Постановление N 14 от 27.04.2021 о контроле конституционности Закона № 218 от 3 декабря 2020 года о внесении изменений в некоторые нормативные акты (исключение некоторых полномочий Президента Республики в отношении Службы информации и безопасности) (обращения № 195а/2020 г. и № 199а/2020 г.)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о контроле конституционности Закона № 218 от 3 декабря 2020 года

о внесении изменений в некоторые нормативные акты

(исключение некоторых полномочий Президента Республики

в отношении Службы информации и безопасности)

(обращения № 195а/2020 г. и № 199а/2020 г.)

№ 14  от  27.04.2021

 (в силу 27.04.2021) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 122-128 ст. 75 от 21.05.2021

* * *

Именем Республики Молдова

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Думитру Аворника,

принимая во внимание обращения,

зарегистрированные 4 и 7 декабря 2020 года,

рассмотрев данные обращения в открытом пленарном заседании,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате,

выносит следующее постановление:

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужили обращения, представленные в Конституционный суд 4 и 7 декабря 2020 года депутатами Парламента Республики Молдова Серджиу Литвиненко [обращение № 195а/2020 г.], Дину Плынгэу и Марией Чобану [обращение № 199а/2020 г.], в порядке статьи 135 ч.(1) п.а) Конституции, статьи 25 п.g) Закона № 317 от 13 декабря 1994 года о Конституционном суде и статьи 38 ч.(1) п.g) Кодекса конституционной юрисдикции № 502 от 16 июня 1995 года.

2. Авторы обращений просят Конституционный суд проверить конституционность Закона № 218 от 3 декабря 2020 года о внесении изменений в некоторые нормативные акты, которым были внесены изменения в Закон № 753 от 23 декабря 1999 года о Службе информации и безопасности Республики Молдова и в Закон № 170 от 19 июля 2007 года о статусе офицера информации и безопасности, касающиеся некоторых полномочий Президента Республики в отношении данной службы.

3. Определением Конституционного суда от 15 декабря 2020 года, без вынесения решения по существу, обращения были признаны приемлемыми.

4. Принимая во внимание идентичность предмета обращений, Конституционный суд тем же определением на основании статьи 43 Кодекса конституционной юрисдикции объединил эти обращения в одно производство под № 195а/2020 г.

5. В ходе рассмотрения дела Конституционный суд запросил мнения Президента Республики Молдова, Правительства, Службы информации и безопасности, Института юридических, политических и социологических исследований.

6. Кроме того, Конституционный суд 21 декабря 2020 года запросил мнение Европейской комиссии за демократию через право Совета Европы (далее Венецианская комиссия) о компетенции Конституционного суда по проверке конституционности закона в свете доводов о нарушении процедуры его принятия.

7. Венецианская комиссия 23 марта 2021 года представила Заключение amicus curiae № 1020/2021 для Конституционного суда Республики Молдова по трем вопросам контроля конституционности процедуры принятия законов Парламентом, CDL-AD(2021)016).

8. В открытом заседании Конституционного суда присутствовали автор обращения № 195а/2020 г. – Серджиу Литвиненко, автор обращения № 199а/2020г. – Дину Плынгэу и представитель Парламента – Лилиян Енчу.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

9. Группа из десяти депутатов Парламента Республики Молдова, пользуясь правом на законодательную инициативу, гарантированным статьей 73 Конституции, зарегистрировали 1 декабря 2020 года в Секретариате Парламента законопроект № 481 (далее – законопроект). В этом законопроекте депутаты предложили внести следующие изменения в Закон № 753 от 23 декабря 1999 года о Службе информации и безопасности Республики Молдова и в Закон № 170 от 19 июля 2007 года о статусе офицера информации и безопасности: а) отменить полномочия Президента Республики по управлению деятельностью Службы информации и безопасности, установив, что деятельность Службы подлежит парламентскому контролю; b) исключить из полномочий Президента Республики назначение на должность и освобождение от должности директора Службы, который впредь будет назначен или освобожден от должности Парламентом по предложению определенного числа депутатов; с) исключить Президента Республики из процедуры принесения присяги директором Службы; d) отменить полномочия Президента Республики по назначению на должность заместителя директора Службы с передачей полномочий по назначению на эту должность Парламенту по предложению директора Службы; е) отменить полномочия Президента Республики по утверждению численного и номинального состава Коллегии Службы с передачей этих полномочий Парламенту по предложению директора Службы; f) отменить полномочия Президента Республики по утверждению образца удостоверения офицера Службы, имеющего высшее специальное звание, и Положения об удостоверении офицера Службы, имеющего высшее специальное звание, с передачей этих полномочий Парламенту по предложению директора Службы; g) отменить полномочия Президента Республики по утверждению или неутверждению присвоения офицерам информации наград иностранных государств, международных и зарубежных организаций, установив, что офицеры информации запрашивают согласие директора Службы; h) исключить из полномочий Президента Республики утверждение модели форменной одежды офицера информации.

10. Комиссия по вопросам права, назначениям и иммунитету, которой законопроект был представлен на рассмотрение, 2 декабря 2020 года составила доклад по данному проекту закона и предложила его для принятия Парламентом в двух чтениях.

11. Главное юридическое управление Секретариата Парламента 3 декабря 2020 года представило заключение по законопроекту, в котором отмечалось, среди прочего, что: а) в предлагаемые нормы за последние четыре года три раза вносились изменения, а это влияет на принцип стабильности и предсказуемости законодательства; b) законопроект не прошел антикоррупционную экспертизу, которая, согласно ч.(1) статьи 35 Закона № 100 от 22 декабря 2017 года о нормативных актах, является обязательной; с) к законопроекту не были приложены результаты экспертиз и исследований, проведенных в ходе его разработки, а также результаты публичных консультаций по нему, хоть это и обязательно, согласно ч.(6) статьи 47 Регламента Парламента, принятого Законом № 797 от 2 апреля 1996 года; d) Комиссия по вопросам права, назначениям и иммунитету не организовала публичные консультации по законопроекту и не составила свод рекомендаций, поступивших в ходе публичных консультаций, как этого требует статья 49¹ Регламента Парламента.

12. В тот же день, то есть 3 декабря 2020 года, примерно в 10:00¹, Парламент собрался на пленарное заседание. Примерно в 10:17² часов Игорь Гросу, депутат парламентской фракции от ПДС блок ACUM, предложил исключить, на основании статьи 46 Регламента Парламента, законопроект из повестки дня заседания Парламента, поскольку он посягает на политическую стабильность и безопасность государства. Предложение не набрало необходимого количества голосов и, следовательно, законопроект остался в повестке дня [см. стенограмму пленарного заседания Парламента от 3 декабря 2020 года, стр. 11-12].

__________________

¹ https://www.youtube.com/watch?v=Dace3sudEoA

² Ibidem.

13. Парламентская оппозиция потребовала исключить из повестки дня пленарного заседания несколько законопроектов, однако эти предложения не набрали необходимого количества голосов. В результате депутаты от парламентской оппозиции заблокировали доступ к центральной трибуне в зале заседаний Парламента, протестуя против отказа парламентского большинства исключить из повестки дня заседания некоторые законопроекты. Протест парламентской оппозиции, сопровождаемый пререканиями, продолжался примерно до конца заседания Парламента.

14. Впоследствии, примерно в 15:27³, заместитель председателя Парламента, Влад Батрынча, предложил рассмотреть законопроект в первом чтении, заслушав доклад Комиссии по вопросам права, назначениям и иммунитету, представленный председателем комиссии Василием Болей. В ходе доклада Василе Боля отметил, что предлагаемый законопроект сводится к переходу Службы информации и безопасности в подчинение Парламента и комиссия предлагает одобрить законопроект в двух чтениях [см. стенограмму пленарного заседания Парламента от 3 декабря 2020 года, стр. 54].

__________________

³ Ibidem.

15. По окончании доклада комиссии, примерно в 15:28⁴, законопроект был вынесен на голосование в первом чтении. Не дожидаясь подсчета голосов, заместитель председателя Парламента объявил, что за принятие проекта закона в первом чтении проголосовало большинство депутатов [см. стенограмму пленарного заседания Парламента от 3 декабря 2020 года, стр. 54].

__________________

⁴ Ibidem.

16. После голосования в первом чтении за проект закона № 481 от 1 декабря 2020 года, примерно в 15:28⁵, заместитель председателя Парламента вынес его на голосование во втором чтении. В результате подсчета голосов заместитель председателя Парламента объявил, что проект закона был принят во втором и окончательном чтении голосами 51 депутата [см. стенограмму пленарного заседания Парламента от 3 декабря 2020 года, стр. 55]. После голосования во втором чтении закон был промульгирован Указом Президента Республики № 1862-VIII от 7 декабря 2020 года и опубликован в Официальном мониторе Республики Молдова № 329-331 от 8 декабря 2020 года.

__________________

⁵ Ibidem.

ПРИМЕНИМОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

17. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

"[…]

(3) Республика Молдова – демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 2

Суверенитет и государственная власть

"(1) Национальный суверенитет принадлежит народу Республики Молдова, осуществляющему его непосредственно и через свои представительные органы в формах, определенных Конституцией.

(2) Ни одно частное лицо, ни одна часть народа, ни одна социальная группа, ни одна политическая партия или иное общественное объединение не могут осуществлять государственную власть от своего имени. Узурпация государственной власти является тягчайшим преступлением против народа".

Статья 5

Демократия и политический плюрализм

"(1) Демократия в Республике Молдова осуществляется в условиях политического плюрализма, несовместимого с диктатурой и тоталитаризмом.

[…]".

Статья 38

Право избирать и быть избранным

"(1) Воля народа является основой государственной власти. Эта воля находит выражение в свободных выборах, проводимых периодически на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном и свободном голосовании.

(2) Право избирать имеют граждане Республики Молдова, достигшие на день выборов 18-летнего возраста, за исключением лиц, лишенных этого права в порядке, установленном законом.

(3) Право быть избранным гарантируется гражданам Республики Молдова, имеющим право избирать, в соответствии с законом".

Статья 39

Право на управление

"(1) Граждане Республики Молдова имеют право на участие в управлении общественными делами как непосредственно, так и через своих представителей.

(2) Любому гражданину обеспечивается в соответствии с законом доступ к государственной службе".

Статья 64

Внутренняя организация

"(1) Структура, организация и деятельность Парламента определяются регламентом. Источники финансирования Парламента предусматриваются в утвержденном им бюджете.

[…]".

Статья 73

Законодательная инициатива

"Право законодательной инициативы принадлежит депутатам Парламента, Президенту Республики Молдова, Правительству и Народному Собранию автономно-территориального образования Гагаузия".

Статья 74

Принятие законов и постановлений

"(1) Органические законы принимаются большинством голосов избранных депутатов после рассмотрения не менее чем в двух чтениях.

[…]".

Статья 77

Президент Республики Молдова – глава государства

"(1) Президент Республики Молдова является главой государства.

(2) Президент Республики Молдова представляет государство и является гарантом суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности страны".

Статья 87

Полномочия в области обороны

"(1) Президент Республики Молдова является главнокомандующим вооруженными силами.

(2) Президент Республики Молдова с предварительного согласия Парламента может объявить частичную или всеобщую мобилизацию.

(3) В случае вооруженной агрессии против страны Президент Республики Молдова принимает меры по отражению агрессии, вводит военное положение и незамедлительно информирует об этом Парламент. Если Парламент не находится в это время на сессии, он созывается по праву в течение 24 часов после развязывания агрессии.

(4) Президент Республики Молдова может принимать и иные меры, направленные на обеспечение национальной безопасности и общественного порядка, в пределах закона и в соответствии с ним".

18. Применимые положения Закона № 218 от 3 декабря 2020 года о внесении изменений в некоторые нормативные акты:

"Парламент принимает настоящий органический закон.

Статья I. – В Закон о Службе информации и безопасности Республики Молдова № 753/1999 (Официальный монитор Республики Молдова, 1999 г., № 156, ст.764), с последующими изменениями, внести следующие изменения:

1. Часть (2) статьи 1 изложить в следующей редакции:

"(2) Деятельность Службы подлежит парламентскому контролю.".

2. В статье 13:

вводную часть части (1) изложить в следующей редакции:

"Службу возглавляет директор, назначаемый на должность Парламентом по предложению не менее 10 депутатов, на основе заключения парламентской Комиссии по национальной безопасности, обороне и общественному порядку, сроком на пять лет. Освобождение от должности директора Службы осуществляется Парламентом по предложению не менее одной трети избранных депутатов в случае:";

в части (2) слова "в присутствии Президента Республики Молдова" исключить;

часть (4) изложить в следующей редакции:

"(4) Директор Службы имеет двух заместителей, которые назначаются на должность Парламентом по предложению директора Службы.";

в части (6) слова "утверждается Президентом Республики Молдова" заменить словами "утверждается Парламентом".

Статья II. – В Закон о статусе офицера информации и безопасности № 170/2007 (Официальный монитор Республики Молдова, 2007 г., № 171–174, ст.667), с последующими изменениями, внести следующие изменения:

1. Часть (2) статьи 17 изложить в следующей редакции:

"(2) Высшие специальные звания присваиваются указом Президента Республики Молдова. Образец удостоверения офицера Службы, имеющего высшее специальное звание, и Положение об удостоверении офицера Службы, имеющего высшее специальное звание, утверждаются Парламентом по предложению директора Службы.".

2. В пункте d) части (3) статьи 40 слова "без согласия Президента Республики Молдова" заменить словами "без согласия директора Службы".

3. В части (2) статьи 44 слова "Президентом Республики Молдова." заменить словом "Парламентом.".

Статья III. – (1) Настоящий закон вступает в силу со дня опубликования в Официальном мониторе Республики Молдова.

(2) Службе информации и безопасности в 30-дневный срок со дня вступления в силу настоящего закона привести свои нормативные акты в соответствие с настоящим законом.

(3) Правительству представить Парламенту предложения по приведению действующего законодательства в соответствие с настоящим законом".

ВОПРОСЫ ПРАВА

А. ПРИЕМЛЕМОСТЬ ОБРАЩЕНИЙ

19. Определением от 15 декабря 2020 года Конституционный суд подтвердил соблюдение в данном деле условий приемлемости обращения, установленных в его неизменной практике.

20. Согласно статье 25 п.g) Закона о Конституционном суде и статье 38 ч.(1) п.g) Кодекса конституционной юрисдикции, депутаты наделены правом обращения в Конституционный суд.

21. Конституционный суд отметил, что предметом обращений является Закон № 218 от 3 декабря 2020 года о внесении изменений в некоторые нормативные акты. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции контроль конституционности законов относится к компетенции Конституционного суда.

22. Оспариваемый закон ранее не составлял предмет контроля конституционности.

23. Авторы обращений утверждают, что оспариваемый закон противоречит статьям 1 ч.(3) [государство Республика Молдова и верховенство права], 2 [суверенитет и государственная власть], 38 [право избирать и быть избранным], 39 [право на управление], 64 ч.(1) [автономия Парламента], 73 [право депутата на законодательную инициативу], 77 [Президент Республики Молдова – глава государства] и 87 ч.(4) [полномочия Президента Республики в области обороны] Конституции.

24. Что касается применимости статей 1 ч.(3), 64 ч.(1) и 73 Конституции, Конституционный суд установил, что ссылка на эти статьи сделана в связи с нарушением процедуры принятия оспариваемого закона.

25. Авторы обращений просят Конституционный суд проверить процедуру принятия оспариваемого закона в свете следующих нарушений, предположительно допущенных Парламентом: а) проект оспариваемого закона зарегистрирован в Секретариате Парламента 1 декабря 2020 года и принят в двух чтениях 3 декабря 2020 года; b) проект оспариваемого закона ошибочно распределен для утверждения Комиссии по вопросам права, назначениям и иммунитету, хотя и должен был быть передан в Комиссию по национальной безопасности, обороне и общественному порядку; с) нарушен срок утверждения законопроекта парламентскими комиссиями; d) нарушено право депутатов вносить в течение 30 дней предложения по концепции законопроекта для рассмотрения его в первом чтении; е) депутаты были лишены права задавать вопросы и выступать в ходе пленарного заседания; f) ограничено право депутатов предлагать изменения в течение 10 дней после принятия законопроекта в первом чтении; g) во втором чтении законопроект не был представлен на обсуждение; h) закон был принят с нарушением процедуры голосования.

26. Конституционный суд в своей практике установил, что он может проверять конституционность закона с точки зрения процедуры принятия только, если авторы обращений приводят доводы о несоблюдении таких требований, как наличие кворума, принятие решения большинством голосов избранных депутатов, рассмотрение закона не менее чем в двух чтениях, направление закона на промульгацию и опубликование его в Официальном мониторе Республики Молдова [статьи 74 ч.(1), ч.(4) и 76 Конституции]. Конституционный суд отмечал, что эти требования закреплены на конституционном уровне. В то же время Конституционный суд отклонил как неприемлемые доводы о нарушении правил процедуры, определенных Регламентом Парламента, отметив, что они защищены принципом парламентской автономии и их несоблюдение устанавливается и разрешается исключительно в парламентских процедурах (см. ПКС № 27 от 17 ноября 2015 года, § 62; ПКС № 13 от 21 мая 2020 года, § 45; ПКС № 17 от 23 июня 2020 года, § 60; ОКС № 17 от 7 ноября 2013 года, § 66; ОКС № 45 от 18 мая 2020 года, § 26; ОКС № 54 от 2 июня 2020 года, § 29; ОКС № 69 от 27 июня 2017 года, § 43; ОКС № 109 от 29 сентября 2020 года, § 22).

27. В своей практике Конституционный суд отметил, что парламентская автономия является проявлением правового государства, демократических принципов и действует исключительно в пределах, установленных Высшим законом. Парламент не может осуществлять свою автономию произвольно, неправомерно, в нарушение конституционных полномочий или императивных норм парламентской процедуры. Свобода усмотрения, которой обладает Парламент в силу своей автономии, должна быть совместима с принципами "представительной демократии" и "верховенства Конституции". Парламентская автономия может осуществляться законным образом только при соблюдении этих принципов. Она не может быть абсолютизирована, поскольку верховенство Конституции является общим принципом, обязательным для всех, в том числе для законодательного органа, который не вправе принимать и утверждать противоречащие конституционным нормам или принципам законодательные акты и парламентские процедуры. Парламентская автономия не оправдывает установление правил, нарушающих букву и дух Конституции. При установлении правил парламентской процедуры по рассмотрению законопроектов и поправок парламентское большинство должно сохранять равновесие между парламентской автономией, с одной стороны, и принципом представительной демократии, с другой стороны. Это означает, что парламентское большинство обязано обеспечивать справедливое и надлежащее отношение к парламентскому меньшинству, не злоупотребляя своим доминирующим положением (см. ПКС № 28 от 19 ноября 2020 года, § 18-20).

28. Вместе с тем Европейский суд по правам человека отмечал, что правила внутреннего функционирования Парламента вытекают из конституционного принципа парламентской автономии, согласно которому Парламент обладает правом регулирования своих внутренних дел. Автономия Парламента распространяется и на полномочия по введению в действие правил, обеспечивающих надлежащую парламентскую деятельность. В принципе, правила внутреннего функционирования парламентов входят в пределы усмотрения стран-участниц, степень которых зависит от ряда факторов (см. Karácsony и другие против Венгрии [БП], 17 мая 2016 года, § 142-144). В то же время парламентская автономия может осуществляться законным образом только в соответствии с принципом верховенства права (см. Mugemangango против Бельгии [БП], 10 июля 2020 года, § 88).

29. Европейский суд отметил, что существует приоритетный общественный интерес к эффективному функционированию Парламента и выполнению им своей миссии в демократическом обществе с соблюдением условий свободных дебатов. Следовательно, предоставляемые в этой области пределы усмотрения должны быть достаточно широки. Однако свобода усмотрения, хоть и очень важна, не является неограниченной и должна соответствовать понятиям эффективной политической демократии и верховенства права. В частности, следует обеспечить равновесие, предоставляющее членам парламентских меньшинств справедливое и надлежащее отношение, не допускающее злоупотребление доминирующим положением. Правила внутреннего функционирования Парламента не должны быть основой для использования большинством своего доминирующего положения перед оппозицией. Европейский суд придает особое значение защите парламентского меньшинства от злоупотреблений большинством (см. Karácsony и другие против Венгрии [БП], 17 мая 2016 года, § 147).

30. Кроме того, Конституционный суд отмечает, что в Заключении amicus curiae № 1020/2021 от 23 марта 2021 года, CDL-AD(2021)016) Венецианская комиссия отметила, что Конституционный суд без сомнения может осуществлять проверку законодательства исходя из четких норм процедуры принятия законов, предусмотренной Конституцией. Ряд конституционных судов идут дальше и толкуют содержащиеся в Конституции общие принципы, представляя их точными процедурными нормами. Конституционный суд может игнорировать положения Регламента Парламента, если они расходятся с нормами, прямо предусмотренными Конституцией или вытекающими из общих принципов, установленных Конституцией. Если Конституционный суд выявил, что конкретная норма, содержащаяся в Регламенте Парламента, налагается одним из конституционных принципов, он может признать тот или иной закон неконституционным, поскольку он не соответствует этим принципам и в то же время нормам Регламента Парламента. Зачастую Регламент Парламента содержит точные детали, основанные на требованиях конституционных принципов, либо выбирает одно из возможных решений для внедрения конституционного принципа. Статья 1 ч.(3) Конституции предусматривает, что "Республика Молдова – демократическое правовое государство [...]". Одним из главных элементов верховенства права является правовая определенность. Правовая определенность не исключает возможность изменения правил политического процесса, однако любое подобное изменение должно производиться ясным и прозрачным образом, а не на специальной основе. Следуя этим объяснениям, можно заключить, что несоблюдение точного правила, установленного в Регламенте Парламента, без предварительного изменения данной нормы, противоречит принципу правовой определенности и, соответственно, является неконституционным. Эти суждения позволяют Конституционному суду придать прямое значение отдельным положениям, игнорируемым Парламентом в конкретном случае. В результате, хотя Парламент и обладает широкой автономией в своем решении внести изменения в Регламент Парламента, используя надлежащую процедуру, Конституционный суд может быть более строгим, когда Парламент просто игнорирует одну из своих собственных норм, важных для принятия закона. Кроме того, комиссия указала, что Конституционный суд может принять во внимание Регламент Парламента только при условии, что сможет доказать, что нарушение положения Регламента Парламента приравнивается к нарушению одного из основных конституционных принципов процедуры принятия законов (см. § 32-34 и 39 данного Заключения).

31. В этом контексте для обеспечения эффективного средства защиты от ошибок в процедуре, которые могли быть допущены Парламентом в ходе принятия законов, Конституционный суд расширил свои полномочия по рассмотрению соблюдения парламентских правил, прямо установленных в Конституции, и тех правил, которые непосредственно вытекают из Конституции. В связи с этим Конституционному суду надлежит убедиться, что в ходе принятия нормативных актов Парламент привел в соответствие принцип парламентской автономии с принципом верховенства права, гарантированным статьей 1 ч.(3) Конституции, а также с принципом политического плюрализма, гарантированным статьями 1 ч.(3) и 5 Конституции.

32. В этом случае относительно действия статьи 1 ч.(3) Конституции авторы обращения указали, что лишение депутатов парламентской оппозиции права задавать вопросы и выступать в ходе пленарного заседания затрагивает принцип участия парламентской оппозиции в обсуждении законопроектов и принцип состязательности парламентских дебатов. В этом аспекте Конституционный суд отмечает, что, хотя требование об участии парламентской оппозиции в обсуждении законопроектов прямо не установлено в Конституции, но оно вытекает из статьи 1 ч.(3) Основного закона, которая предусматривает, что политический плюрализм является высшей ценностью, гарантированной Конституцией, а также из статьи 5 ч.(1) Высшего закона, которая определяет, что демократия в Республике Молдова осуществляется в условиях политического плюрализма.

33. Таким образом, Конституционный суд отметил, что лишение парламентской оппозиции права задавать вопросы и выступать в рамках пленарного заседания является нарушением процедуры, допущенным в ходе принятия оспариваемого закона, которое затрагивает статьи 1 ч.(3) и 5 ч.(1) Конституции. Чтобы установить, влияют ли данные нарушения на конституционность оспариваемого закона, Конституционный суд принял обращения в этой части к рассмотрению их по существу.

34. Авторы обращений указали, что оспариваемый закон не был представлен на обсуждение во втором чтении, что нарушает принцип парламентского обсуждения законопроектов. В этом аспекте Конституционный суд отмечает, что требование обсуждения законопроектов вытекает из ч.(1) статьи 74 Конституции, предусматривающей, что органические законы принимаются […] после рассмотрения не менее чем в двух чтениях.

35. Конституционный суд отметил, что конституционное положение "после рассмотрения не менее чем в двух чтениях" не ограничивается соблюдением формального условия в ходе принятия законов, то есть двойным голосованием, а означает, что в рамках этих двух чтений Парламент должен в пленарном обсуждении рассмотреть содержание закона. Так, Конституционный суд отмечает, что конституционное положение "после рассмотрения не менее чем в двух чтениях" включает в себя как элемент процедуры, так и материальный элемент. Элемент процедуры предполагает, что Парламент должен в двух чтениях проголосовать за органический закон. С другой стороны, материальный элемент предполагает, что Парламент до голосования должен представить на обсуждение содержание проекта органического закона. Обсуждение лежит в основе парламентаризма и предоставляет депутатам, в силу их представительного мандата, возможность политически оспаривать мнения, аргументы и идеи. В этом контексте депутаты должны иметь практическую возможность представлять свою позицию по законопроекту. Невыполнение одного из указанных элементов влечет за собой действие синтагмы "после рассмотрения не менее чем в двух чтениях" в ч.(1) статьи 74 Конституции.

36. В данном случае из доводов авторов обращений исходит, что в ходе принятия оспариваемого закона не был соблюден материальный элемент синтагмы "после рассмотрения не менее чем в двух чтениях" в ч.(1) статьи 74 Конституции. Хотя авторы обращений не сделали прямой ссылки на эту статью, данное обстоятельство само по себе не препятствует Конституционному суду рассмотреть ее действие, если это исходит из доводов обращения. В своей практике Конституционный суд отмечал, что он свободен в определении своих полномочий в области контроля конституционности. Конституционный суд не может быть принужден к рассмотрению конституционности законодательных положений и анализу оспариваемых положений только с точки зрения конституционных норм, приведенных автором обращения. Он обладает свободой рассмотрения и в свете других конституционных положений, способствующих разрешению обращения, важное значение имеют также приведенные в связи с этим доводы (см. ПКС № 17 от 23 июня 2020 года, § 58; ПКС № 27 от 13 ноября 2020 года, §18; ПКС № 2 от 12 января 2021 года, § 24). Следовательно, Конституционный суд отмечает применимость статьи 74 ч.(1) Конституции.

37. Что касается действия ч.(1) статьи 64 Конституции, предусматривающей, что структура, организация и деятельность Парламента определяются регламентом и что источники финансирования Парламента предусматриваются в утвержденном им бюджете, Конституционный суд отмечает, что авторы обращений не привели убедительных доводов о том, в какой мере порядок принятия оспариваемого закона затрагивает данное конституционное положение. Так, обращения в этой части являются неприемлемыми.

38. Относительно действия статьи 73 Конституции, предусматривающей, что право законодательной инициативы принадлежит депутатам Парламента, Президенту Республики Молдова, Правительству и Народному Собранию автономно-территориального образования Гагаузия, авторы обращений отмечают, что в ходе принятия оспариваемого закона Парламент нарушил право депутатов на представление в течение 30 дней предложений по концепции законопроекта для рассмотрения в первом чтении, а также право депутатов вносить поправки в течение 10 дней после принятия законопроекта в первом чтении. В этом аспекте в Постановлении № 28 от 19 ноября 2020 года, § 29, Конституционный суд отметил, что право на внесение поправок преследует ту же цель – законотворчество, как и право на законодательную инициативу, гарантированное статьей 73 Конституции. Так, Конституционный суд установил, что депутаты могут вносить поправки к законопроектам на основе своего права на законодательную инициативу (пункт 3 резолютивной части и § 34 ПКС № 28 от 19 ноября 2020 года). Таким же образом, Конституционный суд отметил, что право депутатов вносить предложения к концепции законопроекта для рассмотрения его в первом чтении также направлено на осуществление законотворчества. Следовательно, это право гарантировано статьей 73 Конституции. Учитывая тот факт, что указанные авторами обращений недостатки привели к ограничению законодательной деятельности некоторых депутатов, Конституционный суд отметил, что они затрагивают положения статьи 73 Конституции. Чтобы выяснить, влияют ли эти недостатки на конституционность оспариваемого закона, Конституционный суд принял обращения в этой части к рассмотрению по существу.

39. В отношении других нарушений процедуры, которые могли быть допущены Парламентом в ходе принятия оспариваемого закона, авторы обращений не доказали, в какой мере они затрагивают приведенные конституционные положения. Следовательно, Конституционный суд отклонил обращения в этой части.

40. Что касается действия статей 2, 38 и 39 Конституции, Конституционный суд отметил, что исключение некоторых полномочий Президента Республики в отношении Службы информации и безопасности никак не влияет на суверенитет народа, на право граждан избирать и быть избранными, а также на право участвовать в управлении общественными делами через своих представителей. Кроме того, нельзя согласиться с доводами авторов обращений о том, что, в соответствии с Постановлением Конституционного суда № 19 от 16 июля 2013 года, оспариваемый закон может применяться только к следующим Президентам Республики по ниже указанным основаниям. Действительно, в Постановлении № 19 от 16 июля 2013 года Конституционный суд проверил новые основания несовместимости, установленные для местных избранников, и отметил, что они должны применяться к будущим местным избранникам, чтобы не затрагивать защищенность мандатов тех местных избранников, которые получили их до вступления закона в силу. Придя к такому заключению, Конституционный суд принял во внимание тот факт, что новые основания несовместимости, установленные Парламентом, нарушают защищенность мандатов местных избранников, которые получили их до вступления в силу данных оснований несовместимости. Конституционный суд установил, что настоящее дело отличается от дела, по которому было вынесено Постановление № 19 от 16 июля 2013 года. Конституционный суд отметил, что в этом случае оспариваемый закон не влияет на защищенность мандата Президента Республики. Закон предусматривает, что некоторые полномочия Президента Республики в отношении Службы информации и безопасности будут переданы Парламенту. Следовательно, Конституционный суд отмечает, что обращения в этой части являются неприемлемыми.

41. Что касается действия статьи 77 Конституции, автор обращения № 199а/2020 г. отметил, что, исключив полномочия Президента Республики Молдова в отношении Службы информации и безопасности, Президент страны не сможет исполнять свои обязанности гаранта суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности страны. В этом аспекте Конституционный суд отметил, что полномочия Президента Республики по управлению деятельностью Службы информации и безопасности впервые были установлены в Законе № 753 от 23 декабря 1999 года о Службе информации и безопасности Республики Молдова. Однако впоследствии прослеживается непостоянство в отношении полномочий главы государства по руководству деятельностью Службы информации и безопасности, которые были отменены в 2016 году [см. Закон № 270 от 9 сентября 2016 года], восстановлены в 2019 году [см. Закон № 61 от 25 сентября 2019 года], а сейчас оспариваемым законом Парламент вновь решил их отменить. Конституционный суд отметил, что регулирование этих вопросов относится к свободе усмотрения Парламента, которая не является неограниченной. При установлении органа/органов, который/которые вправе контролировать деятельность Службы, Парламент должен обеспечить независимость и эффективность Службы, а также равновесие властей в государстве, согласно положениям статьи 6 Конституции.

42. Конституционный суд отметил, что положения оспариваемого закона, среди прочего, отменяют полномочия Президента Республики по управлению деятельностью Службы информации и безопасности [статья I п.1 закона], по предложению Парламенту кандидата на должность директора Службы [статья I п.2 Закона о внесении изменений в ч.(1) статьи 13], по назначению на должность заместителя директора Службы [статья I п.2 Закона о внесении изменений в ч.(4) статьи 13]. Конституционный суд отмечает, что вышеприведенные положения могут ограничивать возможность Президента Республики исполнять обязанности гаранта суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности страны, что приводит к применимости статьи 77 ч.(2) Конституции. Следовательно, Конституционный суд отметил, что обращения в этой части являются приемлемыми.

43. Что касается действия статьи 87 Конституции, Конституционный суд в своей практике отмечал, что данную статью следует рассматривать в контексте всех конституционных положений, а не в отрыве от них (см. ПКС № 33 от 21 декабря 2018 года, § 46). Так, авторы обращений считают, что ч.(4) статьи 87 Конституции, предусматривающая, что "Президент Республики Молдова может принимать и иные меры, направленные на обеспечение национальной безопасности и общественного порядка, в пределах закона и в соответствии с ним", подразумевает, что Президент страны должен иметь возможность управлять деятельностью Службы информации и безопасности.

44. В этом контексте Конституционный суд отметил, что статью 87 следует трактовать в сочетании с ч.(2) статьи 77 Конституции, поскольку Президент Республики может выступать гарантом суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности страны, обладая полномочиями, четко описанными в специальном законе в области обороны и национальной безопасности. Национальная оборона и безопасность предполагают мероприятия и действия государственных органов, основной целью которых является гарантирование суверенитета, независимости и единства государства, территориальной целостности страны (см. статью 2 Закона № 345 от 25 июля 2003 года о национальной обороне и статью 1 Закона № 618 от 31 октября 1995 года о государственной безопасности). Конституционное положение "Президент Республики Молдова может принимать и иные меры, направленные на обеспечение национальной безопасности и общественного порядка, в пределах закона и в соответствии с ним" в ч.(4) статьи 87 Конституции может применяться как в случае вооруженного нападения на страну, так и в мирное время, когда глава государства должен убедиться в том, что государственные органы обладают подготовкой и способностью реагировать на возможные опасности.

45. Хотя Конституционный суд в своей практике и отмечал, что конституционное понятие "в пределах закона и в соответствии с ним" в ч.(4) статьи 87 Конституции предполагает наличие у Парламента широкого предела усмотрения, а также что в области национальной безопасности и обороны Президент Республики вправе принимать только меры, предусмотренные и допускаемые законом (§ 46 и пункт 1 лит. d) резолютивной части ПКС № 33 от 21 декабря 2018 года), Конституционный суд может проверить, не игнорируют ли положения оспариваемого закона содержание конституционной нормы. Следовательно, статья 87 Конституции применима по делу.

46. Таким образом, на стадии рассмотрения дела по существу Конституционный суд проанализирует оспариваемый закон на предмет его соответствия статьям 1 ч.(3), 5 ч.(1), 73, 74 ч.(1), 77 ч.(2) и 87 ч.(4) Конституции.

B. СУЩЕСТВО ДЕЛА

А. Аргументы авторов обращений

47. Авторы обращений отмечают, что оспариваемый закон был принят Парламентом с нарушением процедуры принятия законов, а именно: а) депутаты были лишены права задавать вопросы и выступать в ходе пленарного заседания, а также во втором чтении законопроект не был представлен на обсуждение, и b) было нарушено право депутатов в течение 30 дней вносить предложения по концепции законопроекта для рассмотрения в первом чтении и право вносить поправки в течение 10 дней после принятия законопроекта в первом чтении. Следовательно, авторы обращений отмечают, что данные нарушения противоречат статьям 1 ч.(3) об обязанности Парламента соблюдать принцип законности в области законотворчества и 73 Конституции, гарантирующей депутатам право на законодательную инициативу.

В. Аргументы органов власти

48. В своем письменном мнении Президент Республики подчеркнул, что, согласно статье 60 Конституции, Парламент является единственной законодательной властью государства. Парламент вправе принимать решения по любому вопросу, представляющему общественный интерес, обладая монополией в разработке и принятии законов. Кроме того, Парламент вправе принимать нормативные акты в области национальной безопасности. В то же время полномочия Парламента в области принятия законов не являются абсолютными. Их следует исполнять в соответствии с принципами законности, верховенства права и правовой определенности. В своей законотворческой деятельности Парламент должен соблюдать императивные правила рассмотрения законопроектов, в том числе в случае принятия законов в срочном порядке. В заключение Президент отметил, что оценка конституционности оспариваемого закона относится к исключительной компетенции Конституционного суда.

49. В представленном Парламентом мнении отмечается, что парламентский контроль в сфере безопасности зависит от полномочий законодательного органа по отношению к исполнительной власти и службам безопасности. Власть – это способность влиять на выбор и поведение исполнительных органов в соответствии с коллективной волей народа, выраженной в Парламенте. Эта власть относится к форме правления – парламентская республика. Так, чтобы исключить любые подозрения в политизации Службы информации и безопасности, роль Парламента становится более важной. Через комиссию парламентского контроля над деятельностью Службы информации и безопасности законодательный орган создал препятствие для политизации сферы безопасности. Кроме того, Парламент является единственной законодательной властью, согласно статье 60 Конституции. Напротив, статус Президента Республики Молдова, как исполнительной власти государства, регулируется статьей 77 Конституции. Президент обладает ограниченными полномочиями в области национальной безопасности и обороны. Следовательно, не возникает вопрос о конкуренции полномочий этих двух властей.

50. В представленном Службой информации и безопасности мнении отмечается, что, согласно ч.(2) статьи 77 Конституции, Президент Республики представляет государство и является гарантом суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности страны. Функции гаранта предполагают ряд полномочий, предоставляющих Президенту Республики возможность инициировать, организовывать и руководить любыми действиями, направленными на защиту суверенитета, национальной независимости, единства и территориальной целостности страны. Для выполнения роли гаранта этих ценностей Президент страны должен обладать важными прерогативами и механизмами, которые позволили бы ему выполнять свои обязанности. С учетом того, что Президент страны является гарантом суверенитета и независимости государства, а только Служба информации и безопасности является государственным органом, специализирующимся на противодействии и предотвращении действий, подрывающих суверенитет и независимость государства, вытекает, что одна из функций Президента страны может быть реализована только посредством Службы. Управление деятельностью Службы является одним из полномочий Президента страны, исходящим из его статуса гаранта. Управление деятельностью данной службы не следует рассматривать как иерархическое подчинение, поскольку Служба не подчиняется другим структурам государства и независима в осуществлении своих полномочий. В этом смысле управление Президентом страны деятельностью Службы предполагает определение приоритетных направлений в области национальной безопасности, установление видов предоставляемой информации, а также оценка осуществляемой деятельности. В то же время Служба отмечает, что Закон о Службе информации и безопасности не определяет пределы управления деятельностью Службы Президентом Республики. Это создает риск того, что Президент страны может потребовать от Службы выполнение действий, не относящихся к ее деятельности. Кроме того, это положение позволяет Президенту напрямую вмешиваться в деятельность Службы, непосредственно концентрируя ее деятельность на направлениях, представляющих интерес только для одной власти (Президента), пренебрегая интересами Правительства и Парламента. Поэтому необходимо, чтобы Парламент регламентировал пределы управления деятельностью Службы Президентом страны. Служба также отмечает, что, согласно ч.(4) статьи 87 Конституции, Президент Республики может принимать и иные меры, направленные на обеспечение национальной безопасности и общественного порядка, в пределах закона и в соответствии с ним. Служба отмечает, что это конституционное положение обязывает законодателя определить законом, какие меры могут приниматься Президентом страны для обеспечения национальной безопасности. Предоставляя возможность управлять деятельностью Службы и назначать кандидата на должность директора Службы, законодатель наделяет Президента страны необходимыми полномочиями для обеспечения национальной безопасности. Полностью исключив вмешательство Президента страны в существующую систему мер по обеспечению национальной безопасности, законодатель не принял во внимание конституционную норму, которая позволяет ему регулировать лишь пределы и условия обеспечения Президентом страны национальной безопасности. Следовательно, законодатель превысил пределы своего усмотрения, установленные ч.(4) статьи 87 Конституции.

51. В представленном Институтом юридических, политических и социологических исследований мнении отмечается, что нарушение Парламентом собственных правил законотворчества затрагивает принципы правового государства и законности, установленные ч.(3) статьи 1 Конституции. Принцип законности подразумевает обязательное соблюдение законов всеми физическими и юридическими лицами и всеми органами власти, включая Парламент, который является высшим законодательным органом государства. Учитывая то, что оспариваемый закон был принят в отсутствие обязательных заключений и экспертиз, без соблюдения сроков рассмотрения, законодательной процедуры и прозрачности в процессе принятия решений, а также с ограничением прав депутатов по своевременному изучению закона и внесению поправок, Институт считает, что оспариваемый закон противоречит статьям 64 ч.(1) и 72 ч.(3) п.с) Конституции.

С. Оценка Конституционного суда

52. В качестве предварительного замечания Конституционный суд отмечает, что, согласно ч.(1) статьи 60 Конституции, Парламент является высшим представительным органом народа Республики Молдова и единственной законодательной властью государства. Учитывая это обстоятельство, Конституция не наделила другой орган полномочиями по регулированию структуры, организации и деятельности Парламента, а определила, что эти вопросы автономно регулируются только Парламентом через Регламент, который принимается органическим законом [см. статьи 64 ч.(1) и 72 ч.(3) п.с) Конституции].

53. Таким образом, Парламент свободен в сфере регулирования процедуры принятия законов. Однако свобода Парламента не является абсолютной, она ограничена конституционными принципами в этой области. В связи с этим, при регулировании парламентских процедур и их применении, то есть в ходе принятия нормативных актов Парламент должен обеспечить справедливое равновесие между принципом парламентской автономии и другими соответствующими принципами в области парламентских процедур, которые прямо установлены или ясно вытекают из Конституции (см. §§ 27-31 настоящего постановления).

54. Учитывая суверенное право Парламента в области законотворчества, полномочия Конституционного суда по контролю конституционности парламентских процедур ограничены. В этой области Конституционному суду надлежит проявить уважение к роли Парламента, как независимого законодателя. В этом смысле Конституционный суд может проверить конституционность закона с точки зрения процедуры, если в ходе его принятия Парламент нарушил существенный элемент законотворчества, который прямо исходит из Конституции или ясно вытекает из какого-либо конституционного принципа.

55. В данном случае Конституционный суд отмечает, что авторы обращений считают, что оспариваемый закон был принят в нарушение принципа политического плюрализма, принципа парламентского обсуждения законопроектов и права депутатов на внесение поправок.

I. Относительно соблюдения принципа политического плюрализма и принципа парламентского обсуждения законопроектов

56. Конституционный суд отмечает, что принцип политического плюрализма в процессе законотворчества предполагает, что Парламент должен обеспечить парламентской оппозиции возможность участия в принятии законов. Так, даже если парламентское большинство имеет твердое мнение о необходимости закона и обладает достаточным количеством голосов для его принятия, это большинство должно обеспечить право депутатов парламентской оппозиции участвовать в обсуждении законопроекта путем представления вопросов и предложений. Конституционный суд в своей практике отмечал, что парламентское большинство должно обеспечить справедливое и надлежащее отношение к парламентскому меньшинству, не злоупотребляя своим доминирующим положением (см. ПКС № 28 от 19 апреля 2020 года, § 20).

57. В то же время Конституционный суд отмечает, что в процессе законотворчества Парламент должен обеспечить депутатам возможность рассмотреть содержание законопроекта путем обмена мнениями. Эта стадия законотворчества необходима, поскольку она позволяет депутатам понять суть предложенного к рассмотрению законопроекта и способствует укреплению доверия общества к тому, что закон подвергся широкому обсуждению до его принятия (см. выше § 35).

58. С другой стороны, на основе принципа парламентской автономии, Парламент обладает широкими пределами усмотрения в отношении порядка проведения пленарных заседаний. Вместе с тем автономия Парламента в области законотворчества не является абсолютной. Она ограничена необходимостью соблюдения конституционных принципов, например, принципа политического плюрализма и принципа парламентского обсуждения законопроектов.

59. В настоящем деле Конституционному суду надлежит проверить, если Парламент в ходе принятия оспариваемого закона установил справедливое равновесие между принципами политического плюрализма и парламентского обсуждения законопроектов и принципом парламентской автономии.

60. Рассмотрев обращения, Конституционный суд отмечает, что с момента представления в пленарном заседании Комиссией по вопросам права, назначениям и иммунитету доклада по оспариваемому закону (примерно в 15:27) и до принятия его в двух чтениях (примерно в 15:28) прошло около одной минуты (см. выше § 14-16). Очевидно, что в столь короткий срок депутаты парламентской оппозиции не имели возможности обсудить оспариваемый закон путем выступлений и вопросов, хотя их несогласие с принятием оспариваемого закона было известно с начала пленарного заседания.

61. Более того, учитывая, что за последние пять лет полномочия Президента Республики в управлении деятельностью Службы информации и безопасности подвергались частым изменениям (см. выше §41), Конституционный суд отмечает, что интерес парламентской оппозиции к постановке вопросов и выступлениям относительно необходимости предложенных изменений был оправдан. Так, Конституционный суд отмечает, что предоставление депутату возможности высказать свою точку зрения по рассматриваемому законопроекту относится к основным элементам парламентской процедуры.

62. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что принятие оспариваемого закона в ускоренном режиме, не обеспечив парламентской оппозиции возможность ставить вопросы и выступать по рассматриваемому законопроекту, выходит за рамки пределов усмотрения Парламента в области организации парламентских процедур. Даже если парламентская процедура сопровождалась протестами со стороны парламентской оппозиции, это не оправдывает принятие оспариваемого закона без обсуждения. Чтобы примирить конфликтующие принципы, парламентское большинство могло прибегнуть к альтернативным процедурам, например, перенос пленарного заседания, организация консультаций с парламентской оппозицией по вопросам, по которым существуют разногласия, и др.

63. Учитывая тот факт, что в ходе принятия Парламентом оспариваемого закона не было соблюдено справедливое равновесие между принципом политического плюрализма и принципом парламентского обсуждения законопроектов, с одной стороны, и принципом парламентской автономии, с другой стороны, Конституционный суд отмечает, что оспариваемый закон противоречит статьям 1 ч.(3), 5 ч.(1) и 74 ч.(1) Конституции.

II. Относительно соблюдения права депутатов на законодательную инициативу

64. Конституционный суд отмечает, что соблюдение парламентских процедур не ограничивается предоставлением депутатам возможности задавать вопросы и иметь доступ к парламентской трибуне для обсуждения рассматриваемого законопроекта. Такой подход был бы слишком формальным, если бы депутаты не имели возможности предлагать внесение изменений в закон. Поэтому статья 73 Конституции гарантирует депутатам право вносить предложения и поправки к законопроектам. Данное право дает депутатам возможность предлагать изменения к законопроектам, если, например, в них содержатся положения, несоразмерно затрагивающие права и свободы лиц. Следовательно, этот элемент можно считать основным в парламентской процедуре. Высший закон не устанавливает срок для осуществления данного права. Чтобы это право было обеспечено, парламентариям должен быть предоставлен разумный срок для внесения предложений и поправок к рассматриваемым Парламентом законопроектам.

65. В своей практике Конституционный суд признал относительный характер права депутатов на внесение предложений и поправок к законопроектам, отметив, что Парламент вправе устанавливать условия принятия поправок (например, срок их подачи, форма подачи поправок и др.), позволяющих ему исключить затягивание принятия законопроектов (см. ПКС № 28 от 19 ноября 2020 года, § 40). Так, Парламент может ограничить право депутатов вносить предложения и поправки к законопроектам на основе принципа парламентской автономии. В связи с этим важным остается, чтобы в ходе установления ограничений Парламент обеспечил справедливое равновесие между двумя конфликтующими интересами.

66. В данном случае Конституционный суд отмечает, что 1 декабря 2020 года проект оспариваемого закона был зарегистрирован в Секретариате Парламента. На следующий день, 2 декабря 2020 года, Комиссия по вопросам права, назначениям и иммунитету подготовила доклад по проекту оспариваемого закона. Впоследствии, 3 декабря 2020 года, Парламент принял в двух чтениях оспариваемый закон (см. § 9-16 выше).

67. Конституционный суд отмечает, что в рассматриваемом деле предоставленный Парламентом срок для внесения предложений и поправок к проекту оспариваемого закона в первом и во втором чтении является недостаточным, в частности, учитывая предмет регулирования оспариваемым законом, касающийся исключения некоторых полномочий Президента Республики относительно Службы информации и безопасности. Конституционный суд напоминает, что Парламент может устанавливать сроки для подачи поправок. Эти сроки должны быть разумными, чтобы позволить депутатам изучить содержание законопроекта и предложить поправки. Учитывая тот факт, что по данному делу Парламент не предоставил минимальный срок для внесения предложений и поправок к проекту оспариваемого закона, его действия выходят за рамки пределов его усмотрения в области организации парламентских процедур.

68. Таким образом, поскольку в ходе принятия оспариваемого закона Парламент не обеспечил справедливое равновесие между правом депутатов на внесение предложений и поправок к проекту оспариваемого закона и принципом парламентской автономии, Конституционный суд отмечает, что оспариваемый закон противоречит статье 73 Конституции.

69. Исходя из этих суждений, Конституционный суд освобождается от дальнейшего рассмотрения конституционности оспариваемого закона в свете статей 77 ч.(2) и 87 ч.(4) Конституции.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и 140 Конституции, статьей 26 Закона о Конституционном суде, статьями 61, 62 п.а) и 68 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Признать обоснованными обращения, представленные депутатами Парламента Республики Молдова Серджиу Литвиненко, Дину Плынгэу и Марией Чобану.

2. Признать неконституционным Закон № 218 от 3 декабря 2020 года о внесении изменений в некоторые нормативные акты.

3. Настоящее постановление является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".