Определение N 68 от 19.06.2018 о неприемлемости обращения № 82g/2018 г. об исключительном случае неконституционности статей 431 ч.(4/1) и 439/7 ч.(4) Кодекса о правонарушениях
КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
о неприемлемости обращения № 82g/2018 г.
об исключительном случае неконституционности
статей 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях
№ 68 от 19.06.2018
(в силу 19.06.2018)
Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 424-429 ст. 151 от 16.11.2018
* * *
Конституционный суд в составе:
Михай ПОАЛЕЛУНЖЬ, председатель,
Аурел БЭЕШУ,
Игорь ДОЛЯ,
Вячеслав ЗАПОРОЖАН, судьи,
при участии секретаря заседания Василия Опри,
принимая во внимание обращение, представленное
и зарегистрированное 15 июня 2018 г.,
рассмотрев приемлемость указанного обращения,
учитывая акты и материалы дела,
проведя обсуждение в совещательной комнате 19 июня 2018 г.,
выносит следующее определение.
ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статей 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях, заявленном адвокатом Еуджениу Глущенко в деле № 5r-85/18, находящемся в производстве суда Кишинэу, главный офис.
2. Обращение было представлено в Конституционный суд 15 июня 2018 года Октавианом Дворником, судьей в суде Кишинэу, главный офис, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.
A. Обстоятельства основного спора
3. Констатирующий субъект Таможенной службы 6 марта 2018 года составил в отношении Иона Бурдужи протокол о правонарушении, предусмотренном статьей 287 ч.(10) [Нарушение таможенных правил] Кодекса о правонарушениях. Вместе с тем в порядке статей 431 ч.(41) и 4397 Кодекса о правонарушениях было принято решение о конфискации вещественных доказательств.
4. Ион Бурдужа 19 марта 2018 года обжаловал в суд протокол о правонарушении.
5. В ходе судебного заседания адвокат Еуджениу Глущенко, представляющий интересы правонарушителя, заявил об исключительном случае неконституционности статей 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях.
6. Определением от 13 июня 2018 года судебная инстанция удовлетворила ходатайство и направила обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд.
B. Применимое законодательство
7. Применимые положения Конституции:
Статья 1
Государство Республика Молдова
«[…]
(3) Республика Молдова – демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются».
Статья 23
Право каждого человека на знание своих прав и обязанностей
«[…]
(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность».
Статья 46
Право частной собственности и ее охрана
«[…]
(4) Имущество, предназначенное, использованное для совершения преступлений или правонарушений либо добытое в результате совершения преступлений или правонарушений, может быть конфисковано только в соответствии с законом.
[…]».
Статья 115
Судебные инстанции
«[…]
(4) Организация и компетенция судебных инстанций, судебная процедура устанавливаются органическим законом».
8. Применимые положения Кодекса о правонарушениях, принятого Законом № 218 от 24 октября 2008 года:
Статья 431
Вещественные доказательства
«[…]
(41) При рассмотрении дел о правонарушениях, предусмотренных частью (2) статьи 50, констатирующий субъект полиции, а при рассмотрении дел, предусмотренных частями (8), (10) и (11) статьи 287, констатирующий субъект Таможенной службы принимают решение по вещественным доказательствам согласно положениям статьи 4397 настоящего кодекса и положениям статьи 162 Уголовно-процессуального кодекса, применяемым к производству о правонарушении соответствующим образом.
[...]».
Статья 4397
Специальная конфискация
«[…]
(4) В случае правонарушений, предусмотренных частью (3) статьи 79 и статьей 287, специальная конфискация назначается представителем Таможенной службы, уполномоченным рассматривать дело о правонарушении.
[...]».
Статья 452
Рассмотрение дела о правонарушении
«(1) Рассмотрение дела о правонарушении производится судебной инстанцией в открытом заседании, устно, непосредственно и на основе состязательности сторон.
[...]».
Статья 458
Вопросы, подлежащие разрешению при постановлении
решения по делу о правонарушении
(1) Рассмотрев дело о правонарушении, судебная инстанция обязана установить:
a) имело ли место вменяемое в вину правонарушение;
b) имеются ли причины, устраняющие правонарушительный характер деяния;
c) виновно ли лицо, в отношении которого возбуждено производство о правонарушении;
d) имеются ли смягчающие и/или отягчающие ответственность обстоятельства;
e) есть ли необходимость наказания и какая мера наказания должна быть назначена;
f) другие аспекты, важные для правильного разрешения дела.
[...]».
9. Применимые положения Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция):
Статья 1
Защита собственности
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право беспрепятственно пользоваться своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества, кроме как в интересах общества или на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Предыдущие положения ни в коей мере не ущемляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».
ВОПРОСЫ ПРАВА
A. Аргументы автора обращения
10. В обоснование обращения об исключительном случае неконституционности автор утверждает, что Кодекс о правонарушениях предоставляет право принимать решение о конфискации как судебной инстанции, так и констатирующему субъекту.
11. Так, автор обращения отмечает, что, хотя законодатель и признает исключительную компетенцию судебной инстанции в этой области, в статьях 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях он наделил и констатирующий субъект Таможенной службы полномочиями по конфискации.
12. Автор обращения считает, что до тех пор, пока суд уполномочен принимать решения по вопросам о специальной конфискации, эти полномочия не могут быть переданы другому органу.
13. По мнению автора обращения, оспариваемые положения противоречат статьям 1 ч.(3), 23 ч.(3), 46 ч.(4) и 115 ч.(4) Конституции.
B. Оценка Конституционного суда
14. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.
15. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в данном случае Кодекса о правонарушениях, относится к компетенции Конституционного суда.
16. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности, заявленном адвокатом Еуджениу Глущенко в деле № 5r-85/2018, находящемся в производстве суда Кишинэу, главный офис, подано субъектом, наделенным таким правом, на основании ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.
17. Конституционный суд отмечает, что предметом обращения являются статьи 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях.
18. Автор обращения утверждает, что оспариваемые положения нарушают статьи 1 ч.(3), 23 ч.(3), 46 ч.(4) и 115 ч.(4) Конституции. Хоть и делается ссылка на все эти конституционные положения, критика автора обращения сводится, в сущности, к положениям статьи 23, гарантирующей право каждого человека на знание своих прав и обязанностей, а также статьи 46 о праве частной собственности и ее охране.
19. Рассмотрев обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает, что положения статей 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях устанавливают условия применения меры безопасности в виде специальной конфискации констатирующими субъектами Министерства внутренних дел и Таможенной службы в случае совершения правонарушений, предусмотренных статьями 50 ч.(2) и 287 частями (8), (10) и (11) Кодекса о правонарушениях.
20. Конституционный суд напоминает, что правовые нормы должны быть ясными и точными, а их последствия предсказуемыми. В области уголовного права это требование считается соблюденным тогда, когда лицо может знать из формулировки соответствующего положения, а в случае необходимости при помощи его толкования судами, какие действия и бездействие ведут к его ответственности (см. Del Río Prada против Испании, 21 октября 2013 года, §77-80; и Vasiliauskas против Литвы, 20 октября 2015 года, §154).
21. По настоящему делу Конституционный суд заключает, что положения, точность которых оспаривается автором обращения, дают возможность заинтересованному лицу знать, какие его действия и бездействие составляют правонарушение. Таким образом, в данном случае соблюден принцип nullum crimen, nulla poena sine lege certa, поскольку на основании этих положений и, возможно, при помощи их толкования судом лицо может знать, какие действия и бездействие ведут к его ответственности.
22. Что касается утверждений автора обращения о нарушении права частной собственности и ее охране, Конституционный суд отмечает, что в практике Европейского суда установлено, что страны-участницы обладают широкими пределами усмотрения в вопросе контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами (см. J. A. Pye (Oxford) LTD и J. A. Pye (Oxford) Land LTD против Соединенного Королевства, 20 августа 2007 года, §55). Так, по ряду дел, в которых рассматривалось соответствие внутренних мер в области применения второго параграфа данной статьи, Европейский суд установил, что они могут быть оправданы лишь при наличии общего интереса и при условии соблюдения разумного соотношения соразмерности между используемыми средствами и преследуемой целью (см. Marckx против Бельгии, 13 июня 1979 года, §63 и §64; AGOSI против Соединенного Королевства, 24 октября 1986 года, §48-52; Rosenzweig и Bonded Warehousen Ltd против Польши, 28 июля 2005 года, §48; и Узан и другие против Турции, 29 марта 2011 года, §82 и §94).
23. Таким образом, Конституционный суд заключает, что в определении по делу Раду против Румынии от 3 сентября 2013 года Европейский суд установил отсутствие нарушения права собственности, гарантированного статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции, в результате применения меры безопасности в виде специальной конфискации. Вместе с тем в определении по делу Йордэкеску против Румынии от 23 мая 2017 года Европейский суд установил, что мера специальной конфискации необходима для борьбы с преступлениями, поскольку преследует законную цель, защищает общественные интересы, будучи направлена на предотвращение совершения преступлений (см. §§46-48).
24. Конституционный суд отмечает, что в сообщении Европейской комиссии к Европейскому Парламенту и Совету, COM (2008) 766 (https://eur-lex.europa.eu/legal-content/RO/TXT/?uri=CELEX:52008DC0766), отмечается, что для предотвращения преступной деятельности важно, чтобы преступники были лишены продуктов преступления. Так, конфискация препятствует использованию имущества преступников в качестве источников финансирования другой преступной деятельности, предотвращает опасность подрыва доверия к финансовым системам и коррумпирования законопослушного общества. Кроме того, практика показывает, что конфискация носит сдерживающий характер, поскольку укрепляет принцип о том, что преступность не приносит доходов. А также отмечается, что конфискация обеспечивает средства, которые могут быть реинвестированы в инициативы по применению закона или предотвращению преступности.
25. Право человека на беспрепятственное владение своим имуществом предполагает наличие эффективных судебных гарантий. Так, практика Европейского суда выделяет необходимость в следующих гарантиях: оценка должна производиться судом в рамках судебного разбирательства, включающего открытое судебное заседание; защита должна иметь доступ к материалам дела; лица должны иметь возможность собирать доказательства, заявлять об исключительных случаях неконституционности и предоставлять необходимые доказательства по своему усмотрению; предположения, на которых основывается обвинение, не должны быть абсолютными (см. по этому вопросу Phillips против Соединенного Королевства, 5 июля 2001 года, §42 и §43; Grayson и Barnham против Соединенного Королевства, 23 сентября 2008 года, §45).
26. Конституционный суд отмечает, что, вопреки мнению автора обращения, область применения этих гарантий не может быть ограничена только на том основании, что наложение ответственности основано на решении констатирующего субъекта. Из содержания Кодекса о правонарушениях следует, что решение констатирующего субъекта о специальной конфискации может быть обжаловано в судебную инстанцию, которая наделена полномочиями по всестороннему рассмотрению данной меры, как в плане фактических обстоятельств, так и правовой основы [см. статьи 452 ч.(1) и 458 ч.(1) кодекса].
27. Относительно нарушения статей 1 ч.(3) и 115 ч.(4) Конституции Конституционный суд заключает, что, оспаривая компетенцию констатирующего субъекта о применении меры безопасности в виде специальной конфискации, автор обращения не привел соответствующих доводов о действии этих норм.
28. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.
По этим основаниям, в соответствии со ст.26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции Конституционный суд
ОПРЕДЕЛЯЕТ:
1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статей 431 ч.(41) и 4397 ч.(4) Кодекса о правонарушениях, принятого Законом № 218 от 24 октября 2008 года, заявленном адвокатом Еуджениу Глущенко в деле № 5r-85/18, находящемся в производстве суда Кишинэу, главный офис.
2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в «Monitorul Oficial al Republicii Moldova».
| ПРЕДСЕДАТЕЛЬ | Михай ПОАЛЕЛУНЖЬ |
| № 68. Кишинэу, 19 июня 2018 г. | |