Постановление N 8 от 11.03.2024 о контроле конституционности Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда (обращение № 94а/2023 г.)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о контроле конституционности Закона № 52 от 16 марта 2023 года об

исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда

(обращение № 94а/2023 г.)

№ 8  от  11.03.2024

 (в силу 11.03.2024) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 104-107 ст. 42 от 21.03.2024

* * *

Именем Республики Молдова

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Кристины Кихай,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 28 марта 2023 г.,

рассмотрев указанное обращение в открытом пленарном заседании,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате,

выносит следующее постановление.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение депутатов Парламента Республики Молдова Зинаиды Гречаный, Влада Батрынча и Владимира Воронина, представленное в Конституционный суд 28 марта 2023 года, в соответствии с положениями ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, ст.25 п.g) Закона о Конституционном суде № 317 от 13 декабря 1994 года и ст.38 ч.(1) п.g) Кодекса конституционной юрисдикции № 502 от 16 июня 1995 года.

2. Авторы обращения просят Конституционный суд проверить конституционность Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда.

3. Парламент Республики Молдова принял оспариваемый закон 16 марта 2023 года во исполнение заключений некоторых постановлений Конституционного суда. По сути, оспариваемым законом предусмотрено заменить в тексте нормативных актов, принятых Парламентом Республики Молдова, слова "молдавский язык", "государственный язык", "официальный язык" и "родной язык" словами "румынский язык".

4. Кроме того, закон признает устаревшими положения "функционирующий на основе латинской графики" в ч.(1) ст.13 Конституции и "на основе латинской графики" в ч.(2) и ч.(3) ст.6 Закона об основных положениях особого правового статуса населенных пунктов левобережья Днестра (Приднестровья).

5. Определением Конституционного суда от 31 октября 2023 года, без вынесения решения по существу, обращение было признано приемлемым.

6. В ходе рассмотрения дела Конституционный суд затребовал мнения Парламента, Президента Республики Молдова и Правительства.

7. В открытом заседании Конституционного суда приняли участие представители Парламента и Правительства – Раду Раду и, соответственно, Эдуард Сербенко.

ПРИМЕНИМОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

8. Применимые положения Конституции:

Статья 13

Государственный язык, функционирование других языков

"(1) Государственным языком Республики Молдова является румынский язык, функционирующий на основе латинской графики.

(2) Государство признает и охраняет право на сохранение, развитие и функционирование русского языка и других языков, используемых на территории страны.

(3) Государство содействует изучению языков международного общения.

(4) Порядок функционирования языков на территории Республики Молдова устанавливается органическим законом".

Статья 72

Виды законов

"(1) Парламент принимает конституционные, органические и ординарные законы.

(2) Конституционные законы – это законы по пересмотру Конституции.

(3) Органическим законом регламентируются:

[…]

р) другие области, по которым Конституцией предусмотрено принятие органических законов;

r) другие области, по которым Парламентом признано необходимым принятие органических законов.

[…]".

9. Применимые положения Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда:

"Принимая во внимание, что толкование, данное конституционным положениям, носит официальный и обязательный характер для всех субъектов правовых отношений, а акты Конституционного суда о толковании конституционных норм обладают силой закона и являются обязательными в силу заключений, на которые они опираются, для всех конституционных органов Республики Молдова, а также в силу обязанности исполнения заключений, изложенных

в пунктах 119–124 Постановления Конституционного суда о толковании статьи 13 ч.(1) Конституции в соотношении с Преамбулой Конституции и Декларацией о независимости Республики Молдова № 36/2013,

в пунктах 37 и 38 Постановления Конституционного суда о контроле конституционности Закона № 234 от 16 декабря 2020 года о функционировании языков на территории Республики Молдова № 4/2021,

в Заключении Конституционного суда по законопроекту об изменении ст.13 Конституции Республики Молдова № 3/2017,

Парламент принимает настоящий органический закон.

Ст.I. – В тексте нормативных актов, принятых Парламентом:

слова "молдавский язык" заменить словами "румынский язык" в соответствующем падеже;

слова "государственный язык", "официальный язык" и "родной язык", если имеется в виду государственный язык Республики Молдова, заменить словами "румынский язык" в соответствующем падеже.

Ст.II. – Признать устаревшими слова ", функционирующий на основе латинской графики" в части (1) статьи 13 Конституции Республики Молдова и слова "на основе латинской графики" в частях (2) и (3) статьи 6 Закона об основных положениях особого правового статуса населенных пунктов левобережья Днестра (Приднестровья) № 173/2005.

Ст.III. – В подпункте а) пункта 1 и в пункте 2 Постановления Парламента о днях памяти, праздничных днях и днях отдыха в Республике Молдова № 433/1990, с последующими изменениями, и в пункте i) части (1) статьи 111 Трудового кодекса Республики Молдова № 154/2003 (Официальный монитор Республики Молдова, 2003 г., № 159–162, ст.648), с последующими изменениями, слова "Лимба ноастрэ" заменить словами "День румынского языка".

Ст.IV. – Настоящий закон вступает в силу со дня опубликования в Официальном мониторе Республики Молдова.

Ст.V. – Органам публичной власти, обладающим полномочиями принятия, утверждения или издания подзаконных нормативных актов, в 30-дневный срок со дня вступления в силу настоящего закона внести вытекающие из него изменения.

Ст.VI. – Агентству правовых информационных ресурсов в 30-дневный срок со дня вступления в силу настоящего закона обеспечить в Информационной системе "Государственный регистр юридических актов" внесение вытекающих из него изменений во все законодательство Республики Молдова, в том числе в Конституцию Республики Молдова".

ВОПРОСЫ ПРАВА

I. Аргументы авторов обращения

10. Авторы обращения отмечают, что оспариваемый закон фактически подвергает пересмотру Конституцию, однако для обеспечения конституционности пересмотра Конституции, независимо от приведенных оснований и используемого метода, необходимо соблюдать процедуру, предусмотренную разделом VI Конституции. По мнению авторов обращения, нельзя смешивать особый порядок пересмотра Конституции с процедурой принятия обычных законов.

11. Наряду с этим, авторы обращения отмечают, что не допускается пересмотр Конституции во время чрезвычайного, осадного и военного положения, между тем оспариваемый закон был принят в период действия постановления Парламента об объявлении чрезвычайного положения.

12. Ввиду того, что предметом оспариваемого закона является внесение изменений в "текст законов Республики Молдова", авторы обращения утверждают, что Парламент должен был разделить положения о пересмотре Конституции от положений, касающихся изменения других нормативных актов, и принять два закона: органический и конституционный.

13. Авторы обращения полагают, что оспариваемый закон нарушает положения ст.72, ст.75, ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции.

II. Аргументы органов власти и организаций, представивших свое мнение

14. В мнении Парламента отмечается, что оспариваемый закон был принят во исполнение некоторых постановлений Конституционного суда. Это не означает, что было изменено содержание конституционной нормы. Парламент считает, что обращение необходимо отклонить за необоснованностью.

15. В представленном Правительством мнении отмечается, что Парламент в силу своей законодательной функции внес в нормативные акты, принятые Парламентом, технические поправки, которые были определены и обусловлены Постановлением Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года. Закон, оспариваемый авторами обращения, является органическим законом. В соответствии с положениями ст.72 ч.(3) п.r) Конституции Парламент обладает полномочиями по принятию органических законов. На взгляд Правительства, обращение не отвечает требованиям приемлемости, установленным в практике Конституционного суда. Правительство считает, что оспариваемый закон является конституционным.

III. Оценка Конституционного суда

А. Приемлемость обращения

16. В определении от 31 октября 2023 года Конституционный суд изучил обращение на предмет соблюдения требований приемлемости.

17. В соответствии со ст.25 п.g) Закона о Конституционном суде и ст.38 ч.(1) п.g) Кодекса конституционной юрисдикции депутаты Парламента обладают правом обращения в Конституционный суд.

18. Предметом обращения является Закон № 52 от 16 марта 2023 года. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции конституционный контроль законов входит в компетенцию Конституционного суда.

19. Оспариваемый закон ранее не составлял предмет конституционного контроля.

20. По утверждениям авторов обращения, оспариваемый закон вступает в противоречие с конституционными нормами ст.72 (виды законов), ст.75 (референдум), ст.141 (инициатива пересмотра Конституции), ст.142 (пределы пересмотра Конституции) и ст.143 (закон о внесении изменений в Конституцию).

21. Касательно конституционных норм ст.75, авторы обращения не приводят аргументов, демонстрирующих их действие по делу. Конституционный суд отмечает, что простое перечисление конституционных норм не представляет собой подлинную критику о неконституционности. В аналогичных случаях Конституционный суд отклонил обращения как неприемлемые и уточнил, что ссылка на конституционную норму без объяснения предполагаемого несоответствия ей оспариваемых законодательных положений не приравнивается к аргументу (ОКС № 150 от 17 ноября 2022 г., § 21).

22. Что касается применимости по делу конституционных норм ст.72, ст.141, ст.142 и ст.143, авторы обращения отмечают, что любые действия по пересмотру Конституции, независимо от приведенных оснований и используемого метода, должны соответствовать существующему конституционному строю и процедуре, установленной в разделе VI Конституции. Они отмечают, что Закон № 52, не являясь конституционным законом, пересматривает Конституцию в период чрезвычайного положения, притом, что отсутствует заключение Конституционного суда и он не был одобрен на референдуме.

23. Проанализировав оспариваемый закон, Конституционный суд отмечает, что, с одной стороны, закон содержит положение о замене слов "молдавский язык", "государственный язык", "официальный язык", "родной язык" и "наш язык" во всех нормативных актах, принятых Парламентом, словами "румынский язык" в соответствующем падеже. С другой стороны, закон содержит норму, признающую устаревшими положения "функционирующий на основе латинской графики" в ч.(1) ст.13 Конституции Республики Молдова и "на основе латинской графики" в ч.(2) и ч.(3) ст.6 Закона № 173/2005 об основных положениях особого правового статуса населенных пунктов левобережья Днестра (Приднестровья).

24. Что касается введения названия "румынский язык" в ущерб другим выражениям (i.e. "молдавский", "государственный", "официальный", "родной" или "наш"), Конституционный суд подчеркивает, что в Постановлении № 36 от 5 декабря 2013 года он указал, что название "румынский язык" в Декларации о независимости превалирует над названием "молдавский язык" в ст.13 Конституции (см. § 124). В принятом впоследствии Заключении № 3 от 31 октября 2017 года по законопроекту об изменении ст.13 Конституции Республики Молдова Конституционный суд обратил внимание, что инициатива о внесении изменений в ст.13 Конституции не является обычной инициативой по изменению Конституции, она носит технический характер и обусловлена необходимостью исполнения Постановления Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года, которое является обязательным для исполнения всеми органами публичной власти и всеми юридическими и физическими лицами (см. § 19). В § 21 Заключения Конституционный суд отметил, что вне зависимости от результата рассмотрения указанных поправок технического порядка, Постановление Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года, устанавливающее превалирование румынского языка как государственного языка Республики Молдова, не прекращает свои правовые эффекты, имеет прямое действие и применяется без каких-либо формальных условий. В поддержку данного вывода Конституционный суд подчеркнул, что постановления Конституционного суда о толковании норм Конституции имеют конституционную ценность, являются неотъемлемой частью Конституции, образуют единое целое с интерпретируемыми нормами. Все органы публичной власти обязаны соблюдать Постановление Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года. Позже было вынесено Постановление № 17 от 4 июня 2018 года о контроле конституционности некоторых положений о функционировании языков на территории Республики Молдова и статьи 4 ч.(2) Кодекса конституционной юрисдикции, в котором, ссылаясь на ст.13 Конституции, Конституционный суд использовал название "румынский язык" (см. § 11 и 37). И наконец, в Постановлении № 4 от 21 января 2021 года о контроле конституционности Закона № 234 от 16 декабря 2020 года о функционировании языков на территории Республики Молдова Конституционный суд отметил, в частности, что согласно ч.(1) ст.13 Конституции в ее толковании Постановлением Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года государственным языком Республики Молдова является румынский язык. "Конституционное закрепление румынского языка в качестве государственного придает ему статус официального языка государства" (см. § 37).

25. Конституционный суд напомнил, что синтагма "решения Конституционного суда" в ст.140 ч.(2) Конституции не различает акты Конституционного суда по виду (постановление, определение, заключение) или содержанию, что позволяет заключить, что все решения, которые принимает Конституционный суд в осуществление своих конституционных полномочий, являются окончательными. Термин "решение" является общим и охватывает все виды актов Конституционного суда: постановление, определение, заключение. Вне зависимости от названия, эти акты являются окончательными и не подлежат обжалованию. Таким образом, синтагма "решения Конституционного суда" в ст.140 ч.(2) Конституции в значении актов, принимаемых Конституционным судом, включает постановления, определения и заключения, вынесенные Конституционным судом в осуществление своих конституционных полномочий (ПКС № 20 от 9 июля 2020 г., § 34). Более того, в каждом случае соблюдение общеобязательного характера постановления Конституционного суда придает значение не только эффективности его резолютивной части, но и в равной мере его мотивировочной части и, соответственно, толкованию текста Конституции Конституционным судом, поскольку постановление представляет собой одно целое, единство мотивировочной и резолютивной частей. Таким образом, толкование конституционных норм в силу заключений, на которых оно опирается, носит официальный и обязательный характер для всех субъектов правовых отношений. Оно применяется прямо, без каких-либо формальных условий (см. ПКС № 33 от 10 октября 2013 г., § 41, 47).

26. До вынесения оспариваемого закона, согласно ст.13 Конституции, в свете указанных решений Конституционного суда румынский язык является государственным языком Республики Молдова. Таким образом, норма "государственным языком Республики Молдова является румынский язык" стала составной частью Конституции в результате принятых Конституционным судом постановлений. Принятием оспариваемого закона Парламент не изменил содержание конституционной нормы, поэтому положения ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции не подлежат применению по делу.

27. Конституционный суд отмечает, что оспариваемыми положениями закона в конституционные нормы были внесены технические изменения в соответствии с длительной и сформировавшейся практикой Конституционного суда. Изменив оспариваемым законом формальное название ("молдавский язык") во всех нормативных актах, принятых Парламентом, названием "румынский язык", Парламент фактически исполнил постановления Конституционного суда, включая изложенные в них выводы. В соответствии с практикой Конституционного суда, указанной в § 23-25, постановления Конституционного суда и содержащиеся в них заключения в качестве составной части интерпретированного конституционного текста применяются прямо без каких-либо формальных условий. В этом контексте Конституционный суд напомнил, что соблюдение постановлений Конституционного суда является необходимым и важным условием для надлежащего функционирования государственных властей и для утверждения правового государства (ПКС № 33 от10 октября 2013 г., § 52).

28. Учитывая эти обстоятельства и в особенности тот факт, что акты Конституционного суда не подлежат обжалованию, являются окончательными и, независимо от характера, имеют последствия, вытекающие из Конституции, и что ни один из органов власти не может поставить под сомнение их юридическую силу, Конституционный суд считает явно неприемлемым обращение в части, касающейся положений оспариваемого закона, которыми слова "молдавский язык", "государственный язык", "официальный язык", "родной язык" и "наш язык" в соответствующем падеже во всех нормативных актах, принятых Парламентом, были заменены словами "румынский язык" в соответствующем падеже. Таким образом, обращение в части, касающейся контроля конституционности ст.I, ст.III, ст.IV, ст.V и ст.VI Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда, является неприемлемым.

29. Что касается ст.II оспариваемого закона, которая признает устаревшими положения "функционирующий на основе латинской графики" в ч.(1) ст.13 Конституции Республики Молдова и "на основании латинской графики" в ч.(2) и ч.(3) ст.6 Закона № 173/2005 об основных положениях особого правового статуса населенных пунктов левобережья Днестра (Приднестровья), Конституционный суд отмечает следующее.

30. Анализируя текст Конституции, размещенный на официальном портале законодательного органа legis.md, Конституционный суд отмечает, что норма ст.13 ч.(1) Конституции содержит положение "функционирующий на основе латинской графики", однако внизу дается примечание: "Ст.13 ч.(1), положение "функционирующий на основе латинской графики" признано устаревшим ЗП № 52 от 16.03.23 г., MO97-99/24.03.23, ст.150; вступил в силу 24.03.23 г.".

31. Чтобы уяснить вопрос, имеет ли право Парламент признавать устаревшими конституционные или законодательные нормы, Конституционный суд проведет анализ положений ст.II Закона № 52 от 16 марта 2023 года исходя из ст.72 Конституции и практики Конституционного суда, включая Постановление № 17 от 4 июня 2018 года.

B. Существо дела

32. В Постановлении № 17 от 4 июня 2018 года Конституционный суд впервые в правовой системе Республики Молдова применил правовой институт устарелости законов, хотя данное понятие было известным и присутствовало как в Законе № 780 от 27 декабря 2001 года о законодательных актах, так и в заменившем его Законе № 100 от 22 декабря 2017 года о нормативных актах. Норма ст.74 ч.(1) п.е) указанного закона предусматривает, что в случае устаревшего нормативного акта его действие прекращается.

33. В § 22 Постановления № 17 от 4 июня 2018 года Конституционный суд отметил, что он может осуществить проверку конституционности закона, если можно утверждать, что он в целом производит эффекты, то есть, не устарел. "Устарелость закона предполагает, с одной стороны, отсутствие его длительного и непрерывного использования, а с другой стороны, наличие в обществе противоположной практики. Данная теория, по сути, является формой разумного сотрудничества между судьями, то есть между Конституционным судом или судами общей юрисдикции, и законодательным органом, которые способствуют обновлению правовой системы, устраняя законы, более не используемые современностью".

34. Практика Конституционного суда, в том числе анализ, проведенный Конституционным судом в § 24-28 Постановления № 17 от 4 июня 2018 года, показывает, что применение института устарелости входит в компетенцию конституционных судей или судей судов общей юрисдикции. Только судьи могут признавать нормативное положение, утратившее легитимность, устаревшим.

35. В отличие от судей, законодательный орган имеет возможность признавать принятые им законы утратившими силу. Помимо изменения закона, признание закона утратившим силу составляет инструмент, свойственный законодательному органу, при помощи которого из правового поля устраняется недействующий длительное время закон, являясь либо нецелесообразным, либо общественные отношения, развиваясь, обрели такие формы, что более не вписываются в пределы этого закона. В любом случае, как изменение устаревшего закона, так и признание его утратившим силу осуществляются Парламентом путем принятия нового закона. Согласно ст.72 Конституции, это основная функция Парламента, которая предопределяет смысл его существования. Признание устарелости законов не входит в свойственные законодательному органу полномочия, следовательно, принятием ст.II Закона № 52 от 16 марта 2023 года Парламент превысил свою компетенцию, предусмотренную ст.72 Конституции.

36. В заключение Конституционный суд подтверждает, что формулировка нормы ст.13 ч.(1) Конституции: "Государственным языком Республики Молдова является румынский язык, функционирующий на основе латинской графики" соблюдает требование конституционной практики.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и ст.140 Конституции, ст.26 Закона о Конституционном суде, ст.6, ст.61, ст.62 п.а) и ст.68 Кодекса конституционной юрисдикции,

Конституционный суд

ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Признать частично обоснованным обращение о контроле конституционности Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда, представленное депутатами Парламента Республики Молдова Зинаидой Гречаный, Владом Батрынча и Владимиром Ворониным.

2. Признать неконституционными положения ст.II Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда.

3. Признать неприемлемым обращение в части, касающейся контроля конституционности ст.I, ст.III, ст.IV, ст.V и ст.VI Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда.

4. Настоящее постановление является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".

ОСОБОЕ МНЕНИЕ,

изложенное в соответствии с положениями ч.(5) ст.27 Закона о

Конституционном суде и ст.67 Кодекса конституционной юрисдикции

Постановлением № 8 от 11 марта 2024 года Конституционный суд частично удовлетворил обращение о контроле конституционности Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда, представленное депутатами Парламента Республики Молдова – Зинаидой Гречаный, Владом Батрынча и Владимиром Ворониным, признал неконституционной ст.II данного закона и признал неприемлемым обращение в части, касающейся контроля конституционности ст.I, ст.III, ст.IV, ст.V и ст.VI оспоренного закона.

Я не согласен с решением моих коллег – конституционных судей. Ниже излагаю особое мнение по следующим соображениям.

1. Оспоренный органический закон был принят Парламентом Республики Молдова 16 марта 2023 года во исполнение заключений некоторых постановлений Конституционного суда. По сути, оспариваемым законом было предусмотрено заменить в тексте нормативных актов, принятых Парламентом Республики Молдова, слова "молдавский язык", "государственный язык", "официальный язык" и "родной язык" словами "румынский язык".

2. Заключение Конституционного суда о конституционности внесения этих изменений (словосочетаний) органическим, а не конституционным законом основано на требованиях предыдущей конституционной практики (см. Постановление № 8 от 11 марта 2024 г., § 36).

3. В частности Конституционный суд приводит Постановление № 36 от 5 декабря 2013 года о толковании ст.13 ч.(1) Конституции в соотношении с Преамбулой Конституции и Декларацией о независимости Республики Молдова. В этом постановлении Конституционный суд указал на превалирующий характер названия "румынский язык" в Декларации о независимости по отношению к названию "молдавский язык" в ст.13 Конституции (см. Постановление № 8 от 11 марта 2024 г., §24).

4. Не вступая в дискуссию по поводу содержания Постановления № 36 от 5 декабря 2013 года, хочу внести ясность в некоторых вопросах, связанных с процедурными последствиями постановления о толковании Конституции. В этом аспекте, в своей неизменной практике Конституционный суд указал, что цель любого толкования конституционных норм заключается в обеспечении единства и правильного понимания их подлинного содержания и смысла. Толкование необходимо в случаях, когда неясность конституционных норм не может быть устранена другим правовым способом (см. ОКС № 144 от 17 декабря 2020 г., § 11; ОКС № 16 от 2 февраля 2021 г., § 9; ОКС № 160 от 29 ноября 2022 г., § 9). В этом смысле необходимо подчеркнуть, что Конституционный суд не создает, строго говоря, конституционных норм, он является "гарантом и стражем" Конституции, обеспечивая стабильность и правовую определенность конституционных норм.

5. Поскольку смысл слов "молдавский язык" и "румынский язык" не лишен ясности, их замена относится к политико-правовой воле и компетенции конституционного законодателя. Конституционный законодатель может осуществлять эту волю и компетенцию только путем пересмотра Конституции, строго регламентированного положениями ст.72, ст.141-143 Конституции.

6. В ранее принятом постановлении Конституционный суд отметил, что "[…] пересмотр Конституции означает ее изменение путем внесения новых формулировок, аннулирования некоторых норм или путем дополнения новыми положениями. Конституционный суд считает, что Конституция Республики Молдова, как систематизированный институт Высшего закона в правовой нормативной системе, сравнительно гибкая в том смысле, что она допускает пересмотр, но только посредством технической системы, предусмотренной для инициативы пересмотра (ст.141), пределов пересмотра (ст.142) и процедуры пересмотра (ст.143). Конституционный суд отмечает, что внесение изменений в некоторые положения Конституции в обход положений ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции означало бы фактически ее пересмотр, независимо от приведенных аргументов и используемого способа, что явилось бы нарушением Конституции (см. ПКС № 57 от 3 ноября 1999 г., § 3).

7. В этом контексте особое значение имеют выводы Венецианской комиссии, изложенные в Докладе по конституционным поправкам (CDL-AD(2010)001 от 19 января 2010 г.).

В этом докладе Венецианская комиссия отметила, что для реализации существенного конституционного пересмотра демократическая и полноценная политическая процедура, соответствующая установленным процедурам внесения конституционных поправок, имеет явное преимущество перед чисто судебным подходом (§ 112). Любое существенное изменение Конституции необходимо проводить в соответствии с установленными процедурами формального пересмотра, учитывая, что одна из основных задач этих строгих процедур заключается в обеспечении легитимности конституционных поправок (§ 22). Комиссия считает, что, в соответствии с современной концепцией о демократии, Парламент – самая подходящая площадка для изменения Конституции (§ 183).

8. На основании Постановления № 36 от 5 декабря 2013 года, 13 октября 2017 года группа депутатов внесла предложение о пересмотре Конституции. В представленном в Конституционный суд обращении депутаты потребовали дать заключение по законопроекту об изменении ст.13 Конституции. Этот законопроект имел следующее содержание: "Единственная статья. – В части (1) статьи 13 Конституции Республики Молдова, принятой 29 июля 1994 года (повторное опубликование: Официальный монитор Республики Молдова № 78 от 29 марта 2016 года, ст.140), синтагму "молдавский язык, функционирующий на основе латинской графики" заменить на синтагму "румынский язык"".

9. В Заключении № 3 от 31 октября 2017 года Конституционный суд отметил, что в соответствии со ст.135 ч.(1) п.с) и ст.141 ч.(2) Конституции "предложение о пересмотре Конституции, исходящее от группы депутатов, внесено уполномоченным субъектом и, в этом смысле, соответствует положениям ст.141 ч.(1) п.b) Конституции. Законопроект о внесении изменений в Конституцию, разработанный во исполнение Постановления Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года о толковании ст.13 ч.(1) Конституции в соотношении с Преамбулой Конституции и Декларацией о независимости Республики Молдова, не нарушает пределы пересмотра, установленные положениями ст.142 ч.(2) Конституции". Вместе с тем Конституционный суд отметил, что законопроект о внесении изменений в ст.13 Конституции, составленный во исполнение Постановления Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года, не содержит несоответствий или неточностей юридического характера и может быть представлен Парламенту для принятия в приоритетном режиме (см. § 20 заключения). Учитывая тот факт, что данный проект конституционного закона не был принят Парламентом в течение одного года, он считается недействительным.

10. Исходя из вышеизложенного, я пришел к выводу, что оспоренный авторами обращения Закон № 52 от 16 марта 2023 года не является техническим законом, вытекающим из обязательного исполнения и/или внедрения постановлений Конституционного суда (как отмечают в информационной записке авторы законодательного проекта). Он представляет собой инициативу о пересмотре Конституции органическим законом с применением процедуры официального толкования, данного Конституционным судом, в обход процедуры пересмотра Конституции, предусмотренной разделом VI Основного закона.

11. К такому же выводу пришло и Правительство Республики Молдова, которое в утвержденном Постановлением № 137 от 15 марта 2023 года заключении по данному законопроекту отметил: "Чтобы не допустить нарушения конституционных норм ст.72 и ст.141, ст.142 и ст.143, законопроект необходимо пересмотреть так, чтобы его положения не предусматривали изменение Конституции, предполагающее применение особой процедуры, которая отличается от процедуры принятия или изменения других видов законов" (см. стр. 7 заключения).

12. Per a contrario, возможность изменения конституционных норм при непосредственном применении толковательных постановлений Конституционного суда, без принятия конституционных законов, в условиях, когда содержание этих постановлений впоследствии может быть изменено или даже пересмотрено другими постановлениями суда, может привести к "конституционному хаосу".

13. Не могу согласиться с Постановлением Конституционного суда № 8 от 11 марта 2024 года и в том, что касается процедуры принятия оспоренного закона. Так, ст.V и ст.VI закона предусматривают, что "органам публичной власти, обладающим полномочиями принятия, утверждения или издания подзаконных нормативных актов, в 30-дневный срок со дня вступления в силу настоящего закона внести вытекающие из него изменения. Агентству правовых информационных ресурсов в 30-дневный срок со дня вступления в силу настоящего закона обеспечить в Информационной системе "Государственный регистр юридических актов" внесение вытекающих из него изменений во все законодательство Республики Молдова, в том числе в Конституцию Республики Молдова".

14. В ходе пленарного заседания Конституционного суда было установлено, что авторы оспоренного законопроекта и Правительство не провели анализ и оценку объема работы и дополнительных финансовых затрат, необходимых для реализации этих положений закона. По моему мнению, данное упущение является очевидным нарушением требований ст.131 ч.(4) Конституции, в соответствии с которой любое законодательное предложение или поправка, влекущие за собой увеличение или сокращение бюджетных доходов или займов, а также увеличение или сокращение бюджетных расходов, могут быть приняты только после их одобрения Правительством.

15. Я считаю, что по причине нарушения требований процедуры, изложенных выше и предусмотренных положениями ст.72, ст.131 ч.(4), ст.141-143 Конституции, обращение следовало удовлетворить и признать неконституционным Закон № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда.

ОСОБОЕ МНЕНИЕ,

изложенное в соответствии с положениями ч.(5) ст.27 Закона № 317

от 13 декабря 1994 года о Конституционном суде и ст.67 Кодекса

конституционной юрисдикции № 502 от 16 июня 1995 года

1. Авторы обращения № 94а/2023 г. о контроле конституционности Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда утверждают, что оспариваемый закон фактически подвергает пересмотру Конституцию. По их мнению, для обеспечения конституционности пересмотра Конституции, независимо от приведенных оснований и используемого метода, необходимо соблюдать процедуру, предусмотренную разделом VI Конституции.

2. Постановление № 8 от 11 марта 2024 года признает неприемлемым обращение в части, касающейся контроля конституционности ст.I, ст.III, ст.IV, ст.V и ст.VI Закона № 52 от 16 марта 2023 года об исполнении заключений некоторых постановлений Конституционного суда.

3. Предварительно отмечаю, что Закон № 52 от 16 марта 2023 года является органическим законом. Согласно ст.I оспариваемого закона: в тексте нормативных актов, принятых Парламентом, слова "молдавский язык" заменить словами "румынский язык" в соответствующем падеже; слова "государственный язык", "официальный язык" и "родной язык", если имеется в виду государственный язык Республики Молдова, заменить словами "румынский язык" в соответствующем падеже.

4. Так как Конституция Республики Молдова была принята Парламентом, применение ст.I Закона № 52 от 16 марта 2023 года привело к изменению пяти частей в четырех статьях Основного закона.

5. Таким образом, путем замены одного текста другим (или новой формулировки) были внесены изменения в ст.13 ч.(1) (государственный язык, функционирование других языков), ст.35 ч.(3) (право на образование), ст.78 ч.(2) (выборы Президента), ст.118 ч.(1) и ч.(2) (язык судопроизводства и право на переводчика) Конституции.

6. В своей неизменной практике Конституционный суд установил, что пересмотр Конституции означает ее изменение путем внесения новых формулировок, аннулирования некоторых норм или путем дополнения новыми положениями (ПКС № 57 от 3 ноября 1999 г., § 3; ЗКС № 1 от 22 сентября 2014 г., § 22; ЗКС № 1 от 24 июля 2015 г., § 11; ЗКС № 2 от 16 марта 2016 г., § 13; ЗКС № 4 от 18 апреля 2016 г., § 12).

7. В этой связи следует отметить, что, согласно ст.72 ч.(2) Конституции, пересмотр Конституции осуществляется путем принятия конституционного закона.

8. Процедура пересмотра Конституции четко и детально изложена в разделе I "Пересмотр Конституции" (ст.141-143) Основного закона, являясь гарантией защиты верховенства Конституции. Так, определены субъекты с правом внесения предложения о пересмотре Конституции (ст.141 ч.(1); обязательное вынесение заключения Конституционного суда не менее чем четырьмя судьями (ст.141 ч.(2); материальные пределы пересмотра Конституции (ст.142 ч.(1), ч.(2); запрет на пересмотр Конституции во время чрезвычайного, осадного или военного положения (ст.142 ч.(3); принятие закона о внесении изменений в Конституцию не ранее шести месяцев после представления соответствующего предложения (ст.143 ч.(1); принятие конституционного закона двумя третями голосов депутатов (ст.143 ч.(1).

9. В своей практике Конституционный суд ясно указал, что Конституция Республики Молдова может быть пересмотрена только при соблюдении процедуры, предусмотренной положениями ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции (см. ПКС № 57 от 3 ноября 1999 г., пункт 1 резолютивной части; ЗКС № 1 от 22 сентября 2014 г., § 23, 24; ЗКС № 1 от 24 июля 2015 г., § 12, 14; ЗКС № 1 от 29 февраля 2016 г., § 10; ЗКС № 2 от 16 марта 2016 г., § 14; ЗКС № 4 от 18 апреля 2016 г., § 13).

10. В этом контексте отмечаю тот факт, что Конституция Республики Молдова не содержит такого понятия как "технические изменения в конституционные нормы" (см. ПКС № 8 от 11 марта 2024 г., § 27). В случае любой поправки в Конституцию применяется одна процедура, предусмотренная положениями ст.141, ст.142 и ст.143 Высшего закона.

11. Конституционный суд подтвердил этот вывод в Заключении № 3 от 31 октября 2017 года. Основанием для рассмотрения дела было обращение (№ 134с/2017) о даче заключения по законопроекту о внесении изменений в ст.13 Конституции, представленное группой из 34 депутатов Парламента Республики Молдова, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.с) (полномочие Конституционного суда высказываться по предложениям о пересмотре Конституции) и ст.141 ч.(1) п.b) (инициатива пересмотра Конституции) Конституции (§ 1-2 заключения).

12. Несмотря на то, что были использованы синтагмы "техническая инициатива по изменению Высшего закона" (§ 19 заключения) и "поправки технического порядка" (§ 21 заключения), Конституционный суд отметил, что рассматриваемое обращение предусматривает внесение изменений в ст.13 Конституции (§ 4, 15 заключения).

13. Конституционный суд пришел к выводу, что предложение об изменении Конституции, внесенное уполномоченным субъектом, соответствует положениям ст.141 ч.(1) п.b) Конституции; законопроект об изменении Конституции, составленный во исполнение Постановления Конституционного суда № 36 от 5 декабря 2013 года, не нарушает пределы пересмотра, установленные положениями ст.142 ч.(2) Конституции, и может быть представлен Парламенту для принятия (см. ЗКС № 3 от 31 октября 2017 г., § 20, п.1 и п.2 резолютивной части). Является очевидным, что, согласно ст.143 ч.(1) Конституции, Парламент должен был принять не органический или ординарный закон, а конституционный закон. Ad absurdum, если Конституционный суд посчитал бы возможным внесение изменений в ст.13 Конституции посредством принятия органического или ординарного закона, обращение (№ 134с/2017) не было бы принято к рассмотрению, поскольку Конституционный суд, согласно ст.135 ч.(1) п.с) и ст.141 ч.(2) Конституции, дает заключения только по проектам конституционных законов. Per a contrario, принятие Парламентом органического или ординарного закона не требует предварительного заключения Конституционного суда.

14. Таким образом, из практики Конституционного суда ясно вытекает, что вне зависимости от того, идет ли речь о проекте по внесению "технических" изменений в Конституцию, разработанном в целях исполнения постановления Конституционного суда, либо об "обычном" проекте по изменению Конституции, любое прямое вмешательство в текст Конституции может быть совершено только при строгом соблюдении положений ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции.

15. Конституционный суд отметил, что внесение изменений в некоторые положения Конституции в обход положений ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции означало бы фактически ее пересмотр, независимо от приведенных аргументов и используемого способа, что явилось бы нарушением Конституции (см. ПКС № 57 от 3 ноября 1999 г., § 3).

16. Вывод. "Внесение технических изменений" в положения ст.13 ч.(1), ст.35 ч.(3), ст.78 ч.(2), ст.118 ч.(1) и ч.(2) Конституции принятием органического закона, в обход конституционной процедуры пересмотра Основного закона, противоречит положениям ст.141, ст.142 и ст.143 Конституции.