Определение N 4 от 04.12.2012 о прекращении производства по делу о контроле конституционности некоторых положений Закона о свободе выражения мнения (Обращение № 22а/2012)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о прекращении производства по делу о контроле конституционности

некоторых положений Закона о свободе выражения мнения

(Обращение № 22а/2012)

№ 4  от  04.12.2012

 (в силу 04.12.2012) 

Мониторул Офичиал № 273-279 ст.29 от 28.12.2012

* * *

Конституционный суд в составе:

Александру ТЭНАСЕ, председатель

Виктор ПУШКАШ, судья-докладчик,

Думитру ПУЛБЕРЕ,

Елена САФАЛЕРУ,

Валерия ШТЕРБЕЦ, судьи,

при участии секретаря судебного заседания, Людмилы Кихай,

принимая во внимание обращение, представленное и зарегистрированное 13 июля 2012 года,

рассмотрев указанное обращение в открытом пленарном заседании,

учитывая акты и материалы дела,

проведя совещание при закрытых дверях

выносит следующее определение:

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. В основе настоящего дела лежит обращение депутата Парламента, Сергея Сырбу, о контроле конституционности ст.15 ч.(2), ст.17, ст.18 ч.(2) п.g) и ст.18 ч.(40 п.с) Закона № 64 от 23 апреля 2010 года о свободе выражения мнения, представленное в Конституционный суд 13 июля 2012 года, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, ст.25 п.g) Закона о Конституционном суде и ст.38 ч.(1) п.g) Кодекса конституционной юрисдикции.

2. Автор обращения считает в частности, что противоречащее положениям ст.1, ст.6, ст.20, ст.26, ст.53, ст.54, ст.66, ст.114, ст.115 и ст.116 Конституции применение досудебного порядка разрешения спора при рассмотрении дел о диффамации и защите частной и семейной жизни, в соответствии с которым лицо, считающее себя ущемленным в каком-либо праве, обязано подавать предварительное заявление до обращения в суд, является ограничением права на свободный доступ к правосудию, на защиту и на эффективное средство правовой защиты.

3. В ходе заседания, учитывая заключения Конституционного суда, содержащиеся в Постановлении № 14 от 15 ноября 2012 года, автор, считая разрешенными некоторые свои требования, отказался от запроса по осуществлению контроля конституционности положений ст.15 ч.(2), за исключением последнего предложения, ст.17, за исключением ч.(4), ст.18 ч.(2) п.g) и ст.18 ч.(4) п.с) Закона о свободе выражения мнения.

4. В пленарном заседании суда представители Парламента и Правительства отметили, что в Постановлении № 14 от 15 ноября 2012 года рассматривался досудебный порядок разрешения спора, в отношении которого запрашивается осуществление контроля конституционности в настоящем деле, и что высказанные автором в заседании суда требования отличаются от первоначальных, в связи с чем они могут стать предметом только нового обращения.

5. Конституционный суд отмечает, что в своем заявлении автор исходил из положений ст.31 ч.(3) Кодекса конституционной юрисдикции, согласно которым заявитель вправе изменить основания или предмет обращения, отказаться от обращения частично или полностью.

6. Конституционный суд отмечает, что положения закона, в отношении которых в заседании от 4 декабря 2012 года автор сохранил запрос об осуществлении контроля конституционности, содержатся в обращении и стали предметом настоящего дела, рассматриваемого Конституционным судом в ином аспекте – обязательного или факультативного характера досудебного порядка разрешения спора. Будучи оспорены через другую призму, эти положения требуют нового рассмотрения.

7. Так, последнее предложение ст.15 ч.(2) Закона № 64 касается не обязательности досудебного порядка разрешения спора, а возможности и предельного срока для восстановления срока давности, при подаче предварительного заявления. Положения ст.17 ч.(4) Закона № 64 в отдельности регулируют другую область, запрещая предъявление иных, дополнительных требований, нежели те, которые были изложены в предварительном заявлении, в частности требования, касающиеся компенсации причиненного вреда.

8. При таких обстоятельствах суд отмечает, что аспекты, регулируемые данными положениями, имеют другой предмет, и поэтому Конституционному суду необходимы дополнительные исследования, а участникам процесса – другие аргументы для обоснования своей позиции. Этот вывод Конституционного суда еще более оправдан, так как автор не указал в обращении основания, по каким он считает, что срок исковой давности и предмет процедуры предварительного заявления, о которых идет речь в последнем предложении ст.15 ч.(2) и в ст.17 ч.(4) Закона № 64, не соответствуют Конституции.

9. На основании изложенного суд заключает, что последнее предложение ст.15 ч.(2) и статья 17 ч.(4) Закона № 64, в отношении которых автор обращения запрашивает осуществление контроля конституционности, могут являться предметом другого обращения, которое заявитель вправе представить в Конституционный суд.

10. Поскольку автор, изменив объект обращения, частично отозвал свое обращение, а остальная часть обращения не может быть рассмотрена в рамках настоящего дела, Конституционный суд решил прекратить производство по делу.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст.26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, ст.60 п.а), ст.61 ч.(1) и ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

1. Прекратить производство по делу о контроле конституционности положений ст.15 ч.(2), за исключением последнего предложения, ст.17, за исключением ч.(4), ст.18 ч.(2) п.g) и ст.18 ч.(4) п.с) Закона № 64 от 23 апреля 2010 года о свободе выражения мнения.

2. Объяснить автору обращения, что он вправе представить новое обращение о контроле конституционности последнего предложения ст.15 ч.(2) и положений ст.17 ч.(4) Закона № 64 от 23 апреля 2010 года о свободе выражения мнения.

3. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в «Monitorul Oficial al Republicii Moldova».