционности автор отмечает, что оспариваемые положения противоречат требованиям качества закона и, будучи неясными, применяются по усмотрению лица, проводящего служебное расследование.

9. Автор также отмечает, что пункты 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел нарушают право работников полиции на справедливое судебное разбирательство в процессе проведения в отношении них служебного расследования.

B. Оценка Конституционного суда

10. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

11. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль постановлений Правительства, в данном случае Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года, относится к компетенции Конституционного суда.

12. Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности было заявлено Виталием Бызгу, стороной в деле № 3a-602/18, находящемся в производстве Апелляционной палаты Кишинэу. Оно подано субъектом, наделенным таким правом, на основании ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

13. Конституционный суд отмечает, что предметом обращения являются пункты 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года, определяющие понятие дисциплинарный проступок и регулирующие права служащего, который должен быть заслушан в ходе служебного расследования.

14. Конституционный суд отмечает, что автор обращения ссылается на неясность оспариваемых положений и на их несоответствие принципам справедливого судебного разбирательства.

15. Конституционный суд подчеркивает, что, согласно статье 24 ч.(2) Закона о Конституционном суде и статье 39 Кодекса конституционной юрисдикции, обращение должно быть обоснованным и содержать предмет и обстоятельства, на которые заявитель основывает свои требования.

16. Рассмотрев обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд заключает, что оно не обосновано, а его автор, в сущности, недоволен порядком применения положений пунктов 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел лицом, осуществлявшим служебное расследование, и руководителем подразделения, назначившим его проведение.

17. Конституционный суд отмечает, что трудовые правоотношения должны осуществляться в рамках закона, с соблюдением прав, обязанностей и законных интересов обеих сторон. Поэтому дисциплинарное расследование до применения взыскания в значительной степени способствует предотвращению произвольных, незаконных или необоснованных мер со стороны работодателя, пользующегося своим преимущественным положением.

18. Что касается области применения принципов справедливого судебного разбирательства, Конституционный суд напоминает, что в постановлении от 23 июня 1981 года по делу Le Compte, Van Leuven и De Meyere против Бельгии, §51, Европейский суд по правам человека подчеркивал, что дисциплинарные производства подпадают под действие статьи 6 §1 Конвенции в части справедливости разбирательства и разрешения дела независимым и беспристрастным судом в разумный срок.

19. Вместе с тем Европейский суд отметил, что в случае, когда государственные органы, наделенные полномочиями по расследованию дисциплинарных проступков и применению взысканий, не выполняют требования независимого и беспристрастного суда, то законодательство страны должно открывать доступ к судебной инстанции, которая предоставляет все гарантии, предусмотренные статьей 6 Конвенции (Frankowicz против Польши, 16 декабря 2008 года §60, и Chaudet против Франции, 29 октября 2009 года, §36).

20. По делу De Geouffre de la Pradelle против Франции (16 декабря 1992 года, §34) Европейский суд заключил, что внутреннее законодательство должно обеспечивать каждому лицу «ясную и конкретную возможность обжаловать акт, представляющий собой вмешательство в его права».

21. Так, Конституционный суд отмечает, что, согласно действующему законодательству, акт о наложении дисциплинарного взыскания не исключается из судебного контроля. По обращению заинтересованной стороны суд высказывается по вопросу о законности примененного взыскания.

22. Кроме того, Конституционный суд заключает, что, согласно пункту 101 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, служащий, на которого наложено взыскание, вправе обжаловать законность приказа о применении дисциплинарного взыскания в компетентный административный суд в соответствии с законом. Эти положения закона соответствуют конституционным нормам статьи 53, согласно которым лицо, ущемленное в каком-либо своем праве властью посредством какого-либо административного акта или неудовлетворением прошения в установленный срок, может добиваться признания своего права, отмены акта и возмещения ущерба.

23. В то же время Конституционный суд отмечает, что возможные ошибки в применении закона в ходе проведения служебного расследования не могут служить основанием для обращения о неконституционности оспариваемых положений и, соответственно, не подлежат конституционному контролю, осуществляемому Конституционным судом, а относятся к компетенции судебной инстанции, наделенной полномочиями рассматривать случаи, составляющие дисциплинарные проступки, и проводить эффективный анализ оспариваемого взыскания с соблюдением гарантий справедливого судебного разбирательства.

24. Изучив нормативное содержание пунктов 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом, Конституционный суд отмечает, что они предусматривают, какие именно действия, совершенные государственным служащим с особым статусом, составляют дисциплинарный проступок и какими правами он обладает в ходе служебного расследования. Относительно заявлений о неконституционности этих положений в связи с отсутствием в них ясности и предсказуемости, Конституционный суд приходит к выводу, что они необоснованны.

25. В данном случае Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения предусматривают достаточно ясно, что совершение виновного деяния (действие или бездействие) служащим, которым нарушены положения Дисциплинарного устава, действующих нормативных актов, ограничения, запреты и несовместимость, установленные действующим законодательством, приказы и распоряжения вышестоящих руководителей, внутренний регламент, под действие которого подпадает специфика должности, а также требования должностной инструкции согласно занимаемой должности, является дисциплинарным проступком, что государственный служащий с особым статусом обладает определенными правами в ходе служебного расследования, а также, что по окончании служебного расследования лицо, получившее дисциплинарное взыскание, на основании письменного заявления на имя лица, назначившего проведение служебного расследования, вправе ознакомиться с приказом и материалами расследования.

26. Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения закона имеют ясное и точное нормативное содержание, чтобы обеспечить надлежащее применение и понимание их значения, чтобы адресат – в данном случае, государственный служащий с особым статусом – адаптировал свое поведение и имел правильное представление о проведении дисциплинарного производства.

27. Конституционный суд отмечает, что действующее законодательство, путем регламентирования возможности обжалования акта о наложении дисциплинарного взыскания, предусматривает достаточные судебные гарантии от произвола государственного органа, наделенного полномочиями по рассмотрению дисциплинарных проступков, и заключает, что обращение является необоснованным.

По этим основаниям, в соответствии со ст.26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности пунктов 39, 69 и 70 Дисциплинарного устава государственного служащего с особым статусом Министерства внутренних дел, утвержденного Постановлением Правительства № 409 от 7 июня 2017 года, заявленном Виталием Бызгу, стороной в деле № 3a-602/18, находящемся в производстве Апелляционной палаты Кишинэу.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в «Monitorul Oficial al Republicii Moldova».