Определение N 11 от 09.02.2018 о неприемлемости обращения № 4g/2018 г. об исключительном случае неконституционности статей 231, 233 и 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса Республики Молдова

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 4g/2018 г. об исключительном

случае  неконституционности  статей  231,  233  и  308  ч. (3)

Уголовно-процессуального кодекса Республики Молдова

№ 11  от  09.02.2018

 (в силу 09.02.2018) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 149 ст. 74 от 05.05.2018

* * *

Конституционный суд в составе:

Аурел БЭЕШУ, председательствующий,

Игорь ДОЛЯ,

Виктория ИФТОДИ,

Виктор ПОПА,

Вячеслав ЗАПОРОЖАН, судьи,

при участии секретаря заседания Марчела Лупу,

принимая во внимание обращение, представленное

и зарегистрированное 12 января 2018 г.,

рассмотрев предварительно указанное обращение,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 9 февраля 2018 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статей 231, 233 и 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса Республики Молдова № 122-XV от 14 марта 2003 года, заявленном адвокатом Игорем Кирияком в деле № 16-1960/17, находящемся в производстве суда Кишинэу, сектор Чентру.

2. Обращение было представлено в Конституционный суд 12 января 2018 года Светланой Тизу, судьей в суде Кишинэу, сектор Чентру, на основании ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года, а также Положения о порядке рассмотрения обращений, представленных в Конституционный суд.

A. Обстоятельства основного спора

3. А. Кожокарь 30 сентября 2017 года был задержан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного статьями 46 и 248 ч.(5) п.b) и п.d) Уголовного кодекса, а определением суда Кишинэу, сектор Чентру, от 2 октября 2017 года к нему была применена мера предварительного ареста, которая продлевалась последовательно.

4. По ходатайству прокурора судья по уголовному преследованию в суде Кишинэу, сектор Чентру, 28 ноября 2017 года постановил о продлении предварительного ареста сроком на 30 дней. Определением от 11 декабря 2017 года Апелляционная палата Кишинэу оставила без изменений определение судьи по уголовному преследованию.

5. Прокурор 22 декабря 2017 года подал судье по уголовному преследованию в суде Кишинэу, сектор Чентру, новое ходатайство о продлении срока предварительного ареста.

6. В ходе судебного заседания от 27 декабря 2017 года адвокат Игорь Кирияк заявил об исключительном случае неконституционности статей 231, 233 и 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса.

7. Определением от того же числа судебная инстанция удовлетворила ходатайство и направила обращение об исключительном случае неконституционности в адрес Конституционного суда для разрешения.

B. Применимое законодательство

8. Применимые положения Конституции (повторное опубликование в М.О., 2016 г., № 78, ст.140):

Статья 23

Право каждого человека на знание своих прав и обязанностей

«[…]

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность».

Статья 25

Право на свободу и личную неприкосновенность

«(1) Право на свободу и личную неприкосновенность ненарушимо.

(2) Обыск, задержание или арест лица допускаются только в случаях и порядке, предусмотренных законом.

(3) Срок задержания не может превышать 72 часов.

(4) Арест производится на основании выданного судьей ордера на срок не более 30 дней. Законность ордера может быть обжалована в соответствии с законом в вышестоящую судебную инстанцию. Срок ареста может быть продлен только судьей или судебной инстанцией в соответствии с законом не более чем до 12 месяцев.

(5) Основания задержания или ареста доводятся до сведения задержанного или арестованного незамедлительно, а обвинение – в кратчайший срок; основания задержания и обвинение предъявляются только в присутствии адвоката, выбранного или назначенного.

(6) Освобождение задержанного или арестованного обязательно, если основания задержания или ареста отпали».

Статья 26

Право на защиту

«(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

(3) На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного.

(4) Вмешательство в деятельность лиц, осуществляющих защиту в установленных пределах, наказывается законом».

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

«(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20 – 24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы».

9. Применимые положения Уголовно-процессуального кодекса Республики Молдова № 122-XV от 14 марта 2003 года (повторное опубликование в М.О., 2013 г., № 248-251, ст.699):

Статья 231

Исчисление процессуальных сроков

«(1) Сроки, установленные настоящим кодексом, исчисляются часами, сутками, месяцами и годами.

(2) Исчисление процессуальных сроков начинается с часа, дня, месяца, года, указанных в документе, устанавливающем эти сроки, кроме случаев, когда закон предусматривает иной порядок.

(3) При исчислении срока часами или сутками в него не включается час или день начала исчисления срока, а также час и день, когда оканчивается срок.

(4) При исчислении срока месяцами или годами срок истекает, в зависимости от обстоятельств, в конце соответствующего дня последнего месяца или в конце дня соответствующего месяца последнего года. Если этот месяц не имеет соответствующего числа, срок оканчивается в последний день этого месяца.

(5) Если последний день срока приходится на нерабочий день, срок истекает в конце первого последующего рабочего дня».

Статья 233

Исчисление сроков при применении мер пресечения

«При исчислении сроков, касающихся мер пресечения, час или сутки начала и окончания срока входят в этот срок».

Статья 308

Рассмотрение ходатайств о применении в отношении обвиняемого предварительного ареста или домашнего ареста либо о продлении срока ареста обвиняемого

«[…]

(3) Ходатайство об аресте представляется судье по уголовному преследованию, по меньшей мере, за 24 часа до истечения срока задержания, а в случае несовершеннолетнего – по меньшей мере, за 5 часов до истечения срока задержания. Ходатайство о продлении срока ареста представляется, по меньшей мере, за 5 дней до истечения срока задержания. В случае несоблюдения этих сроков судья по уголовному преследованию отказывает в ходатайстве мотивированным определением, не проводя заседание.

[…]».

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

10. В обоснование обращения об исключительном случае неконституционности автор утверждает, что положения ст.231, 233 и 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса не отвечают требованиям качества закона, поскольку они порождают неопределенность в вопросе об исчислении 5-дневного срока для подачи ходатайства о продлении срока предварительного ареста судье по уголовному преследованию.

11. Так, автор обращения отмечает, что по данному делу судебная инстанция приняла довод прокурора о том, что ст.233 Уголовно-процессуального кодекса применима для исчисления срока подачи ходатайства о продлении ареста, предусмотренного ст.308 ч.(3), хотя срок следовало исчислять в соответствии с положениями ст.231 ч.(3) кодекса. Автор обращения считает, что при исчислении данного срока не следует учитывать день окончания срока ареста и день подачи ходатайства в судебную инстанцию.

12. По мнению автора обращения, оспариваемые положения противоречат конституционным нормам ст.23 ч.(2) о праве каждого человека на знание своих прав и обязанностей, ст.26 о праве на защиту и ст.25 о праве на свободу и личную неприкосновенность в сочетании со ст.54 об ограничении осуществления прав или свобод.

B. Оценка Конституционного суда

13. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

14. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции конституционный контроль законов, в частности, Уголовно-процессуального кодекса № 122-XV от 14 марта 2003 года, относится к компетенции Конституционного суда.

15. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности, заявленном адвокатом Игорем Кирияком в деле № 16-1960/17, находящемся в производстве суда Кишинэу, сектор Чентру, подано субъектом, наделенным таким правом, на основании ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

16. Конституционный суд подчеркивает, что прерогатива разрешения исключительных случаев неконституционности, которой он наделен статьей 135 ч.(1) п.g) Конституции, предполагает установление соотношения между законодательными нормами и положениями Конституции с учетом принципа ее верховенства и применимости оспариваемых положений при рассмотрении судом основного спора.

17. Конституционный суд отмечает, что автор обращения запрашивает осуществление контроля конституционности положений статей 231, 233 и 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса в связи с неясностью способа исчисления 5-дневного срока для подачи ходатайства о продлении предварительного ареста.

18. Конституционный суд отмечает, что автор обращения, ссылаясь на нарушение статей 23 ч.(2), 25, 26 и 54 Конституции, в сущности, заявляет, что оспариваемые нормы не отвечают требованиям качества закона.

19. Рассмотрев обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд заключает, что статья 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса регулирует срок подачи прокурором судье по уголовному преследованию ходатайства на арест и на продление ареста. Так, норма предусматривает, что ходатайство о продлении ареста подается не менее чем за 5 дней до истечения срока задержания.

20. Конституционный суд отмечает, что способ исчисления процессуальных сроков часами, днями, месяцами и годами, момент начала исчисления сроков и момент их окончания определены в ст.231 Уголовно-процессуального кодекса. В соответствии с ч.(3) данной статьи при исчислении срока часами или сутками в него не включается час или день начала исчисления срока, а также час и день, когда оканчивается срок.

21. Вместе с тем Конституционный суд отмечает, что законодатель предусмотрел другой способ исчисления сроков для применения мер пресечения. Так, согласно ст.233 Уголовно-процессуального кодекса, при исчислении сроков, касающихся мер пресечения, час или сутки начала и окончания срока входят в этот срок.

22. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что положения ст.231 Уголовно-процессуального кодекса относятся к процессуальным срокам, установленным в связи с соблюдением определенных процессуальных прав и интересов в целях дисциплинирования деятельности, включенной в сферу уголовного процесса. Положения же ст.233 кодекса касаются основных сроков, гарантирующих соблюдение вне процессуальных прав, таких как право на свободу и личную неприкосновенность.

23. Таким образом, Конституционный суд устанавливает, что при исчислении 5-дневного срока, предусмотренного ст.308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса, применяются нормы статьи 231 кодекса, поскольку данный способ исчисления отвечает тем требованиям, в соответствии с которыми был установлен этот срок, включая предоставление достаточного времени для подготовки защиты.

24. С учетом изложенных суждений Конституционный суд не может согласиться с утверждениями автора обращения о том, что оспариваемые положения не отвечают требованиям качества закона.

25. Конституционный суд заключает, что автор, в сущности, ставит вопрос о толковании и применении закона. Ведь проверка соблюдения срока подачи ходатайства о продлении предварительного ареста, а также его исчисление, в соответствии с установленными уголовно-процессуальным законом способами, относятся к компетенции судебных инстанций, наделенных законом полномочиями судебного контроля.

26. Кроме того, в соответствии с полномочиями, предоставленными ст.135 Конституции, Конституционный суд осуществляет контроль конституционности законов, но не наделен компетенцией устранения путем конституционного контроля отдельного толкования нормативного содержания текста, поскольку действующее законодательство предоставляет другие процессуальные средства для единого толкования правовых норм. Признать другую точку зрения означает принять на себя полномочия судебных инстанций, нарушив их компетенцию.

27. Принимая во внимание вышеизложенное, Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям в соответствии со ст.26 Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции и п.28 пп.d) Положения о порядке рассмотрения обращений, представленных в Конституционный суд, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статей 231, 233 и 308 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса Республики Молдова № 122-XV от 14 марта 2003 года, заявленном адвокатом Игорем Кирияком в деле № 16-1960/17, находящемся в производстве суда Кишинэу, сектор Чентру.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в «Monitorul Oficial al Republicii Moldova».