Определение N 17 от 23.03.2016 о неприемлемости обращения № 24g/2016 г. об исключительном случае неконституционности ч.(3) ст.35 Уголовно-процессуального кодекса (отвод судьи)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 24g/2016 г.

об исключительном случае неконституционности

ч. (3)  ст. 35  Уголовно-процессуального  кодекса

(отвод судьи)

№ 17  от  23.03.2016

 (в силу 23.03.2016) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 134-139 ст. 41 от 20.05.2016

* * *

Конституционный суд в составе:

Александру ТЭНАСЕ, председатель,

Аурел БЭЕШУ,

Игорь ДОЛЯ,

Тудор ПАНЦЫРУ,

Виктор ПОПА, судьи,

при участии секретаря заседания Еуджениу Осипова,

принимая во внимание обращение, представленное и зарегистрированное 18 марта 2016 г.,

рассмотрев предварительно указанное обращение,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 23 марта 2016 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса, представленное по ходатайству адвоката Владислава Рошки по делу № 14r-215/16, находящемуся на рассмотрении Апелляционной палаты Кишинэу.

2. Обращение было представлено в Конституционный суд 18 марта 2016 года судейским составом Апелляционной палаты Кишинэу (Юрие Йордан, Геннадие Лысый и Сильвия Врабий), в соответствии с положениями ст.135 ч.(1) п.а) и g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года, а также Положением о порядке рассмотрения обращений, представленных в Конституционный суд.

3. Так как дело находится на стадии уголовного преследования, а заседания являются закрытыми, Конституционный суд будет использовать только инициалы обвиняемого.

A. Обстоятельства основного спора

4. В процессе рассмотрения судьей по уголовному преследованию суда Буюкань мун.Кишинэу Виктором Рэцоем ходатайства прокурора Прокуратуры по борьбе с коррупцией о применении меры пресечения в виде предварительного ареста в отношении В.О., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.324 ч.(2) п.b) Уголовного кодекса, адвокат Владислав Рошка на заседании от 24 февраля 2016 года потребовал отвода судьи по уголовному преследованию на основании положений ст.33 ч.(2) п.6) Уголовно-процессуального кодекса.

5. Судебная инстанция отклонила заявление об отводе определением от 25 февраля 2016 года, которое, в соответствии с положениями ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса, не подлежит обжалованию.

6. Таким образом, ходатайство прокурора о применении меры пресечения было рассмотрено судьей по уголовному преследованию Виктором Рэцоем, который определением от 25 февраля 2016 года применил в отношении обвиняемого меру пресечения в виде ареста сроком на 30 суток.

7. Определение судьи по уголовному преследованию было обжаловано в кассационном порядке. В обоснование кассационной жалобы адвокат, помимо других доводов, сослался на нарушение принципа беспристрастности суда.

8. В ходе заседания Апелляционной палаты Кишинэу от 14 марта 2016 года о рассмотрении кассационной жалобы адвокат Владислав Рошка внес ходатайство об обращении в Конституционный суд для осуществления контроля конституционности положений ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса.

9. Определением от 14 марта 2016 года Апелляционная палата Кишинэу удовлетворила ходатайство адвоката и направила в Конституционный суд обращение об исключительном случае неконституционности.

B. Применимое законодательство

10. Применимые положения Конституции (М.О. 1994 г., № 1):

Статья 16

Равенство

«(1) Уважение и защита личности составляют первостепенную обязанность государства.

(2) Все граждане Республики Молдова равны перед законом и властями независимо от расы, национальности, этнического происхождения, языка, религии, пола, взглядов, политической принадлежности, имущественного положения или социального происхождения».

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

«(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию.»

11. Применимые положения Уголовно-процессуального кодекса № 122-XV от 14 марта 2003 года (переопубликован М.О., 2012, № 263-269, ст.855):

Статья 35

Процедура разрешения заявления об отводе и

заявления о самоотводе

«(1) Вопрос об отводе или самоотводе судьи разрешается другим судьей или, в зависимости от обстоятельств, составом суда. При разрешении вопроса об отводе или самоотводе отдельных судей из состава суда, состоящего из 3 или 5 судей, не получившие отвода судьи данного состава могут быть включены в новый состав суда.

(2) Заявление об отводе или самоотводе рассматривается в тот же день, с заслушиванием сторон и лица, отвод которого заявляется. В случае невозможности сформировать новый состав суда в данной инстанции вопрос об отводе разрешается не позднее чем в 10-дневный срок после получения дела вышестоящей инстанцией, которая, допуская отвод или самоотвод, назначает для рассмотрения дела инстанцию того же уровня, что и инстанция, в которой был произведен отвод.

(3) Определение судебной инстанции об отводе обжалованию не подлежит».

12. Применимые положения Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (принятой в Риме 4 ноября 1950 года и ратифицированной Республикой Молдова Постановлением Парламента № 1298-XIII от 24 июля 1997 года):

Статья 6

Право на справедливое судебное разбирательство

«1. Каждый имеет право при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или его часть по соображениям морали, общественного порядка или национальной безопасности в демократическом обществе, а также если это требуется в интересах несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или – в той мере, в какой это, по мнению суда, совершенно необходимо – при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия.

[…]»

Статья 13

Право на эффективные средства правовой защиты

«Каждый, чьи права и свободы, изложенные в настоящей Конвенции, нарушены, располагает эффективными средствами правовой защиты перед национальными властями, даже если такое нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.»

Протокол № 7 к Конвенции

Статья 2

Право на апелляцию по уголовным делам

«1. Каждый осужденный судом за совершение уголовного преступления имеет право на то, чтобы его осуждение или приговор были пересмотрены вышестоящей судебной инстанцией. Осуществление этого права, включая основания, на которых оно может быть осуществлено, регулируется законом.

2. Из этого права могут делаться исключения в отношении незначительных правонарушений, определенных законом, или когда соответствующее лицо было судимо уже в первой инстанции судом высокого уровня или было осуждено после рассмотрения апелляции против его оправдания».

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

13. В обоснование обращения об исключительном случае неконституционности адвокат Владислав Рошка отмечает, что согласно ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса определение судебной инстанции об отводе обжалованию не подлежит. А статья 400 ч.(2) Уголовно-процессуального кодекса предусматривает, что определения, вынесенные в первой инстанции, могут быть обжалованы в апелляционном порядке только одновременно с приговором, за исключением случаев, когда согласно закону они могут быть обжалованы отдельно.

14. Автор исключительного случая неконституционности подчеркивает, что в соответствии со ст.400 ч.(2) Уголовно-процессуального кодекса определения об отводе судьи могут быть обжалованы одновременно с решением о рассмотрении дела по существу.

15. В то же время автор обращения утверждает, что определение об отводе судьи по уголовному преследованию не подпадает под действие ст.400 Уголовно-процессуального кодекса, поскольку материалы дела, находящегося на рассмотрении судьи по уголовному преследованию, не прилагаются к уголовному делу, рассматриваемому первой инстанцией.

16. Таким образом, невозможность обжалования определений об отводе судьи по уголовному преследованию, отдельно от основного дела или вместе с ним, нарушает право на беспристрастный суд и на эффективное средство правовой защиты.

17. Автор обращения также отмечает, что уголовно-процессуальные нормы являются дискриминационными по отношению к подозреваемому и обвиняемому, лишая их возможности обжаловать определение об отводе судьи по уголовному преследованию, по сравнению с подсудимым, который может обжаловать одновременно с решением определение об отводе судьи, участвовавшего в рассмотрении дела.

18. По мнению автора обращения, положения ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса противоречат положениям статей 16 и 20 Конституции, а также статей 6 и 13 Европейской конвенции, статьи 2 Протокола № 7 к Конвенции.

B. Оценка Конституционного суда

19. Рассмотрев допустимость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

20. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции конституционный контроль законов, в частности Уголовно-процессуального кодекса, относится к компетенции Конституционного суда.

21. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности, представленное по ходатайству адвоката Владислава Рошки в рамках уголовного дела № 14r-215/16, находящегося в производстве Апелляционной палаты Кишинэу, подано субъектом, наделенным таким правом в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

22. Конституционный суд отмечает, что прерогатива разрешения исключительных случаев неконституционности, которой он наделен статьей 135 ч.(1) п.g) Конституции, предполагает установление соотношения между законодательными нормами и положениями Конституции, с учетом ее верховенства и применимости оспариваемых положений при рассмотрении судом основного спора.

23. Конституционный суд отмечает, что объектом обращения об исключительном случае неконституционности является ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса, согласно которой определение судебной инстанции об отводе обжалованию не подлежит.

24. Конституционный суд отмечает, что положения закона могут являться объектом конституционной юрисдикции только в том случае, если действие конституционных норм распространяется на оспариваемые нормы.

25. Рассматривая обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд приходит к выводу, что положения ст.16 Конституции, которые гарантируют принцип равенства, не имеют отношения к данному делу.

26. Что касается нарушения ст.20 Конституции, которая гарантирует свободный доступ к правосудию, в Постановлении № 14 от 15 ноября 2012 года Конституционный суд отметил следующее:

«58. […] право доступа к правосудию не может быть абсолютным и что может подвергаться ограничениям, включая процессуальный порядок, при условии, что они являются разумными и соразмерными преследуемой цели.

59. Европейский суд установил, что за рамками, определяющими содержание этого права, есть место для ограничений.

60. Право на свободный доступ к правосудию по самой своей природе требует государственного регулирования, которое может меняться в зависимости от места и времени, в соответствии с потребностями и ресурсами общества и конкретных лиц (Ashingdane против Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии).

61. В своей юриспруденции Европейский суд отметил, что при принятии такого рода положений государства пользуются определенной свободой усмотрения. Однако эти положения не могут ограничить право доступа до такой степени чтобы затрагивалась сама его сущность.

[…]

70. Вместе с тем, согласно положениям ст.115 ч.(4) Конституции, организация и компетенция судебных инстанций, судебная процедура устанавливаются органическим законом. Следовательно, установление правил, касающихся судебного производства, является исключительной компетенцией законодателя, который в особых случаях может предусмотреть специальные процессуальные правила. В этом смысле, принцип свободного доступа к правосудию предполагает неограниченную возможность заинтересованных лиц использовать его в формах и условиях, предусмотренных законом.

[…]».

27. Конституционный суд подчеркивает, что свободный доступ к правосудию и право на справедливое судебное разбирательство могут осуществляться только в пределах определенных правовых рамок, установленных законодателем, с соблюдением определенных требований для предотвращения возможных злоупотреблений и затягивания в разрешении судебных споров.

28. Конституционный суд отмечает, что, согласно ст.35 ч.(1) Уголовно-процессуального кодекса, вопрос об отводе или самоотводе судьи разрешается другим судьей или в зависимости от обстоятельств другим составом суда.

29. Кроме того, закон устанавливает определенные гарантии для обеспечения рассмотрения заявления об отводе в соответствии с принципом справедливости. Так, ст.35 ч.(2) Уголовно-процессуального кодекса предусматривает, что заявление об отводе или самоотводе рассматривается в тот же день с заслушиванием сторон и лица, отвод которого заявляется. В случае невозможности сформировать новый состав суда в данной инстанции вопрос об отводе разрешается не позднее чем в 10-дневный срок после получения дела вышестоящей инстанцией, которая, допуская отвод или самоотвод, назначает для рассмотрения дела инстанцию того же уровня, что и инстанция, в которой был произведен отвод.

30. Конституционный суд подчеркивает, что, хотя согласно ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса определение об отводе судьи отдельно не подлежит обжалованию, в соответствии с положениями ст.400 ч.(2) оно может быть обжаловано в апелляционном порядке одновременно с решением о рассмотрении дела по существу. В случае если апелляционная инстанция устанавливает нарушение положений об обстоятельствах, исключающих участие судьи в производстве по уголовному делу и о порядке разрешения заявления об отводе, установленных статьями 33-35 Уголовно-процессуального кодекса, то она отменяет приговор первой инстанции и выносит постановление о пересмотре дела (ст.415 ч.(1) п.3).

31. Кроме того, Уголовно-процессуальный кодекс устанавливает механизмы, обеспечивающие судебный контроль законности определения, принятого судьей по уголовному преследованию (ст.311, ст.312).

32. В качестве дополнительной гарантии и для устранения любых подозрений в предвзятости судьи законодатель в ст.4 Закона № 178 от 25 июля 2014 года о дисциплинарной ответственности судей предусмотрел случаи наступления ответственности, в том числе за несоблюдение обязательства о самоотводе.

33. Так, с учетом приведенных выше норм Конституционный суд отмечает очевидность того, что положения ч.(3) ст.35 Уголовно-процессуального кодекса не нарушают права на свободный доступ к правосудию и на справедливое судебное разбирательство, установленные ст.20 Конституции и ст.6 Европейской Конвенции, поскольку не устраняют возможность пользоваться в рамках судебного разбирательства, осуществляемого независимым, беспристрастным и законным судом в разумные сроки, правами и процессуальными гарантиями, установленными законом.

34. Конституционный суд отмечает, что положения ст.35 ч.(3) оправданы особым характером порядка, установленного Уголовно-процессуальным кодексом, которым законодатель преследует цель достигнуть оперативности в осуществлении процедуры и обеспечить правопорядок, необходимый для осуществления в оптимальных условиях свободного доступа к правосудию.

35. Конституционный суд отмечает, что ни одно из положений Высшего закона и Европейской Конвенции, на которые ссылается автор обращения, не предусматривают право на обжалование по рассматриваемому делу. В этом смысле ст.119 Конституции предусматривает, что решения суда могут быть обжалованы заинтересованными сторонами и компетентными государственными органами «в соответствии с законом».

36. Учитывая содержание статьи 35 Уголовно-процессуального кодекса, объектом которой являются аспекты, связанные с удовлетворением или отклонением заявления об отводе судьи, положения ст.2 Протокола № 7 к Европейской Конвенции, предусматривающей право на двойной уровень юрисдикции, не применимы в данном случае.

37. Положения ст.13 Европейской Конвенции также не применимы в настоящем деле, поскольку право на кассационное обжалование отличается от права на осуществление путей обжалования в случае судебного определения.

38. В то же время в рассматриваемом деле Конституционный суд подчеркивает, что сторона защиты в кассационной жалобе на определение судьи по уголовному преследованию о применении меры пресечения в виде предварительного ареста в качестве одного из аргументов указала на нарушение принципа беспристрастности суда. В определении от 14 марта 2016 года кассационная инстанция, проверив законность определения судьи по уголовному преследованию, высказалась и по данному вопросу, отметив следующее: «69. […]в отношении доводов защиты о предвзятости судьи по уголовному преследованию […] кассационная инстанция отмечает, что они не могут быть приняты как правдоподобные […]».

39. Таким образом, не обладая компетенцией для проверки обоснованности доводов кассационной инстанции, Конституционный суд приходит к выводу, что уголовно-процессуальные нормы содержат механизмы, гарантирующие соблюдение принципа беспристрастности судьи, и в рассматриваемом случае сторона защиты воспользовалась этими правовыми механизмами, предоставляемыми законом. Конституционный суд отмечает, что обращение лишено объекта, в связи с чем отклоняется как явно необоснованное.

Исходя из изложенного, на основании ст.26 Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции, и п.28 пп.d) Положения о порядке рассмотрения обращений, представленных в Конституционный суд, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности положений ст.35 ч.(3) Уголовно-процессуального кодекса, представленном по ходатайству адвоката Владислава Рошка по уголовному делу № 14r-215/16, находящемся на рассмотрении Апелляционной палаты Кишинэу.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в «Monitorul Oficial al Republicii Moldova».