Постановление № 461 от 26.06.2024
oб утверждении Заключения на проект закона о внесении изменений в некоторые нормативные акты (декларирование имущества и личных интересов)
ПРАВИТЕЛЬСТВО РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
об утверждении Заключения на проект закона о
внесении изменений в некоторые нормативные акты
(декларирование имущества и личных интересов)
№ 461 от 26.06.2024
(в силу 02.07.2024)
Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 278-281 ст. 573 от 02.07.2024
* * *
Правительство ПОСТАНОВЛЯЕТ:
Утвердить и представить Парламенту Заключение на проект закона о внесении изменений в некоторые нормативные акты (декларирование имущества и личных интересов).
| ПРЕМЬЕР-МИНИСТР | Дорин РЕЧАН |
| Контрасигнует: | |
| Министр юстиции | Вероника Михайлов-Морару |
| № 461. Кишинэу, 26 июня 2024 г. | |
Утверждено
Постановлением Правительства
№ 461/2024
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
на проект закона о внесении изменений в некоторые нормативные акты
(декларирование имущества и личных интересов)
Правительство рассмотрело проект закона о внесении изменений в некоторые нормативные акты (декларирование имущества и личных интересов), представленный в качестве законодательной инициативы (№ 156 от 28 мая 2024 года) группой депутатов Парламента, и после получения заключений от участвующих учреждений представляет общую позицию.
Законодательная инициатива представлена в соответствии со статьей 73 Конституции Республики Молдова и статьей 47 Регламента Парламента, принятого Законом № 797/1996.
Согласно пояснительной записке, проект разработан в целях совершенствования нормативной базы, касающейся функционирования Национального органа по неподкупности (НОН), предотвращения конфликтов интересов, несовместимости, запретов и ограничений субъектов декларирования, а также правильного/ соответствующего декларирования имущества и личных интересов субъектами, которых касаются эти обязательства. В проекте закона предлагается укрепить роль инспектора по неподкупности при осуществлении контроля имущества и личных интересов посредством предоставления ему дополнительных рычагов в связи с тем, что некоторые меры по осуществлению контроля имущества и личных интересов, инициированные Национальным органом по неподкупности, не имеют завершения и не приносят видимых результатов из-за бездействия Национального органа по неподкупности или затягивания рассмотрения "резонансных" дел, касающихся лиц, исполняющих ответственные государственные должности.
В целях улучшения качества проекта предлагаем следующие замечания и предложения.
В Ст.I. – о внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Республики Молдова № 225/2003 (в дальнейшем – Гражданский процессуальный кодекс):
В отношении внесения дополнения в часть (1) статьи 2781 Гражданского процессуального кодекса отмечаем, что это предложение внесено в контексте существования нормы части (6) статьи 34 Закона № 132/2016 о Национальном органе по неподкупности, в которой установлено, что "В случае обжалования акта, которым устанавливается нарушение правового режима декларирования имущества и личных интересов, Орган может потребовать конфискации необоснованного имущества в рамках процедур обжалования констатирующего акта".
Обращаем внимание авторов проекта на проблемы, возникшие в практике в связи с применением положений части (6) статьи 34 Закона № 132/2016 о Национальном органе по неподкупности.
Так, в контексте реализации этих правовых положений Национальный орган по неподкупности ранее обращался в административные суды, в которых рассматривались обжалования актов Органа, устанавливающих нарушение правового режима декларирования имущества и личных интересов, с исками для вынесения решения о конфискации необоснованного имущества в случае, если обжалуемые административные акты должны были остаться в силе. В судебной практике, сложившейся как на уровне Апелляционной палаты Кишинэу, так и на уровне Высшей судебной палаты, принято решение признавать некоторые такие иски Органа неприемлемыми на том основании, что эти иски не входят в компетенцию специального состава по рассмотрению административных исков Апелляционной палаты Кишинэу.
В частности, в качестве аргументов в поддержку данного решения были приведены следующие соображения: "Однако, судебный состав по данному вопросу объясняет, что согласно части (2) статьи 2 Административного кодекса, определенные аспекты, касающиеся административной деятельности по специфическим областям деятельности, могут регулироваться специальными законодательными нормами, отступающими от положений настоящего кодекса, только если такое регулирование крайне необходимо и не противоречит принципам настоящего кодекса.
Один из принципов процедуры административного судопроизводства, изложенный в частях (1) и (2) статьи 36 Административного кодекса, предусматривает, что судебная инстанция, компетентная рассматривать административные иски, обязана соблюдать принцип верховенства права, в соответствии с которым достоинство человека, его права и свободы являются высшими ценностями и гарантируются государством. Компетентные судебные инстанции применяют принцип верховенства права с учетом судебной практики Европейского суда по правам человека.
Исходя из вышесказанного, судебный состав отмечает, что процессуальные пути обеспечивают заинтересованным лицам доступ к суду, наделенному законом компетенцией принимать решения, и для того, чтобы право на доступ к суду было соблюдено, необходимо, чтобы суд, в который передано дело, обладал полной юрисдикцией, то есть обладал компетенцией анализировать как фактические, так и юридические аспекты дела.
Такой порядок регулирования права на доступ к правосудию соответствует принципам ЕСПЧ, согласно которым осуществление права на доступ к правосудию предполагает именно обеспечение доступа любого лица к суду, учрежденному законом, то есть гарантирование правовой процедуры, в рамках которой это право может быть эффективно реализовано. В связи с этим судебная инстанция, руководствуясь стандартами Европейского суда по правам человека, отмечает, что несоблюдение судом положений внутреннего права в принципе означает нарушение § 1 статьи 6 Конвенции (DMD Group, A.S. против Словакии, пункт 61).
Таким образом, специальный судебный состав установил, что рассмотрение поданного Национальным органом по неподкупности ходатайства/ иска в рамках административного судопроизводства в данной ситуации, при отсутствии регулирования административных отношений при осуществлении административной деятельности приведет к нарушению принципов, предусмотренных в Административном кодексе, и более того, лишит X Y уровня юрисдикции.
Исходя из представленных выше правовых положений, судебный состав констатирует, что иск, поданный Национальным органом по неподкупности, подан с нарушением указанных выше правовых норм, вследствие чего он признается неприемлемым в соответствии с частями (1) и (2) статьи 207 Административного кодекса, поскольку в статье 197 Административного кодекса установлено, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела той судебной инстанцией, к компетенции которой дело отнесено законом, за исключениями, прямо предусмотренными законом".
Исходя из соображений судебной инстанции, мы отмечаем риск, состоящий в том, что изменения, предлагаемые исключительно для части (1) статьи 2781 Гражданского процессуального кодекса, могут не способствовать достижению целей, намеченных авторами; суды по-прежнему будут придерживаться своей первоначальной точки зрения по данному вопросу.
В связи с этим предлагаем следующие предложения по усовершенствованию проекта закона:
1) в тексте, предлагаемом для включения в часть (1) статьи 2781 Гражданского процессуального кодекса, следует переформулировать выражение "Национальный орган по неподкупности может требовать конфискацию необоснованного имущества", исключив из него слово "может", чтобы обеспечить полное соотношение данного положения с представленным в проекте вмешательством, которое предлагается осуществить в части (6) статьи 34 Закона № 132/2016, и избежать благодаря этому чрезмерное дискреционное право Органа, который мог бы выбирать в каждом случае, следует ли обращаться с ходатайством о конфискации необоснованного имущества в рамках административного процесса или следовать двум отдельным судебным процедурам;
2) в контексте части (2) статьи 2 Административного кодекса, в которой установлено, что "определенные аспекты, касающиеся административной деятельности по специфическим областям деятельности, могут регулироваться специальными законодательными нормами, отступающими от положений настоящего кодекса, только если такое регулирование крайне необходимо и не противоречит принципам настоящего кодекса" (правовая норма, на которую ссылаются в судебных актах, которыми были отклонены иски Национального органа по неподкупности о конфискации необоснованного имущества в административном процессе), предлагаем дополнить пояснительную записку к проекту закона дополнительными сведениям, касающимися порядка применения правовых норм, введенных проектом, а также сведениями, касающимися необходимости/ цели, преследуемой внесением данных изменений;
3) наиболее чувствительный аспект, связанный с намерением авторов проекта разрешить Национальному органу по неподкупности требовать конфискации необоснованного имущества в рамках административных процедур, в рамках которых оспариваются констатирующие акты Органа, может быть следствием следующих соображений, изложенных по данному вопросу в судебных актах, изданных:
- Высшей судебной палатой: "По изложенным причинам специальный состав по рассмотрению административных исков полагает, что апелляционная палата правильно установила, что иск, поданный Национальным органом по неподкупности, подан с нарушением вышеуказанных правовых норм, вследствие чего он должен быть признан неприемлемым в соответствии с частями (1) и (2) статьи 207 Административного кодекса, поскольку в статье 197 Административного кодекса установлено, что никто не может быть лишен права на рассмотрение дела судом, которому законом предоставлена компетенция, за исключением случаев, прямо установленных законом.";
- Апелляционной палатой Кишинэу: "Исходя из вышеуказанного, судебный состав отмечает, что процессуальные пути обеспечивают заинтересованным лицам доступ к суду, наделенному законом компетенцией принимать решения, и для того, чтобы право на доступ к суду было соблюдено, необходимо, чтобы суд, в который передано дело, обладал полной юрисдикцией, то есть обладал компетенцией анализировать как фактические, так и юридические аспекты дела.
Такой порядок регулирования права на доступ к правосудию соответствует принципам ЕСПЧ, согласно которым осуществление права на доступ к правосудию предполагает именно обеспечение доступа любого лица к суду, учрежденному законом, то есть гарантирование правовой процедуры, в рамках которой это право может быть эффективно реализовано.". Проблема, с которой столкнется административный суд, рассматривающий иск против констатирующего акта Национального органа по неподкупности и против которого Органом будет подана жалоба в соответствии с действующими положениями части (6) статьи 34 Закона № 132/2016, а также новыми положениями части (1) статьи 2781 Гражданского процессуального кодекса, предлагаемыми в данном проекте, с иском о конфискации необоснованного имущества (в случае выигрыша Органом дела в суде, заключается в том, что он не может действовать в качестве суда с полной юрисдикцией в отношении предмета, по которому к нему обратились (распоряжение о гражданской конфискации имущества на основании иска Органа) и, следовательно, не квалифицируется как "суд" в смысле Европейской конвенции по правам человека и прецедентного права ЕСПЧ. В связи с этим административный суд при рассмотрении дела должен руководствоваться положениями Административного кодекса и только если определенные аспекты не регулируются этим законом – положениями Гражданского процессуального кодекса (основное правило, закрепленное в статье 195 Административного кодекса).
В этом смысле Административный кодекс содержит ряд положений, которые фактически ограничивают в полном объеме юрисдикцию суда по вопросам, связанным с иском Органа о конфискации необоснованного имущества (в первую очередь статья 225 Административного кодекса, касающаяся пределов судебного контроля, что представляет собой существенное отличие от общего правила гражданского процесса, предусмотренного в статье 240 Гражданского процессуального кодекса; и статьи 224 Административного кодекса, где исчерпывающим образом регламентированы решения, которые могут быть вынесены административным судом).
Исходя из данных правовых обстоятельств, полагаем, что простого вмешательства в статью 2781 Гражданского процессуального кодекса, как это предложено в проекте, может быть недостаточно для достижения целей, предусмотренных законодателем при внесении изменения в часть (6) статьи 34 Закона № 132/2016, без ряда вмешательств, которые непосредственно касались бы Административного кодекса (в частности, упомянутых ранее правовых норм) и которые предусматривали бы специальное регулирование для рассмотрения административным судом исков, предусмотренных в части (6) статьи 34 Закона № 132/2016 (а также новых положений части (1) статьи 2781 Гражданского процессуального кодекса, в результате принятия данного проекта).
В Ст.II. – о внесении изменений в Закон № 158/2008 о государственной должности и статусе государственного служащего (в дальнейшем – Закон № 158/2008):
По пункту 1 проекта, в котором предлагается признать утратившим силу пункт e) части (2) статьи 25 Закона № 158/2008, сообщаем следующее.
Согласно пункту e) части (2) статьи 25 Закона № 158/2008, государственный служащий не может осуществлять иную оплачиваемую деятельность в качестве советника в административно-территориальных единицах первого и второго уровней, за исключением случая, если государственный служащий не находится в служебных отношениях с подразделениями органов местного публичного управления того же уровня и в той же административно-территориальной единице, в которой осуществляет деятельность. Данные положения вытекают из необходимости обеспечения того, чтобы государственные служащие не совмещали должности, которые могли бы повлиять или оказать негативное влияние на их должностные решения и обязанности.
В связи с этим согласно статье 1 Закона № 133/2016 о декларировании имущества и личных интересов (в дальнейшем – Закон № 133/2016) устанавливаются меры по предупреждению необоснованного обогащения, конфликта интересов, положений несовместимости и борьбе с ними, а также нарушений правового режима ограничений и запретов.
Далее, в статье 2 упомянутого закона определяется конфликт интересов как ситуация, в которой субъект декларирования имеет личный интерес, влияющий, способный повлиять на беспристрастное и объективное выполнение возложенных на него законом полномочий и обязанностей. Таким образом, отмечаем, что признание утратившим силу подпункта e) части (2) статьи 25 Закона № 158/2008 может привести к тому, что государственные служащие, как субъекты декларирования имущества и личных интересов, могут иметь личные интересы, которые потенциально могут повлиять на беспристрастность и объективность в выполнении служебных обязанностей. Имея оплачиваемые должности в рамках одной и той же административно-территориальной единицы, государственные служащие могут создавать ситуации принятия решений, которые будут способствовать личным или профессиональным интересам в ущерб общественным интересам.
Более того, эта потенциальная ситуация противоречит принципу служения общественным интересам с беспристрастностью и объективностью, установленному в подпункте a) статьи 11 Закона № 133/2016.
Кроме того, согласно положениям пунктов d) и j) части (1) статьи 10 Закона № 82/2017 о неподкупности (в дальнейшем – Закон № 82/2017), институциональная среда неподкупности формируется посредством соблюдения правового режима конфликта интересов и обеспечения прозрачности в процессе принятия решений. Поэтому запрет на осуществление деятельности в качестве советника в рамках той же административно-территориальной единицы способствует четкому разграничению функций и обязанностей между различными уровнями принятия решений, способствуя избежанию фаворитизма и продвижению справедливого и честного управления.
Дополнительно, в пункте d) части (1) статьи 22 Закона № 158/2008 установлено, что государственный служащий обязан выполнять все служебные обязанности ответственно, объективно и четко, инициативно и коллегиально. Соответственно в части (2) статьи 24 того же закона предусмотрено что государственный служащий обязан строго соблюдать правовой режим конфликта интересов, несовместимости, ограничений и подарков.
В контексте вышеизложенного следует отметить, что совмещение обязанностей государственными служащими после признания утратившим силу пункта e) части (2) статьи 25 может привести к снижению уровня неподкупности и прозрачности в органах публичной власти.
Более того, согласно положениям пунктов b), c) и e) части (1) статьи 7 Закона № 768/2000 о статусе местного выборного лица, мандат местного выборного лица несовместим с обязанностями государственного служащего территориального бюро Государственной канцелярии, работника структурных подразделений органов местного публичного управления, в том числе Народного Собрания и Исполнительного комитета Гагаузии (аппарат председателя района, примэрии, примэрия и претуры муниципия Кишинэу, управления, отделы и другие структурные подразделения), а также в других случаях, предусмотренных законодательством, в том числе статьей 84№ 436/2006 Закона о местном публичном управлении.
Относительно пункта 2 проекта, в котором предлагается признать утратившим силу пункт a) части (6) статьи 45 Закона № 158/2008, сообщаем следующее.
Согласно статье 5 Закона № 158/2008, государственная служба основывается на принципах равенства и недискриминации, законности, профессионализма, гласности, беспристрастности, независимости, ответственности, стабильности, лояльности и неподкупности. В этом контексте, согласно пункту a) части (6) статьи 45 упомянутого закона, до выдвижения государственного служащего на высшую руководящую государственную должность, руководящую государственную должность руководителя и заместителя руководителя административного органа, подведомственного министерству, орган, правомочный назначать на должность, запрашивает выдачу свидетельства о неподкупности Национальным органом по неподкупности.
Рациональность этих положений заключается в том, что лица, занимающие эти должности, осуществляют высший уровень управления в органах публичной власти. В этом контексте, согласно пункту a) части (1) статьи 10 Закона № 82/2017, атмосфера институциональной неподкупности культивируется путем зачислений и продвижений по службе публичных агентов на основании заслуг и профессиональной неподкупности. Соответственно в пункте a) части (2) статьи 11 упомянутого закона установлено, что для обеспечения зачисления и продвижения публичных агентов на конкурсной основе согласно критериям отбора, указанным в части (1), руководитель публичного субъекта принимает административные акты об установлении правил организации и проведения открытого конкурса в рамках субъекта с обязательным установлением критериев отбора с учетом заслуг и профессиональной неподкупности (запрос справки из регистра тестирования профессиональной неподкупности, информации о неразрешенных ситуациях несовместимости, о конфликтах интересов, за которые назначены наказания, справки о судимостях, содержащие информацию о лишении права занимать публичные должности).
Соответственно, запрос и выдача справки о неподкупности является гарантией того, что государственные служащие, продвигаемые на высшую руководящую государственную должность, руководящую государственную должность руководителя и заместителя руководителя административного органа, подведомственного министерству, имеют безупречное профессиональное и моральное поведение, исключая риск наличия в этих должностях лиц, вовлеченных в коррупционные действия или другие виды деятельности, не соответствующие публичной этике.
Если предложение о признании утратившим силу пункта a) части (6) статьи 45 Закона № 158/2008 будет принято в контексте более широких изменений, предлагаемых проектом в содержании Закона № 132/2016 о Национальном органе по неподкупности (статья III проекта), которые предусматривают отказ от концепции справки о неподкупности и ее замены на "информацию об отсутствии запрета на занятие публичной должности, вытекающего из окончательного акта Национального органа по неподкупности" (по модели, предложенной во вмешательстве в пункт i) части (3) статьи 7 упомянутого закона), то мы считаем, что пункт a) части (6) статьи 45 Закона № 158/2008 не должен быть признан утратившим силу, а, возможно, изложен в новой редакции, которая бы отражала новые понятия, предложенные в Законе № 132/2016.
В Ст.III. – о внесении изменений в Закон № 132/2016 о Национальном органе по неподкупности (в дальнейшем - Закон № 132/2016):
В контексте пункта c) части (1) статьи 7, который устанавливает, что Национальный орган по неподкупности "устанавливает необоснованное имущество", отмечаем противоречивый характер в отношении положений части (1) статьи 42 Закона № 132/2016, который ссылается на "окончательное судебное решение, которым устанавливается необоснованность имущества", и части (5) статьи 23 Закона № 133/2016, в которой указывается, что "имущество было признано полностью или частично необоснованным на основании окончательного судебного решения". Таким образом, необходимо определить субъект, обладающий компетенцией для признания "необоснованного имущества", исходя из того, что инспекторы по неподкупности осуществляют контроль имущества и устанавливают существенные различия, учитывая изменения в имуществе субъекта декларирования, в период исполнения мандатов, публичных или общественных должностей, а также доходов, полученных, и расходов, осуществленных в тот же период.
В контексте предложения о признании недействительными пунктов d1) и g1) части (7) статьи 12, необходимо уточнить, какому органу будут переданы функции, указанные в соответствующих нормативных актах. Таким образом, предлагается дополнить статью положениями, которые будут регулировать орган, ответственный за утверждение организационной структуры и внутреннего регламента органа, а также за установление оснований для освобождения от должности инспектора по неподкупности.
В части, касающейся внесения изменений в пункт e1) части (1) статьи 7, необходимо отметить, что в части (2) статьи 5 Закона № 768/2000 о статусе местного выборного лица перечислены случаи досрочного прекращения полномочий советника, а в частях (3) и (4) этой же статьи определена процедура досрочного лишения мандата советника. Таким образом, в случаях, предусмотренных пунктами a) и f) части (2), мандат советника отзывается соответствующим советом, а в случаях, предусмотренных пунктами b)–e), h) и i) части (2), мандат советника отзывается Центральной избирательной комиссией.
В случаях, предусмотренных пунктами b)–d) части (2) (несовместимость должности, установление ставшим окончательным констатирующим актом Национального органа по неподкупности издания/ принятия им административного акта, совершения непосредственно или через третье лицо сделки, принятия или участия в принятии определенного решения при фактическом конфликте интересов, не разрешенном в соответствии с положениями законодательства об урегулировании конфликта интересов, неподача им декларации об имуществе и личных интересах или отказ от ее подачи согласно части (8) статьи 27 Закона о Национальном органе по неподкупности № 132/2016), Центральная избирательная комиссия инициирует процедуру лишения мандата советника по обращению в Национальный орган по неподкупности. Центральная избирательная комиссия на основании имеющихся у нее избирательных документов принимает решение о лишении советника мандата в течение 30 дней со дня обращения. Соответственно, рекомендуется исключить конфликтующие нормы из проекта нормативного акта, во избежание несоответствий между полномочиями, установленными Законом № 768/2000. Предлагаемое изменение усложнило бы существующую процедуру, создавая неясности и возможные конфликты компетенций между учреждениями. Избирательным органом, ответственным за лишение мандата местного советника в случаях, установленных законом, является Центральная избирательная комиссия. Более того, если Национальный орган по неподкупности должен уведомить о прекращении мандата, трудовых или служебных отношений субъекта декларирования на основании ставшего окончательным констатирующего акта, целесообразно установить 15-дневный срок для уведомления ответственного органа.
В отношении дополнения пунктом g) части (1) статьи 7, предусматривающим обязанность Национального органа по неподкупности по разработке политики в области неподкупности, следует отметить, что согласно статье 107 Конституции Республики Молдова, "Центральными отраслевыми органами государства являются министерства. Основываясь на законе, они проводят в жизнь политику Правительства, его постановления и распоряжения, осуществляют руководство вверенными им областями и несут ответственность за свою деятельность.". Исходя из предложенной формулировки следует, что Национальный орган по неподкупности будет отвечать не только за разработку, мониторинг и оценку политик, но и за их фактическую реализацию, что может повлиять на объективность обоих процессов. По этим соображениям целесообразно сохранить эту компетенцию за Министерством юстиции, являющимся публичным органом, разрабатывающим и продвигающим программные документы в области юстиции. Согласно пункту 6 Положения об организации и функционировании Министерства юстиции, утвержденного Постановлением Правительства № 698/2017, Министерство реализует свои функции в области реформы системы юстиции и права (пункт 1), в том числе в области неподкупности (пункт 15). Более того, область неподкупности также упоминается в Стратегии обеспечения независимости и неподкупности сектора юстиции на 2022–2025 годы и Плана действий по ее реализации, принятых Парламентом Законом № 211/2021. В то же время следует учитывать необходимость обеспечения стабильности нормативно-правовой базы и избегать продвижения противоречивых концепций различными органами в этой области.
Пункт i) части (2) статьи 7 будет приведен в соответствие с пунктом i) части (3) той же статьи как в части категории функции, о которой идет речь, так и в части "окончательного" характера констатирующего акта Национального органа по неподкупности. Согласно пункту c) части (1) статьи 54 Закона № 100/2017 о нормативных актах (в дальнейшем – Закон № 100/2017), "используемая терминология употребляется в таком же значении и в такой же форме, как и в других нормативных актах". Также будет учитываться часть (6) статьи 23 Закона № 133/2016, которая предусматривает запрет на занятие любой должности, указанной в части (1) статьи 3 Закона № 133/2016, в результате издания констатирующего акта Национальным органом по неподкупности.
В отношении пункта i) части (3) статьи 7, которым предлагается предоставление Национальным органом по неподкупности в течение 5 рабочих дней информации об отсутствии запрета на занятие публичной должности, целесообразно уведомить автора о сжатых сроках в предвыборный период, регламентированных Избирательным кодексом, обусловленных тем, что предвыборный период включает мероприятия, которые последовательно выполняются и реализуются на различных предварительно определенных этапах в сроки, предусмотренные Избирательным кодексом, а также на основании календарного плана, утвержденного Центральной избирательной комиссией.
В отношении пункта l) части (7) статьи 12, после изложения этого положения в новой редакции, неясно, кому будут предоставлены полномочия по рассмотрению и разрешению в будущем конфликтов интересов заместителя председателя Национального органа по неподкупности и инспекторов по неподкупности.
В пункте 7, касающемся части (41) статьи 13, отмечается необходимость уточнения факта отклонения Президентом Республики Молдова кандидатуры на должность заместителя председателя Национального органа по неподкупности. Что касается "нарушения кандидатом законодательства" как одного из оснований для отклонения кандидатуры на должность заместителя председателя, неясно, может ли, например, совершение правонарушения в области дорожного движения, повлекшее наложение штрафа и начисление штрафных баллов, представлять собой нарушение законодательства в смысле части (41), требуя включения в текст нормы соответствующих строгих уточнений. Дополнительно, касательно выражения "неоспоримые доказательства" отмечаем, что понятие "доказательство" специфично для судебного процесса с конкретными правилами сбора и управления ими. Таким образом, предлагаем использовать термин "обстоятельства, подтверждающие несовместимость кандидата с данной должностью". По тем же соображениям должна быть пересмотрена и часть (2) статьи 13 в части, касающейся отклонения предложенной кандидатуры на должность председателя Национального органа по неподкупности.
Одновременно, в контексте изменения порядка назначения заместителя председателя Национального органа по неподкупности, будут внесены соответствующие строгие изменения и в часть (5) статьи 13, с изложением ее в следующей редакции: "(5) В случае повторного предложения одной и той же кандидатуры, Президент Республики Молдова издает указ о ее назначении на должность председателя или заместителя председателя Органа в течение 5 дней с даты получения повторного предложения.".
В пункте 8 будет пересмотрено предложение о дополнении части (1) статьи 14 в целях соблюдения последовательности структурных элементов.
В процессе анализа изменений, внесенных в часть (3) статьи 14, в том числе сквозь призму части (4) статьи 17 проекта закона, в результате которых заместителю председателя предоставляются новые полномочия в процессе предварительной проверки заявлений и контрольных процедур, отмечается идея подрывания роли и полномочий председателя в деятельности Национального органа по неподкупности, в некоторых отношениях, превосходящих их. Более того, после изучения части (1) статьи 14 Закона № 132/2006 создается впечатление, что председатель Национального органа по неподкупности выполняет административные функции (назначает на должности инспекторов по неподкупности, изменяет, приостанавливает и прекращает служебные отношения с ними в соответствии с законом; назначает на должности государственных служащих и работающий на договорной основе персонал аппарата Органа, изменяет, приостанавливает их служебные или трудовые отношения и распоряжается о прекращении их служебных или трудовых отношений в соответствии с законодательством; решает, согласно законодательству, вопросы, касающиеся установления надбавок к заработной плате и назначения премий; утверждает образец служебного удостоверения и т.д.).
В отношении предложения о признании недействительными части (4) статьи 14 и части (3) статьи 20 возникает неясность, смогут ли председатель и заместитель председателя Национального органа по неподкупности выполнять функции по контролю за имуществом и личными интересами, соблюдению правового режима конфликтов интересов, несовместимости, ограничений и запретов (в настоящее время они не могут выполнять такие функции).
В пункте 10:
В отношении внесения изменений в часть (21) и, соответственно, часть (32) статьи 18, в части замены органа, осуществляющего контроль кандидатов на должность инспектора по неподкупности Службы информации и безопасности Национального центра по борьбе с коррупцией, считаем, что при рассмотрении этого предложения должно быть учтено мнение Службы информации и безопасности.
В этом смысле отмечаем, что согласно статье 32 Закона № 100/2017 о нормативных актах:
"(1) Проект нормативного акта вместе с пояснительной запиской передается на согласование органам публичной власти, ответственным за применение положений проекта, заинтересованным учреждениям, а также представителям гражданского общества, которые подготавливают и представляют автору проекта заключения на проект.
(2) Проекты нормативных актов, относящихся к области компетенции Генеральной прокуратуры, Центральной избирательной комиссии, Национального банка Молдовы, Национального центра по защите персональных данных, а также других автономных органов публичной власти, передаются в обязательном порядке на согласование этим органам.".
В этой связи также отмечаем, что согласно части (1) статьи 1, части (11) статьи 3 пункта (11) Закона № 136/2023 о Службе информации и безопасности Республики Молдова и пункту e) статьи 5 Закона № 271/2008 о проверке владельцев и кандидатов на государственные должности, Служба информации и безопасности является автономным административным органом, на который возложена ответственность за проверку лиц, занимающих должности, и кандидатов на должности, занимаемых инспекторами по неподкупности согласно положениям Закона № 132/2016 о Национальном органе по неподкупности.
В отношении предложения об исключении выражения "Проведение конкурсных тестов сопровождается видеонаблюдением и видеозаписью." из части (3) статьи 18, считаем его необоснованным. Достоверность и правильность проведения конкурса основывается на совокупности факторов, одним из которых является прозрачность процедуры отбора инспектора по неподкупности. Этот процесс должен быть свободен от любого подозрения в манипуляциях, при этом преобладающее значение для правильности отбора лучшего кандидата должны иметь объективные принципы. Таким образом, сам факт аудио-/видеозаписи процесса придает процессу достоверность и служит фактором предотвращения манипуляций при оценивании, особенно в случае оспаривания результатов, когда такие записи могут служить важными доказательствами для объективного разрешения спора.
Части (31) и (32), предложенные для дополнения статьи 18, рекомендуется переформулировать для придания норме предсказуемости и исключения многократных толкований. Из содержания нормы части (31) возникает неясность, относятся ли "государственные служащие в рамках Органа" к государственным служащим Национального органа по неподкупности или ко всем учреждениям, перечисленным в данной части. Во втором случае неясен смысл ограничения только перечисленными учреждениями.
В качестве альтернативы рекомендуется изложить текст в следующей редакции: "Занятие вакантной или временно вакантной должности инспектора по неподкупности может осуществляться также путем перевода, осуществляемого в интересах службы между различными публичными органами, или в качестве способа изменения служебных отношений в рамках Органа с соблюдением основных условий и специфических требований, указанных в должностной инструкции для вакантной или временно вакантной должности.".
В этом контексте отмечаем, что согласно части (2) статьи 17 Закона № 132/2016, "Должность инспектора по неподкупности является государственной должностью с особым статусом и исполняется в порядке, установленном настоящим законом и Законом о государственной должности и статусе государственного служащего № 158/2008 – в той мере, в какой настоящий закон не предусматривает иное.". Соответственно часть (2) статьи 4 Закона № 158/2008 устанавливает, что "Положения настоящего закона применяются к государственным служащим, имеющим особый статус (сотрудники дипломатической службы, таможенной службы, государственной налоговой службы, Службы по предупреждению и борьбе с отмыванием денег, Национального органа по неподкупности, органов обороны, органов по предупреждению и борьбе с коррупцией, органов национальной безопасности и охраны общественного порядка, иные установленные законом категории), в части, не регулируемой специальными законами.".
Более того, в пункте d) части (1) статьи 3 Закона № 100/2017 указано, что при разработке нормативного акта должны соблюдаться принципы целесообразности, согласованности, стабильности и предсказуемости правовых норм. Дополнительно, согласно пункту a) части (4) указанной статьи, нормативный акт должен органично вписываться в действующую нормативную базу, и с этой целью, проект нормативного акта должен соотноситься с положениями нормативных актов высшего или того же уровня, с которыми он связан.
Аналогично, исходя из вышеизложенного, рекомендуется пересмотреть часть (32) проекта, так как в соответствии с положениями статей 28 и 48 Закона № 158/2008, замещение вакантных или временно вакантных государственных должностей "осуществляется", в том числе в порядке перевода государственных служащих, в соответствии с законом. Дополнительно, в частях (1) и (2) статьи 12 Закона № 158/2008 предусмотрено, что органы публичной власти обеспечивают управление государственной должностью и государственными служащими. Управление государственной должностью и государственными служащими организуется и осуществляется посредством кадрового подразделения. В соответствии с литерой b) подпункта 1) пункта 9 Постановления Правительства № 201/2009 о введении в действие положений Закона № 158/2008, кадровое подразделение обеспечивает потребности в персонале путем организации и участия в проведении/реализации процедур по замещению должностей. Таким образом, каждый государственный орган отвечает за реализацию кадровых процедур, включая обеспечение персоналом, а установление ограничений на замещение вакантных государственных должностей путем перевода не оправдано, так как может привести к задержкам в обеспечении непрерывности деятельности органа.
Кроме того, в исчерпывающий список органов, который бы позволил перевод на должность инспектора по неподкупности, предусмотренного в части (31), включен также Национальный центр по борьбе с коррупцией. Также, согласно части (32) проекта закона, "кандидаты на перевод проходят проверку в Национальном центре по борьбе с коррупцией". Следовательно, обращаем внимание на риск трудности в обеспечении объективной и беспристрастной проверки когда учреждение проводит проверку своих собственных сотрудников.
Дополнительно, норма о замещении не более половины "вакантных" должностей является ошибочной, так как после замещения путем перевода половины персонала, возникнет ситуация новых вакантных должностей с возможностью трудоустройства путем перевода снова половины данных должностей, что позволит многократно применять это положение, изменяя тем самым намерение авторов проекта.
Пункт g) части (1) статьи 20, содержащийся в пункте 12 проекта закона требует дополнительного рассмотрения для обеспечения ясности и законченности, чтобы определить, какие действия должен предпринять инспектор по неподкупности в случае несогласия с выполнением указаний заместителя председателя. Также необходимо установить, к кому инспектор по неподкупности должен обратиться для представления мотивированного отказа: председателю, заместителю председателя или, возможно, Совету по неподкупности. В этом контексте рекомендуется рассмотреть положения статьи 23 Закона № 158/2008.
Кроме того, неясна аргументация отмены части (4) в которой установлено что "О любой попытке оказания на него влияния со стороны председателя или заместителя председателя Органа либо со стороны третьих лиц инспектор по неподкупности незамедлительно сообщает Совету по неподкупности".
В пункте 15, в котором часть (1) статьи 24 дополняется словами "или увольнения", рекомендуется пересмотреть текст следующим образом: "Служебные отношения для должности инспектора по неподкупности прекращаются в результате освобождения, увольнения с должности или в случае смерти". Корректировка текста предлагается в соответствии с положениями статей 61-65 Закона № 158/2008, так как в этом контексте прекращаются служебные отношения, но не государственная должность. Аналогично, рекомендуется пересмотреть пункт g) той же части следующим образом: "в случае окончательного утверждения констатирующего акта, предусматривающего прекращение служебных отношений для государственной должности". Также будет пересмотрено изменение, касающееся пункта g) и так как данный структурный элемент уже присутствует в тексте закона, следует уточнить, идет ли речь о новой редакции или о дополнении части (2) статьи 24 новым пунктом (в контексте существующего перечня, возможно, пункт g1).
Дополнительно предлагается пересмотреть заголовок статьи 24 следующим образом: "Основания прекращения служебных отношений для должности инспектора по неподкупности".
В части, касающейся отмены статьи 27 Закона № 132/2016, предлагаем пересмотреть инициативу и изложить данную статью следующим образом: "Статья 27. Последствия неподачи декларации о доходах и личных интересах".
(1) В случае, если субъект декларирования не подает декларацию о доходах и личных интересах, инспектор по неподкупности направляет ему требование о подаче декларации о доходах и личных интересах в течение 30 дней.
(2) Неподача декларации о доходах и личных интересах в течение 30 дней с момента получения требования инспектора по неподкупности является основанием для прекращения мандата, трудовых или служебных отношений субъекта декларирования. Инспектор по неподкупности немедленно уведомляет об этом руководство публичной организации или органа, ответственного за назначение на должность субъекта декларирования, и председателя Органа. Руководитель публичной организации или Органа, ответственного за назначение на должность субъекта декларирования, обязан издать решение о прекращении мандата, трудовых или служебных отношений субъекта декларирования и уведомить Орган в течение 15 дней с момента получения уведомления инспектора по неподкупности".
Кроме того, в пояснительной записке к проекту закона будет обосновано предложение об отмене положений, касающихся процедуры проверки деклараций о доходах и личных интересах.
В пункте 18 относительно части (3) статьи 30 будет пересмотрено предлагаемое решение о расчете нового срока в случае перераспределения заявлений и контрольных дел, чтобы избежать возможных злоупотреблений.
В пункте 19 будет рассмотрено, не является ли запрет на оспаривание протокола об инициации контроля чрезмерным, так как оспаривание акта не приостанавливает процедуру контроля. В случае необходимости, будет предусмотрено, что оспаривание протокола о начале проверки не приостанавливает проверку. Следует учитывать, что нельзя категорически исключать возможность того, что даже этот административный акт в определенных ситуациях может быть принят без соблюдения норм законодательства.
В пункте 21:
В части (4) слова "есть видимость" не являются достаточно ясными, что может привести к злоупотреблениям. Таким образом, в контексте где речь идет о расширении контроля, в том числе в отношении лиц, не являющихся субъектами декларирования, предлагаем более точно определить случаи, когда это положение может применяться. Также будут определены пределы этой проверки.
В частях (9) и (10) выражение "убедительные доказательства" также оставляет место для произвольных толкований, поэтому оно требует пересмотра.
Часть (11) статьи 33 необходимо согласовать с частью (4) статьи 21 Закона № 989/2002, согласно которой "Если при проведении обязательной оценки собственник недвижимого имущества отказывается обеспечить оценщику доступ на подлежащий оценке объект, оценщик вправе определить стоимость объекта исходя из данных кадастра недвижимого имущества или из стоимости подобных объектов".
В пункте 22, касающемся предложенных изменений в часть (3) статьи 34 Закона № 132/2016, который предусматривает полномочия инспектора по неподкупности прекратить трудовые или служебные отношения и применить запрет на занятие должностей, указанных в статье 3 указанного закона, следует учитывать прекращение мандатов в случае выборных должностей. Например, в случае депутатов, отзыв мандата решается Парламентом, большинством голосов избранных депутатов по запросу Национального органа по неподкупности (см. Закон № 39/1994 о статусе депутата в Парламенте), а в случае местных советников мандат советника отзывается Центральной избирательной комиссией по запросу Национального органа по неподкупности (Закон № 768/2000).
В части, касающейся части (31) статьи 34, подчеркиваем, что в настоящее время ложные заявления в декларациях инкриминируются по статье 3521 Уголовного кодекса, но не по Кодексу о правонарушениях. Вместе с тем, предлагаемое изменение потребует также изменения Кодекса о правонарушениях. В этих условиях мы будем наблюдать удвоения юридической ответственности за одно и то же деяние: как по Уголовному кодексу, так и по Кодексу о правонарушениях. Либо деяние, которое должно быть закреплено в Кодексе о правонарушениях, практически повторяет уголовное деяние, инкриминированное по части (2) статьи 3521 Уголовного кодекса. Более того, уголовная норма будет применяться для менее опасных деяний, тогда как норма о правонарушениях – для более опасных деяний. Другими словами, если стоимость неправильно задекларированных доходов превысит два средних ежемесячных заработка по экономике, будет применяться норма о правонарушениях. В то же время, если стоимость этих доходов будет ниже двух средних ежемесячных заработков по экономике, будет применяться норма части (2) статьи 3521 Уголовного кодекса. Такое решение не может быть принято.
В пункте 23 отмечаем, что проект искажает концепцию, лежащую в основе Закона № 132/2016, а именно, концепцию функциональной независимости инспекторов по неподкупности. Таким образом, хотя инспектор по неподкупности подчиняется административно, он независим в принятии решений по делам. Более того, нарушение закона должно быть установлено для того, чтобы иметь последствия. Кроме того, вызывает недоумение условия, при которых констатирующий акт может быть отозван по инициативе заместителя председателя Органа. Точнее, предлагается, чтобы это было возможно, например, когда констатирующий акт выдан с "грубым" нарушением закона.
Понятие "грубый" вызывает неясность, оставляя место для произвольных толкований и применения закона. Следовательно, аспекты, касающиеся "грубого" нарушения закона, не могут быть включены в положения соответствующей нормы, поскольку ранее Конституционный суд в своих решениях признал понятие "грубый" неконституционным из-за отсутствия предсказуемости и ясности. Что касается нарушения методологии проведения проверки, считаем, что это положение не должно служить основанием для отзыва независимого решения, принятого инспектором по неподкупности, поскольку в пункте f) части (1) статьи 20 предусмотрена формула "предпринимать иные меры, не запрещенные законом, для сбора информации, релевантной для проверки или контроля".
Еще один важный аспект, который следует решить с точки зрения укрепления независимости принятия решений инспектором по неподкупности, касается возможности оспаривания решения об отзыве, чтобы суд мог оценить его обоснованность.
Еще одним важным аспектом, который необходимо решить с точки зрения повышения самостоятельности принятия решений инспектором по неподкупности, касается возможности оспаривания решения об отмене, чтобы суд мог определить его обоснованность в рамках внешнего, а не институционального судебного контроля.
Независимость принятия решений инспектором по неподкупности должна быть укреплена соответствующими законодательными положениями, чтобы повысить степень ответственности за собственные выводы, отраженные в акте проверки. В ситуации, когда в процессе проверки заместитель председателя Национального органа по неподкупности может формулировать обязательные для выполнения указания, которые могут привести к определенному результату, необходимо предусмотреть внешний контроль решения об отмене акта вышестоящим органом, по аналогии с существующей процедурой в уголовном процессе, когда как автор решения, так и лица, права которых затрагиваются, могут формулировать возражения во время судебной процедуры. В контексте обеспечения независимости инспектора по неподкупности будут пересмотрены и дополнения предложенные к статье 36.
Более того, относительно пункта 24, предусматривающего возобновление проверки имущества и личных интересов, следует отметить, что данная проверка представляет собой административную процедуру, проводимую Национальным органом по неподкупности с соблюдением положений Административного кодекса (с некоторыми особенностями, установленными законом). Таким образом, законодатель четко установил основания для возобновления административной процедуры, которая возможна в условиях статьи 170 Административного кодекса, проводимой по запросу затрагиваемого лица.
Кроме того, в частях (5) и (6) статьи 170 Административного кодекса предусмотрена возможность возобновления органом публичной власти по собственной инициативе процедуры для аннулирования неоспоримого индивидуального административного акта с соблюдением условий статей 143–147 Административного кодекса.
Следовательно, отмена судебной инстанцией констатирующего акта по процедурным основаниям не может служить основанием для возобновления контроля за имуществом и личными интересами. В этом случае нарушаются принципы эффективности, пропорциональности, безопасности правовых отношений, а также понятности, упомянутые в статьях 28–30 и 32 Административного кодекса.
Более того, автор проекта предлагает приостановить срок проведения контроля на период рассмотрения дела в суде. В этом контексте обращается внимание на то, что контроль за имуществом и личными интересами завершается изданием констатирующего акта (статьи 34 и 35 Закона № 132/2016), который, в соответствии со статьей 10 Административного кодекса, является административным актом. Следовательно, приостановка срока проведения контроля на период рассмотрения дела в суде лишена юридической логики. На момент проверки констатирующего акта судебной инстанцией контроль уже считается завершенным.
В пункте 26 понятие "в зависимости от обстоятельств", использована в содержании пункта b) части (1) статьи 39 лишено предсказуемости, оставляя на усмотрение инспектора решение о прекращении мандата/трудовых отношений субъекта декларирования.
В Ст.IV – о внесении изменений в Закон № 133/2016 о декларировании имущества и личных интересов:
В пункте 3 вводное положение части (1) статьи 4 предлагается изложить в следующей редакции:
"(1) Субъекты, указанные в части (1) статьи 3, декларируют любые ценности, за исключением имущества или вещных прав на имущество, подлежащих регистрации в публичном регистре, а также доходов или страховых выплат, выделенных из государственного бюджета.".
Нормативная формула, предложенная для части (1), направлена на освобождение субъектов с обязательствами по смыслу данного закона от обязанности ежегодно декларировать имущество или вещные права на имущество, которые зарегистрированы или внесены в записи публичных регистров, находящихся в ведении государственных органов, и к которым при необходимости можно получить доступ. Аналогичным образом, доходы или страховые возмещения, выплачиваемые из государственного бюджета, освобождаются от декларирования, если они были выплачены из государственных средств и данные об операциях зарегистрированы и доступны.
В подпункте g) текст "подпункты a)-f), n)-p)" заменить текстом "подпункты a)-f), n)-o)" (в статье 4 нет подпункта p).
Подпункт h) является излишним, поскольку субъект декларирования декларирует транспортное средство и недвижимость, находящиеся в его собственности.
В части (3) следует исправить год, так как правильным является 2018 год, как в части (2).
Первое предложение части (4), которое предусматривает освобождение от декларирования подарков, полученных субъектом декларирования от членов семьи, сожителя/ сожительницы, независимо от их стоимости, противоречит второму предложению той же части.
В пункте 6 текст "в части (7) текст ", в соответствии с моделью, предусмотренной в приложении № 1" исключить;" следует исключить.
Предлагается исключить из проекта статью 191, которая устанавливает ограничения на приобретение, использование и отчуждение имущества, поскольку она содержит чрезмерные, дискриминационные положения, противоречащие конституционным нормам и нарушающие общие принципы права, не связанные с предметом регулирования данного закона.
В отношении пункта a) части (1), независимо от способа использования имущества, субъект декларирует такие взаимоотношения, и такого рода ограничения не могут устанавливаться без юридического обоснования, особенно в ситуации, когда зарплаты некоторых категорий государственных служащих являются незначительными и едва покрывают расходы на минимальную потребительскую корзину, а обычные потребности не могут быть исключены.
В соответствии с частью (2) статьи 1 Закона № 133/2016, целью закона является установление мер по предупреждению необоснованного обогащения, конфликтов интересов, положений несовместимости и борьбе с ними, а также нарушений правового режима ограничений и запретов.
Следует отметить, что в статье 3302 Уголовного кодекса № 985/2002 предусмотрено определение незаконного обогащения, которым является факт владения должностным или публичным лицом, лично либо через третьих лиц, имуществом, стоимость которого существенно превышает полученные им средства и в отношении которого установлено на основании доказательств, что оно не могло быть получено законным путем.
Также в соответствии с пунктом m) пункта (2) ст.45 Закона № 82/2017 о неподкупности, незаконное обогащение относится к категории актов, смежных с актами коррупции.
Таким образом, принимая во внимание цель закона, считаем, что возможные ограничения должны касаться именно ситуаций, которые создают эффект возникновения конфликта интересов/ незаконного обогащения и которые субъект декларирования, в соответствии с положениями Закона № 133/2016, Закона № 82/2017 о неподкупности и специальными секторальными нормами, обязан выявить и сообщить о них, но не допустить факта незаконного обогащения.
Фактически же предложениями, внесенными в проект закона, устанавливаются общие ограничения в отношении гражданских прав и обязанностей субъекта декларирования, которые не имеют отношения к заявленной ситуации.
Дополнительно следует учитывать положения Гражданского кодекса, которыми установлено, что к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, зарегистрированные в реестре недвижимого имущества под отдельным кадастровым номером (часть (2) статьи 459). Составными частями недвижимого имущества признаются вещи и работы, прочно связанные с землей, такие как здания, подземные сооружения (хотя они и распространялись на другие участки), обособленные водные объекты, многолетние насаждения, неубранный урожай. Это правило применяется, хотя эти составные части и были зарегистрированы в реестре недвижимого имущества отдельно.
Также следует учитывать, что Закон № 1543/1998 о кадастре недвижимого имущества предусматривает возможность регистрации будущего строения.
Что касается пункта d), то соответствующие нормы противоречат другим правовым положениям, касающимся свободы сторон в заключении правоотношений. В любом случае, в контексте данного закона, даже если имущество приобретено по более низкой цене, субъект декларирования указывает фактически уплаченную цену, а также его рыночную стоимость.
Вопросы, указанные в пункте e) в части получения подарков, регулируются другими нормативными актами, в том числе подзаконными, и в законодательстве четко определен правовой режим подарков, все права, обязанности, ограничения и запреты для публичного должностного лица. Поэтому нет необходимости вводить повторяющиеся положения общего порядка.
В отношении части (2) статьи 191 отмечаем, что в законодательстве не используется понятие "законные расходы".
В пункте 11 касательно части (9) статьи 23 отмечаем несоответствие между различными положениями проекта. Так, авторы проекта предлагают заменить ссылку на часть (7) статьи 27 Закона № 132 от 17 июня 2016 года о Национальном органе по неподкупности на ссылку на часть (11) статьи 27 данного закона, в то время как в проекте предлагается признать статью 27 Закона № 132/2016 утратившей силу. Таким образом, в зависимости от того, какие из предыдущих предложений настоящего заключения, касающихся статьи 27 Закона № 132/2016, будут приняты, предлагается текст "частью (7) статьи 27" заменить текстом "частью (2) статьи 27".
В пункте 12 предусмотрено признание утратившими силу приложений к Закону № 133/2016 без внесения изменений в часть (6) статьи 12, пункты a) и b) части (5) статьи 24 Закона № 133/2016, в которых есть ссылки на образцы, предусмотренные в приложениях № 2, 3 и 4 к закону. Поэтому в случае упомянутых приложений утратившими силу положения закона должны быть приведены в соответствие с изменениями, предусмотренными в проекте.
В Ст.VI – о внесении изменений в Закон № 270/2018 о единой системе оплаты труда в бюджетной сфере (в дальнейшем – Закон № 270/2018)
В пункте 2, касающемся дополнения раздела 2 таблицы 2 в Законе № 270/2018, предлагается пересмотреть "названия должностей" с точки зрения обязанностей и задач занимающих их лиц, поскольку должность "инспектор по неподкупности" является исполнительной государственной должностью, а должность "начальник главного управления/ управления/ отдела/ службы" – руководящей должностью. В этом контексте следует отметить, что согласно положениям пункта b) части (1) статьи 9 и статьи 10 Закона № 158/2008, к категории государственных служащих, занимающих руководящие должности, относятся лица, назначенные в соответствии с этим законом на руководящие государственные должности руководителя и заместителя руководителя внутреннего подразделения публичного органа, а к категории государственных служащих, занимающих исполнительные должности, относятся лица, назначенные на государственные должности помимо предусмотренных статьями 8 и 9 этого закона.
Также сообщаем, что при учреждении новых должностей в бюджетном секторе заполняется оценочная карточка для каждой должности, образец которой представлен в приложении № 2 к Положению о порядке системной оценки и переоценки должностей в бюджетной сфере (в дальнейшем – Положение), утвержденному приложением № 9 к Постановлению Правительства № 1231/2018 о введении в действие положений Закона № 270/2018 о единой системе оплаты труда в бюджетной сфере.
Согласно подпункту 3) пункта 11 Положения, в результате процедуры оценки государственные должности относят к уровням оплаты труда и позиционируют в шкале заработной платы.
В пункте 3 о дополнении примечаний к таблице в приложении № 3 рекомендуется дополнить "пунктом 19", так как согласно Закону № 270/2018 в действующей редакции примечания к таблице уже дополнены пунктом 18 включительно.
Пояснительная записка не соответствует требованиям, установленным положениями статьи 30 Закона № 100/2017, согласно которым в пояснительной записке устанавливаются необходимость и основание разработки проекта, представляется соответствующее обоснование и анализируются основные положения с выделением новых элементов для национального законодательства.
Учитывая то, что в записке не представлены аргументы для изменений, вносимых проектом закона, предлагается пересмотреть ее и дополнить обоснованиями.
В отношении положений статьи VI и статьи VII отмечаем, что порядок и условия оплаты труда персонала бюджетного сектора, включая персонал Национального органа по неподкупности, регулируются Законом № 270/2018 о единой системе оплаты труда в бюджетной сфере.
Одним из основных этапов в процессе разработки и принятия Закона № 270/2018 был сложный процесс оценки всех должностей в бюджетном секторе на основе нескольких критериев, касающихся сложности деятельности, ответственности при выполнении обязанностей, затрачиваемых усилий, условий труда и т. д. Так, в результате данной оценки стало возможным позиционирование должностей в иерархии с присвоением соответствующих классов и коэффициентов для установления базовых зарплат для каждой должности в отдельности.
В этом контексте вмешательство в положения закона, касающиеся повышения классов оплаты труда для определенной узкой категории персонала, искажает принцип единой системы оплаты труда в отношении иерархии должностей, установленной в результате процесса оценки должностей в бюджетном секторе, упомянутого выше.
Дополнительно отмечаем, что повышение классов оплаты труда для узкой категории сотрудников требует предварительного анализа воздействия на всю бюджетную систему, чтобы не допустить создания привилегий или принципа неравенства по отношению к другим категориям сотрудников бюджетного сектора. Следует отметить, что предложение о внесении изменений в Закон № 270/2018 путем предоставления дополнительных классов должно сопровождаться оценкой и анализом финансового воздействия на государственный бюджет, учитывая то, что предложенная мера не имеет финансового покрытия в рамках ресурсов, предусмотренных ежегодным законом о бюджете.
Предложения о включении новых должностей в Закон № 270/2018 должны сопровождаться заполненной оценочной формой для должности, образец которой представлен в приложении № 2 к Положению о порядке системной оценки и переоценки должностей в бюджетной сфере, утвержденному приложением № 9 к Постановлению Правительства № 1231/2018 о введении в действие положений Закона № 270/2018 о единой системе оплаты труда в бюджетной сфере. При оценке должности учитывается несколько критериев, касающихся сложности деятельности, уровня ответственности, затрачиваемых усилий, условий труда и т. д., с тем чтобы сделать возможным позиционирование должностей в иерархии и присвоение соответствующих классов и коэффициентов.
Дополнительно, касательно предложений, сформулированных в статье VII проекта, отмечаем, что, в соответствии с положениями части (15) статьи 12 Закона № 270/2018, предусматривается ежегодный пересмотр базовой ставки в зависимости от экономических условий в стране и возможностей национального публичного бюджета, по крайней мере на уровне прогнозируемой инфляции, и гарантируется, что ежегодно утверждаемая базовая ставка не может быть ниже установленной в предыдущем году. С увеличением ежегодной базовой ставки существует перспектива ежегодного повышения заработных плат в бюджетном секторе. Таким образом, повышение базовой ставки обеспечивает ежегодное постепенное увеличение зарплат в бюджетном секторе.
Подчеркиваем, что, в перспективе, одной из основных целей единой системы оплаты труда является постепенное повышение базовых ставок для достижения в минимальные сроки равенства и унификации / консолидации базовых ставок, используемых при расчете заработных плат в бюджетном секторе. Таким образом, вмешательство в положения закона, касающиеся повышения базовой ставки для определенной узкой категории сотрудников, должно сопровождаться оценкой и широким анализом финансового воздействия на государственный бюджет при соблюдении принципа устойчивости государственного бюджета, учитывая рамки доступных финансовых ресурсов.
Также отмечаем, что согласно части (6) статьи 131 Конституции Республики Молдова, ни одни бюджетные расходы не могут быть утверждены без установления источника финансирования. В то же время в части (2) статьи 17 Закона № 181/2014 о публичных финансах и бюджетно-налоговой ответственности установлено, что в течение бюджетного года не могут вводиться в действие решения, приводящие к сокращению доходов и/или увеличению расходов бюджета, если их финансовое воздействие не предусмотрено в бюджете.
Следовательно, учитывая ответственность Министерства финансов за разработку и продвижение политики оплаты труда в бюджетном секторе, а также обязательства, принятые в соответствии с документами публичных политик, в настоящее время предлагается исключить из проекта закона предложения, сформулированные в статьях VI и VII, которые должны быть рассмотрены позже Министерством финансов в рамках общего процесса пересмотра содержания Закона № 270/2018, а также Закона № 418/2023 о государственном бюджете на 2024 год, принимая во внимание специфический характер мер политики в сфере оплаты труда, которые должны продвигаться Министерством в тесном соответствии с доступными ресурсами государственного бюджета. Таким образом, на данном этапе вышеупомянутые предложения (статьи VI и VII проекта) не могут быть поддержаны. В связи с этим в части (1) статьи VIII положения, касающиеся того, что статьи VI и VII вступают в силу с даты опубликования в Официальном мониторе Республики Молдова, должны быть исключены.
В отношении ст.VIII, в которой устанавливаются даты вступления в силу нормативного акта, отмечаем, что согласно части (3) статьи 56 Закона № 100/2017 о нормативных актах, другая дата вступления в силу нормативных актов может быть установлена лишь в целях защиты прав и основных свобод личности, реализации международных обязательств Республики Молдова, приведения нормативно-правовой базы в соответствие с постановлениями Конституционного суда, устранения пробелов или несоответствий между нормативными актами либо при наличии других объективных обстоятельств. В связи с этим обращаем внимание на то, что в пояснительной записке необходимо обосновать, приведя убедительные аргументы, что положения представленного нормативного акта, касающиеся статей VI и VII, соответствуют условиям части (3) статьи 56 Закона № 100/2017.
В части (2) слово "опубликования" следует заменить словами "вступления в силу".
В свете изложенного выше Правительство поддерживает данный проект закона при условии, что будут учтены все замечания и предложения по его совершенствованию.