Определение N 105 от 01.07.2021 о неприемлемости обращения № 68g/2021 г. об исключительном случае неконституционности некоторых положений статей 385 ч.(5) и 473/4 ч.(4) и ч.(6) Уголовно-процессуального кодекса (сокращение наказания за содержание осужденного в ненадлежащих условиях)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 68g/2021 г. об исключительном случае

неконституционности некоторых положений статей 385 ч.(5)

и 473⁴ ч.(4) и ч.(6) Уголовно-процессуального кодекса

(сокращение наказания за содержание осужденного

в ненадлежащих условиях)

№ 105  от  01.07.2021

 (в силу 01.07.2021) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 175-179 ст. 142 от 23.07.2021

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Георгия Реницэ,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 25 марта 2021 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 1 июля 2021 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности некоторых положений статей 385 ч.(5) и 473⁴ ч.(4) Уголовно-процессуального кодекса, представленное по инициативе судебной инстанции по делу № 21r-75/21, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Комрат.

2. Обращение было представлено судебным составом Апелляционной палаты Комрат (состоящим из судей: Григорий Колев, Штефан Старчук и Афанасий Курдов) в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

A. Обстоятельства основного спора

3. Суд Кишинэу, сектор Буюкань, 14 февраля 2019 года осудил Серджиу Шадрина по статьям 186 ч.(2) пункты b), c) и d) [кража], 186 ч.(5) [кража в особо крупных размерах], 186 ч.(2) пункты b) и c) [кража] и 179 ч.(2) [нарушение неприкосновенности жилища] Уголовного кодекса, путем частичного сложения наказаний, на 9 лет тюремного заключения с отбыванием наказания в пенитенциарном учреждении полузакрытого типа.

4. Суд Кишинэу, сектор Буюкань, 18 ноября 2019 года осудил Серджиу Шадрина по статье 186 ч.(2) пункты b), c) и d) [кража] Уголовного кодекса на один год и шесть месяцев тюремного заключения. В то же время суд прибавил частично наказание, установленное приговором суда Кишинэу, сектор Буюкань, от 14 февраля 2019 года, назначив ему окончательный срок 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в пенитенциарном учреждении полузакрытого типа. Вместе с тем суд постановил, что срок отбывания наказания рассчитывается со дня вынесения приговора и включает период нахождения лица под предварительным арестом, с 23 февраля 2018 года по 26 июня 2019 года.

5. Апелляционная палата Кишинэу 1 июля 2020 года оставила без изменений приговор первой инстанции от 18 ноября 2019 года. Определение апелляционной инстанции не было обжаловано в кассационном порядке.

6. Серджиу Шадрин, имеющий статус осужденного, 19 ноября 2020 года подал судье по уголовному преследованию в суд Чимишлия, район Леова, жалобу против пенитенциарного учреждения № 3 – Леова, пенитенциарного учреждения № 13 – Кишинэу и пенитенциарного учреждения № 16 – Прункул на условия содержания, которые грубо нарушают права арестованного и осужденного. Он потребовал от судьи по уголовному преследованию применить к нему компенсационные меры, предусмотренные статьями 385 и 473⁴ Уголовно-процессуального кодекса, с учетом периода предварительного ареста и лишения свободы после осуждения.

7. Определением от 19 января 2021 года судья по уголовному преследованию суда Чимишлия, район Леова, применил к Серджиу Шадрину компенсационные меры только на период лишения свободы после осуждения, сократив ему наказание на 114 дней. В то же время судья по уголовному преследованию отклонил заявление в части возмещения на период предварительного ареста.

8. Серджиу Шадрин 8 февраля 2021 года обжаловал в кассационном порядке определение судьи по уголовному преследованию.

9. В ходе судебного заседания от 10 марта 2021 года члены судебного состава Апелляционной палаты Комрат, судьи Григорий Колев, Штефан Старчук и Афанасий Курдов, по собственной инициативе заявили об исключительном случае неконституционности некоторых положений статьи 385 ч.(5) [предусматривающей сокращение наказания на два дня лишения свободы за один день предварительного ареста в ненадлежащих условиях], статьи 473⁴ ч.(4) [предусматривающей сокращение наказания от одного до трех дней за 10 дней содержания в ненадлежащих условиях] и синтагмы "лицам, содержащимся под предварительным арестом" в статье 473⁴ ч.(6) Уголовно-процессуального кодекса, направив в связи с этим обращение в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

10. Применимые положения Конституции:

Статья 16

Равенство

"(1) Уважение и защита личности составляют первостепенную обязанность государства.

(2) Все граждане Республики Молдова равны перед законом и властями независимо от расы, национальности, этнического происхождения, языка, религии, пола, взглядов, политической принадлежности, имущественного положения или социального происхождения".

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

[…]".

Статья 24

Право на жизнь, физическую и психическую неприкосновенность

"(1) Государство гарантирует каждому человеку право на жизнь и на физическую и психическую неприкосновенность.

(2) Никто не может подвергаться пыткам, жестокому, бесчеловечному либо унижающему его достоинство наказанию или обращению.

[…]".

Статья 25

Право на свободу и личную неприкосновенность

(1) Право на свободу и личную неприкосновенность ненарушимо.

(2) Обыск, задержание или арест лица допускаются только в случаях и порядке, предусмотренных законом.

(3) Срок задержания не может превышать 72 часов.

(4) Арест производится на основании выданного судьей ордера на срок не более 30 дней. Законность ордера может быть обжалована в соответствии с законом в вышестоящую судебную инстанцию. Срок ареста может быть продлен только судьей или судебной инстанцией в соответствии с законом не более чем до 12 месяцев.

[…]".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20 – 24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы.

11. Применимые положения Уголовно-процессуального кодекса, принятого Законом № 122 от 14 марта 2003 года:

Статья 385

Вопросы, разрешаемые судебной инстанцией при постановлении приговора

"[…]

(5) В случае установления нарушения прав в отношении условий содержания, гарантированных статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в свете юриспруденции Европейского суда по правам человека сокращение наказания рассчитывается следующим образом: два дня лишения свободы за один день предварительного ареста.

(6) Осужденный, находившийся под предварительным арестом в условиях содержания, предусмотренных частью (5), в течение не менее 3 месяцев до назначения дела к рассмотрению, при назначении в качестве основного наказания неоплачиваемого труда в пользу общества, штрафа или лишения права занимать определенные должности либо осуществлять определенную деятельность, освобождается судебной инстанцией от исполнения наказания".

Статья 473⁴

Решение судебной инстанции

"[…]

(3) Установив факт содержания осужденного или лица, содержащегося под предварительным арестом, в условиях, противоречащих статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, судебная инстанция обязует администрацию пенитенциарного учреждения устранить ненадлежащие условия содержания с указанием конкретного срока, не превышающего 15 дней, по истечении которого пенитенциарное учреждение должно уведомить судебную инстанцию об исполнении определения.

(4) В случае установления обстоятельств, предусмотренных частью (3) статьи 473², судебная инстанция постановляет сократить наказание осужденному из расчета от одного до трех дней сокращения в общей сложности за 10 дней содержания в ненадлежащих условиях.

(5) В случае установления обстоятельств, предусмотренных частью (3) статьи 473², судебная инстанция постановляет сократить наказание в соответствии с частью (4) настоящей статьи, а в отношении неотбытой части – взыскать в качестве возмещения ущерба в пользу осужденного денежную сумму в размере не более двух условных единиц за каждый день пребывания осужденного в ненадлежащих условиях содержания, а также сопутствующие издержки и расходы.

(6) В случае установления обстоятельств, предусмотренных частью (3) статьи 473², лицам, содержащимся под предварительным арестом, возмещается ущерб в соответствии с частями (5) и (6) статьи 385 либо, по обстоятельствам, они вправе предъявить гражданский иск.

[…]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы авторов обращения

12. Авторы обращения об исключительном случае неконституционности утверждают, что положения ч.(5) статьи 385 [устанавливающие алгоритм сокращения наказания за содержание в ненадлежащих условиях, противоречащих статье 3 Европейской конвенции о правах человека, применимый к лицам, содержащимся под предварительным арестом, в контексте вынесения обвинительного приговора] и синтагмы "лицам, содержащимся под предварительным арестом" в ч.(6) статьи 473⁴ [регулирующей сокращение наказания за содержание в ненадлежащих условиях, применяемое к лицам, находящимся под предварительным арестом, после вынесения обвинительного приговора] Уголовно-процессуального кодекса являются неясными и непредсказуемыми.

13. Авторы обращения утверждают, что, с точки зрения ч.(4) статьи 473⁴ Уголовно-процессуального кодекса, существует дифференцированное отношение между осужденными и содержащимися под предварительным арестом в вопросе сокращения срока тюремного заключения за содержание в ненадлежащих условиях. Для первой категории лиц наказание сокращается от одного до трех дней за 10 дней содержания в ненадлежащих условиях. А для второй категории лиц наказание сокращается на два дня лишения свободы за один день содержания под предварительным арестом в ненадлежащих условиях.

14. По мнению авторов обращения, дифференцированное отношение необоснованно и противоречит статьям 16, 24, 25 и 54 Конституции. Кроме того, поскольку это препятствует эффективному восстановлению в правах судебными инстанциями, дифференцированное отношение противоречит статье 20 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

15. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

16. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.b) Конституции контроль конституционности законов в настоящем деле некоторых положений Уголовно-процессуального кодекса относится к компетенции Конституционного суда.

17. Конституционный суд отмечает, что исключительный случай неконституционности заявлен по инициативе судебной инстанции по делу № 21r-75/21, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Комрат. Так, обращение подано субъектом, наделенным данным правом, в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

18. Предметом обращения являются положения: "два дня лишения свободы за один день предварительного ареста" в ч.(5) статьи 385, "из расчета от одного до трех дней сокращения в общей сложности за 10 дней содержания в ненадлежащих условиях" в ч.(4) статьи 473⁴ и синтагма "лицам, содержащимся под предварительным арестом" в ч.(6) статьи 473⁴ Уголовно-процессуального кодекса.

19. Обязательным условием для обращения в Конституционный суд является применимость оспариваемых положений по делу, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности (см. пункт 1 резолютивной части ПКС № 2 от 9 февраля 2016 года).

20. Исключительный случай неконституционности заявлен по делу, предметом рассмотрения которого является кассационная жалоба на определение судьи по уголовному преследованию о применении компенсационных мер только на период тюремного заключения после осуждения лица (см. выше § 6-7). Следовательно, Конституционный суд допускает, что кассационная инстанция проверит правильность применения оспариваемых положений судьей по уголовному преследованию.

21. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения по существу обращения об исключительном случае неконституционности является действие одного из прав, гарантированных Конституцией. Так, Конституционный суд рассмотрит, в свете доводов автора обращения, составляют ли оспариваемые положения вмешательство в основные права (см., mutatis mutandis, ПКС № 12 от 6 апреля 2021 года, § 29; ОКС № 35 от 30 марта 2021 года, § 20; ОКС № 37 от 30 марта 2021 года, § 27).

22. Что касается первой части обращения, относящейся к предполагаемой неконституционности положений статьи 385 [под названием "Вопросы, разрешаемые судебной инстанцией при постановлении приговора"] части (5) [гласящей, что "в случае установления нарушения прав в отношении условий содержания, гарантированных статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в свете юриспруденции Европейского суда по правам человека сокращение наказания рассчитывается следующим образом: два дня лишения свободы за один день предварительного ареста"] и синтагмы "лицам, содержащимся под предварительным арестом" в ч.(6) статьи 473⁴ Уголовно-процессуального кодекса [предусматривающей, что "в случае установления обстоятельств, предусмотренных частью (3) статьи 473², лицам, содержащимся под предварительным арестом, возмещается ущерб в соответствии с частями (5) и (6) статьи 385 либо, по обстоятельствам, они вправе предъявить гражданский иск"], авторы утверждают, что эти положения противоречат статьям 1 ч.(3) [верховенство права], 20 [свободный доступ к правосудию], 23 ч.(2) [качество закона] и 25 [право на свободу и личную неприкосновенность] Конституции.

23. Конституционный суд в своей практике подчеркивал, что статьи 1 ч.(3) и 23 Конституции не имеют самостоятельного применения (см. ОКС № 37 от 30 марта 2021 года, § 30 и приведенная в нем практика). Для их применимости автор обращения должен доказать наличие вмешательства в другие права, гарантированные Конституцией (там же).

24. Что касается действия статьи 20 Конституции, Конституционный суд отмечает, что жалоба на администрацию пенитенциарного учреждения относительно условий содержания была рассмотрена судьей по уголовному преследованию. Кроме того, определение судьи по уголовному преследованию было обжаловано в кассационном порядке в Апелляционную палату Комрат, по инициативе которой и было заявлено об исключительном случае неконституционности. Так, учитывая эти обстоятельства, Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения не ограничивают и не умаляют право свободного доступа к правосудию, гарантированное статьей 20 Конституции.

25. Относительно действия статьи 25 Конституции, которая соответствует статье 5 Конвенции, Конституционный суд отмечает, что данная статья предполагает, что никто не может быть лишен свободы произвольным образом. Понятие "произвольное" лишение свободы в статье 5 § 1 Конвенции подразумевает несоблюдение законных оснований, по которым лицо может быть лишено свободы, и несоблюдение процедуры, предусмотренной внутренним законодательством (см. Крянгэ против Румынии, 23 февраля 2012 года, §84). Статья 5 § 1 п.а) Конвенции признает "законное содержание лица под стражей на основании признания его виновным компетентным судом". Чтобы констатировать действие по делу права на свободу, лицо должно было быть осуждено некомпетентным судом, по основаниям, не предусмотренным внутренним законодательством, и при несоблюдении предусмотренной законом процедуры (см. Галстян против Армении, 15 ноября 2007 года, §46 и § 48).

26. Следовательно, так как не было доказано, что положения ч.(5) статьи 385 и синтагма "лицам, содержащимся под предварительным арестом" в ч.(6) статьи 473⁴ Уголовно-процессуального кодекса означают незаконное лишение свободы лица в результате осуждения его некомпетентным судом, право на свободу и личную неприкосновенность, предусмотренное статьей 25 Конституции, не применимо по делу.

27. Поскольку не установлено действие одного из основных прав в отношении данной части обращения, статьи 1 ч.(3) и 23 Конституции не имеют применения.

28. В то же время Конституционный суд отмечает, что приведенные авторами обращения доводы о неясности и непредсказуемости оспариваемых положений касаются вопросов толкования и применения закона, которые не относятся к компетенции Конституционного суда (см. ОКС № 135 от 24 ноября 2020 года, § 25; ОКС № 24 от 16 февраля 2021 года, § 27). Напротив, такие полномочия по определению принадлежат судебным инстанциям.

29. Что касается второй части обращения, относящейся к положениям ч.(4) статьи 473⁴ Уголовно-процессуального кодекса, Конституционный суд отмечает, что они определяют, что в случае установления обстоятельств содержания лица в ненадлежащих условиях, противоречащих статье 3 Европейской конвенции о правах человека, судебная инстанция постановляет сократить наказание осужденному из расчета от одного до трех дней сокращения в общей сложности за 10 дней содержания в ненадлежащих условиях.

30. Авторы обращения утверждают, что данные положения противоречат статьям 1 ч.(3) [верховенство права], 16 [равенство], 20 [свободный доступ к правосудию], 24 [право на жизнь, физическую и психическую неприкосновенность], 25 [право на свободу и личную неприкосновенность] и 54 [ограничение осуществления некоторых прав или свобод] Конституции.

31. Относительно действия статей 1 ч.(3), 16 и 54 Конституции Конституционный суд в своей практике отмечал, что они не имеют самостоятельного применения. Для их применимости автор обращения должен доказать наличие вмешательства в основные права, гарантированные Конституцией (см. ОКС № 37 от 30 марта 2021 года, §30; ПКС № 29 от 26 ноября 2020 года, § 19; ПКС № 12 от 6 апреля 2021 года, § 33).

32. Что касается действия статей 20 и 25 Конституции, Конституционный суд считает, что суждения, изложенные выше в § 24-26, применимы и для этой части обращения.

33. В отношении действия статьи 24 Конституции, Конституционный суд в своей практике отмечал, что эта статья гарантирует принцип соблюдения человеческого достоинства и запрещает жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство наказание или обращение (см., mutatis mutandis, ПКС № 28 от 22 ноября 2018 года, § 31, ПКС № 27 от 13 ноября 2020 года, § 22).

34. Аналогичное положение содержит статья 3 Европейской конвенции о правах человека. В связи с этим Европейский суд по правам человека регулярно отмечал, что ненадлежащие условия содержания противоречат статье 3 Конвенции (см. Шишанов против Республики Молдова, 15 сентября 2015 года, § 83-84; Muršić против Хорватии [БП], 20 октября 2016 года, § 96-101; Валентин Баштовой против Республики Молдова, 28 ноября 2017 года, § 24 и приведенная в нем практика).

35. Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения были приняты Парламентом Республики Молдова (Законом № 163 от 20 июля 2017 года и Законом № 272 от 29 ноября 2018 года) в результате принятия Европейским судом постановления от 15 сентября 2015 года по делу Шишанов против Республики Молдова, в котором Европейский суд констатировал, среди прочего, нарушение статьи 3 Конвенции по причине неэффективности существующих на тот момент компенсационных мер за ненадлежащие условия содержания.

36. Впоследствии, по делу Драничеру против Республики Молдова (реш.), 12 февраля 2019 года, Европейский суд отметил, что новые компенсационные меры, установленные в Республике Молдова, в принципе, предоставляют соответствующее восстановление нарушений Конвенции, вызванных ненадлежащими условиями содержания (§ 41).

37. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что, в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом, содержание в ненадлежащих условиях возмещается путем сокращения наказания: i) на два дня за каждый день предварительного заключения (то есть предварительного ареста) в ненадлежащих условиях – для лиц, находящихся под предварительным арестом [статья 385 ч.(5) в сочетании со статьей 473⁴ ч.(6)]; и ii) из расчета от одного до трех дней сокращения за 10 дней содержания в ненадлежащих условиях – для лиц, отбывающих наказание в виде тюремного заключения [ч. (4) статьи 473⁴].

38. Авторы обращения не согласны с таким алгоритмом сокращения наказания, ссылаясь на предполагаемую дискриминацию.

39. Так, проверка по данному делу применимости статьи 24 Конституции должна осуществляться в сочетании со статьей 16 Конституции, которая запрещает любую дискриминацию.

40. Конституционный суд напоминает, что принцип недискриминации, гарантированный статьей 16 Конституции, предполагает не единообразие, а равное отношение в одинаковых ситуациях. Для различных ситуаций правовое отношение может быть разным (см. ОКС № 12 от 3 февраля 2020 года, § 18). Важным условием для установления дифференцированного отношения является сопоставимость ситуаций (см. ПКС № 16 от 20 мая 2021 года, § 39).

41. Далее Конституционному суду надлежит проверить, являются ли ситуация лица, находящегося под предварительным арестом, и ситуация лица, отбывающего наказание в виде тюремного заключения, сопоставимыми.

42. Изучив этот вопрос, Конституционный суд отмечает, что, в отличие от осужденных на тюремное заключение, максимальный срок, на который лицо может находиться под предварительным арестом, составляет 12 месяцев [статья 25 ч.(4) Конституции]. В этот период времени мера предварительного ареста может быть заменена иной мерой пресечения, не связанной с лишением свободы, либо вообще отменена. Кроме того, в результате рассмотрения дела судебная инстанция может оправдать лицо, находившееся под предварительным арестом, и, следовательно, не возникнет вопрос сокращения срока, а лишь возмещения ущерба.

43. В то же время Конституционный суд отмечает, что режим предварительного ареста является гораздо более строгим по сравнению с тем, когда осужденные отбывают наказание в виде тюремного заключения.

44. Более того, в ходе предварительного ареста лицо ограничивается в целом ряде прав по сравнению с тем, когда оно отбывает тюремное заключение (например, право на свидания, право на труд, на прогулки и др.). Из этого вытекает, что в ходе предварительного ареста вмешательство может быть более серьезным, чем на стадии отбывания тюремного заключения.

45. В связи с этим Конституционный суд приходит к выводу, что лица, находящиеся под предварительным арестом, и, соответственно, лица, отбывающие наказание в виде лишения свободы, не находятся в сопоставимых ситуациях.

46. Поэтому Конституционный суд не может подтвердить действие статьи 24 в сочетании со статьей 16 Конституции.

47. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, в соответствии со статьями 135 ч.(1) п.g) и 140 ч.(2) Конституции, статьей 26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, статьями 61 ч.(3) и 64 Кодекса конституционной юрисдикции Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности некоторых положений статей 385 ч.(5) и 473⁴ ч.(4) Уголовно-процессуального кодекса, представленное по инициативе судебной инстанции по делу № 21r-75/21, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Комрат.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".