Определение N 126 от 05.08.2021 о неприемлемости обращения № 181g/2021 г. об исключительном случае неконституционности статьи XXIII частей (1) и (2) Закона № 69 от 21 мая 2020 года об учреждении некоторых мер на период чрезвычайного положения в области общественного здоровья и внесении изменений в некоторые нормативные акты (проведение судебных заседаний посредством системы телеконференций в период чрезвычайного положения в области общественного здоровья)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 181g/2021 г. об исключительном случае

неконституционности статьи XXIII частей (1) и (2) Закона № 69 от 21 мая 2020 года

об учреждении  некоторых мер на период  чрезвычайного положения  в области

общественного здоровья и внесении изменений в некоторые нормативные акты

(проведение судебных заседаний посредством системы телеконференций в

период чрезвычайного положения в области общественного здоровья)

№ 126  от  05.08.2021

 (в силу 05.08.2021) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 212-218 ст.168 от 10.09.2021

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Марчела Лупу,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 27 июля 2021 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 5 августа 2021 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статьи XXIII частей (1) и (2) Закона № 69 от 21 мая 2000 года об учреждении некоторых мер на период чрезвычайного положения в области общественного здоровья и внесении изменений в некоторые нормативные акты (далее – Закон № 69 от 21 мая 2020 года), заявленном Денисом Руссу, стороной по делу № 1a-1700/2016, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Кишинэу.

2. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено в Конституционный суд судебным составом Апелляционной палаты Кишинэу, состоящим из судей: Стелиан Телеукэ, Сильвия Гырбу и Денис Бэбэлэу, в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

A. Обстоятельства основного спора

3. В производстве Апелляционной палаты Кишинэу находится уголовное дело по обвинению Дениса Руссу в совершении совместно с другими лицами преступлений, предусмотренных статьями 283 [бандитизм], 145 ч.(2) пунктами а), b), d), g), i), j), m) [умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах], 27, 145 ч.(2) пунктами а), b), d), g), i), j), m) [попытка совершения умышленного убийства с отягчающими обстоятельствами] и 361 ч.(2) п.с) [изготовление, владение, сбыт или использование поддельных официальных документов, печатей, штампов или бланков] Уголовного кодекса.

4. В ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке вступил в силу Закон № 69 от 21 мая 2020 года. Согласно статье XXIII частям (1) и (2) закона, в целях обеспечения мер по предотвращению распространения инфекции COVID-19 в пенитенциарных учреждениях в период чрезвычайного положения в области общественного здоровья, объявленного Постановлением Национальной чрезвычайной комиссии по общественному здоровью № 10 от 15 мая 2020 года, рассмотрение уголовных дел, в том числе ходатайств о выдаче и продлении ордеров на арест, и вопросов, связанных с исполнением наказания в отношении лишенных свободы лиц, проводится только посредством системы телеконференций или в соответствующих помещениях пенитенциарных учреждений, без получения согласия лишенного свободы лица. Рассмотрение указанных уголовных дел осуществляется в зданиях судебных инстанций только в исключительных случаях.

5. Учитывая эти законодательные положения, в рамках обсуждаемого уголовного дела было проведено несколько судебных заседаний посредством системы телеконференций.

6. В ходе апелляционного производства Денис Руссу заявил об исключительном случае неконституционности статьи XXIII частей (1) и (2) Закона № 69 от 21 мая 2020 года.

7. Определением от 26 мая 2021 года Апелляционная палата Кишинэу удовлетворила ходатайство и направила обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

8. Применимые положения Конституции:

Статья 4

Права и свободы человека

"(1) Конституционные положения о правах и свободах человека толкуются и применяются в соответствии со Всеобщей декларацией прав человека, пактами и другими договорами, одной из сторон которых является Республика Молдова.

(2) При наличии несоответствий между пактами и договорами об основных правах человека, одной из сторон которых является Республика Молдова, и внутренними законами приоритет имеют международные нормы".

Статья 7

Конституция – высший закон

"Конституция Республики Молдова является еe высшим законом. Ни один закон или иной правовой акт, противоречащие положениям Конституции, не имеют юридической силы".

Статья 8

Соблюдение международного права

и международных договоров

"(1) Республика Молдова обязуется соблюдать Устав Организации Объединенных Наций и договоры, одной из сторон которых она является, строить свои отношения с другими государствами на общепризнанных принципах и нормах международного права.

(2) Вступлению в силу международного договора, содержащего положения, противоречащие Конституции, должен предшествовать пересмотр Конституции".

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 21

Презумпция невиновности

"Любое лицо, обвиняемое в совершении преступления, считается невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все необходимые гарантии для защиты".

Статья 26

Право на защиту

"(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

(3) На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного.

(4) Вмешательство в деятельность лиц, осуществляющих защиту в установленных пределах, наказывается законом".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20 - 24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

Статья 119

Право на обжалование

"Решения суда могут быть обжалованы заинтересованными сторонами и компетентными государственными органами в соответствии с законом".

9. Применимые положения Закона № 69 от 21 мая 2020 года об учреждении некоторых мер на период чрезвычайного положения в области общественного здоровья и внесении изменений в некоторые нормативные акты:

"Ст.XXIII. – (1) В целях обеспечения мер по предотвращению распространения инфекции COVID-19 в пенитенциарных учреждениях в период чрезвычайного положения в области общественного здоровья, объявленного Постановлением Национальной чрезвычайной комиссии по общественному здоровью № 10 от 15 мая 2020 года, рассмотрение уголовных дел, в том числе ходатайств о выдаче и продлении ордеров на арест, и вопросов, связанных с исполнением наказания в отношении лишенных свободы лиц, проводится только посредством системы телеконференций или в соответствующих помещениях пенитенциарных учреждений, без получения согласия лишенного свободы лица.

(2) Рассмотрение уголовных дел, предусмотренных частью (1), осуществляется в зданиях судебных инстанций только в исключительных случаях.

(3) Судебная инстанция обеспечивает сторонам возможность ознакомиться с материалами дела. Передача и доведение до сведения заявлений, ходатайств и материалов по запросу сторон могут осуществляться также посредством электронной связи.

(4) Назначение рассмотрения дел посредством системы телеконференции в зданиях судебных инстанций или в помещениях пенитенциарных учреждений осуществляется не подлежащим обжалованию определением.

(5) Проведение действий по уголовному преследованию органом уголовного преследования в отношении лишенных свободы лиц осуществляется в здании пенитенциарного учреждения.

(6) Правительство обеспечивает полную функциональность системы телеконференций в пенитенциарных учреждениях и судебных инстанциях, назначенных для рассмотрения уголовных дел, предусмотренных частью (1)".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

10. Автор обращения утверждает, что положения статьи XXIII ч.(1) Закона № 69 от 21 мая 2020 года, согласно которым рассмотрение уголовных дел в отношении лишенных свободы лиц проводится только посредством системы телеконференций или в соответствующих помещениях пенитенциарных учреждений, без получения согласия лишенного свободы лица, нарушают право на справедливое судебное разбирательство, в ходе которого подсудимый должен быть обеспечен всеми необходимыми для своей защиты гарантиями. Кроме того, автор обращения считает, что эта норма нарушает право на справедливое судебное разбирательство и тем, что подсудимый не может выступать непосредственно перед судом.

11. Автор обращения отмечает, что при рассмотрении сложных дел, по которым исследуется ряд доказательств, использование телеконференции является рискованным. Автор также подчеркивает, что видеоизображение может быть прервано, а это нарушает право подсудимого на непосредственное участие в процессе.

12. В обоснование обращения автор сделал ссылку на соответствующую практику Европейского суда по вопросу проведения судебных заседаний посредством телеконференций.

13. По мнению автора обращения, статья XXIII ч.(1) Закона № 69 от 21 мая 2020 года противоречит статьям 4, 7, 8, 16, 20, 21, 26, 54 и 119 Конституции.

14. Кроме того, автор обращения отмечает, что, согласно ч.(2) статьи XXIII Закона № 69 от 21 мая 2020 года, рассмотрение уголовных дел в отношении лишенных свободы лиц осуществляется в зданиях судебных инстанций только в исключительных случаях. По мнению автора обращения, законодатель не предусмотрел критерии, по которым могут оцениваться обстоятельства, оправдывающие рассмотрение уголовных дел в зданиях судебных инстанций. Таким образом, автор просит Конституционный суд разъяснить содержание ч.(2) статьи XXIII Закона № 69 от 21 мая 2020 года с тем, чтобы выявить исключительные случаи, которые могут служить основанием для проведения заседаний в зданиях судебных инстанций.

B. Оценка Конституционного суда

15. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

16. Согласно статье 135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Закона № 69 от 21 мая 2020 года об учреждении некоторых мер на период чрезвычайного положения в области общественного здоровья и внесении изменений в некоторые нормативные акты, относится к компетенции Конституционного суда.

17. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности представлено по ходатайству одной из сторон процесса. Оно подано субъектом, наделенным данным правом, в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

18. Предметом обращения являются части (1) и (2) статьи XXIII Закона № 69 от 21 мая 2020 года. Согласно части (1), в целях обеспечения мер по предотвращению распространения инфекции COVID-19 в пенитенциарных учреждениях в период чрезвычайного положения в области общественного здоровья, объявленного Постановлением Национальной чрезвычайной комиссии по общественному здоровью № 10 от 15 мая 2020 года, рассмотрение уголовных дел, в том числе ходатайств о выдаче и продлении ордеров на арест, и вопросов, связанных с исполнением наказания в отношении лишенных свободы лиц, проводится только посредством системы телеконференций или в соответствующих помещениях пенитенциарных учреждений, без получения согласия лишенного свободы лица. Далее часть (2) устанавливает, что рассмотрение уголовных дел, предусмотренных частью (1), осуществляется в зданиях судебных инстанций только в исключительных случаях.

19. Конституционный суд отмечает, что одним из условий для представления обращения является применимость оспариваемых положений по делу, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности.

20. Рассмотрев обращение, Конституционный суд отмечает, что исключительный случай неконституционности заявлен в рамках рассматриваемого в апелляционном порядке уголовного дела по обвинению в совершении преступлений, указанных выше в § 3. В ходе апелляционного производства судебная инстанция применила оспариваемые нормы и провела несколько судебных заседаний по системе телеконференций.

21. Однако на день рассмотрения настоящего дела оспариваемые положения уже прекратили свое действие. Согласно оспариваемым нормам, обязанность рассмотрения уголовных дел в отношении лишенных свободы лиц только посредством системы телеконференций была обусловлена наличием чрезвычайного положения в области общественного здоровья, объявленного Постановлением Национальной чрезвычайной комиссии по общественному здоровью № 10 от 15 мая 2020 года. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что введенное 15 мая 2020 года чрезвычайное положение в области общественного здоровья было отменено последующими постановлениями Национальной чрезвычайной комиссии по общественному здоровью. Так, Постановлением № 54 от 29 апреля 2021 года Национальная чрезвычайная комиссия по общественному здоровью установила, что начиная с 29 апреля 2021 года в административно-территориальных единицах, для которых был установлен уровень опасности "красный код", если на основании показателей заболеваемости COVID-19 за последние 14 дней зарегистрировано более 100 случаев на 100 тысяч населения, территориальные чрезвычайные комиссии по общественному здоровью объявляют чрезвычайное положение в области общественного здоровья. Иными словами, на день рассмотрения настоящего обращения более не действует Постановление комиссии № 10 от 15 мая 2020 года, которым было объявлено чрезвычайное положение в области общественного здоровья на всей территории Республики Молдова и которое обусловливало юридические последствия оспариваемых положений.

22. Вместе с тем, поскольку судебная инстанция должна обеспечить соблюдение справедливого характера уголовного производства в целом, Конституционный суд допускает, что оспариваемая норма может быть применена в ходе данного разбирательства. Точнее, суд может проверить, если проведение некоторых заседаний посредством телеконференций не нарушило справедливый характер уголовного процесса (см., mutatis mutandis, ОКС № 114 от 15 июля 2021 года, § 18, § 19).

23. В отношении статьи XXIII ч.(1) Закона № 69 от 21 мая 2020 года автор обращения ссылается на нарушение статей 4 [права и свободы человека], 7 [Конституция – высший закон], 8 [соблюдение международного права и международных договоров], 16 [равенство], 20 [свободный доступ к правосудию], 21 [презумпция невиновности], 26 [право на защиту], 54 [ограничение осуществления некоторых прав или свобод] и 119 [право на обжалование] Конституции.

24. Что касается действия статей 4, 7 и 8 Конституции, Конституционный суд отмечает, что они носят общий характер, представляют собой императивы, лежащие в основе любого регулирования, и не могут являться индивидуальными и самостоятельными ориентирами (см., mutatis mutandis, ОКС № 158 от 22 декабря 2020 года, § 24; ОКС № 162 от 29 декабря 2020 года, § 24; ОКС № 92 от 15 июня 2021 года, § 26).

25. Конституционный суд отмечает, что для применимости статьи 16 Конституции должно быть установлено наличие дифференцированного отношения, которое бы затрагивало одно из условий осуществления какого-либо права, гарантированного Конституцией. Равенство перед законом и властями подразумевает отсутствие любой дискриминации, прямой или косвенной. Дискриминация имеет место тогда, когда к лицам, находящимся в одинаковом положении, проявляется различное отношение (прямая дискриминация), либо если к лицам, находящимся в различном положении, проявляется одинаковое отношение (косвенная дискриминация). Таким образом, сопоставимость ситуаций является основным условием для наличия дифференцированного отношения (ОКС № 72 от 27 мая 2021 года, § 30). Из содержания рассматриваемого обращения Конституционный суд не определил по отношению к кому сравнивает себя автор, когда ссылается на статью 16 Конституции, поэтому не может быть установлено дифференцированное отношение между различными категориями лиц.

26. Относительно применимости статьи 119 Конституции, Конституционный суд отмечает, что автор обращения не обосновал противоречие оспариваемых положений нормам данной статьи. Простая отсылка к конституционной норме не может рассматриваться в качестве доводов о неконституционности. Если бы Конституционный суд приступил к рассмотрению по существу обращений, сформулированных подобным образом, он заменил бы авторов в изложении доводов о неконституционности, что означало бы осуществление контроля по собственной инициативе (см. ОКС № 44 от 1 апреля 2021 года, § 23; ОКС № 109 от 13 июля 2021 года, § 24).

27. Что касается действия статьи 54 Конституции, в своей практике Конституционный суд подчеркивал, что она не имеет самостоятельного применения. Данная статья требует от Конституционного суда проведения анализа на соразмерность вмешательства в основные права. Следовательно, для ссылки на эту статью автор должен доказать действие одного из основных прав (см. ОКС № 28 от 12 марта 2020 года, § 18; ОКС № 97 от 17 июня 2021 года, § 22, § 24).

28. Конституционный суд отмечает, что автор обращения оспаривает положения статьи XXIII ч.(1) Закона № 69 от 21 мая 2020 года по отношению к статьям 20, гарантирующей право на справедливое судебное разбирательство, 21, относящейся к презумпции невиновности, а также 26, гарантирующей право на защиту. Так, Конституционный суд проверит, нарушают ли оспариваемые законодательные положения эти права.

29. Что касается ссылки на конституционный принцип презумпции невиновности, гарантированный статьей 21 Конституции, Конституционный суд отмечает, что оспариваемая норма не устанавливает презумпцию виновности лица, обвиняемого в совершении преступлений. Проведение судебных заседаний удаленно не может затрагивать этот принцип. Следовательно, статья 21 Конституции не применима по данному делу.

30. Конституционный суд отмечает, что статья 20 Конституции гарантирует право на свободный доступ к правосудию и соответствует положениям статьи 6 § 1 Европейской конвенции о правах человека. Право на справедливое судебное разбирательство, гарантированное статьей 20 Конституции и, соответственно, статьей 6 § 1 Европейской конвенции о правах человека, должно быть практическим и эффективным, а не теоретическим и иллюзорным. Требование статьи 6 § 1 Конвенции, согласно которому дела должны рассматриваться справедливо, следует понимать и в свете обеспечения соблюдения основных принципов судопроизводства – принципа состязательности и принципа равных возможностей (ОКС № 37 от 30 марта 2021 года, § 32). В то же время статья 26 Конституции, которая отдельно гарантирует право на защиту, находит свое отражение в статье 6 § 3 Европейской конвенции (там же, § 33).

31. Европейский суд в своей практике отмечал, что в случае, когда рассматривает заявление, основанное на статье 6, он проверяет справедливый характер уголовного процесса в целом (Prade против Германии, 3 марта 2016 года, § 33; Димитров и Момин против Болгарии, 7 июня 2018 года, § 51 и § 62).

32. Относительно обсуждаемого вопроса о проведении судебных заседаний посредством телеконференций, Европейский суд подчеркивал, что такая форма участия в процессе не является, сама по себе, несовместимой с понятием открытого и справедливого процесса, однако следует обеспечить лицу возможность следить за судебным заседанием и быть заслушанным без технических препятствий. Кроме того, ему должно быть обеспечено эффективное и конфиденциальное общение с адвокатом (Marcello Viola против Италии, 5 октября 2006 года, § 67-77; Шахновский против России [БП], 2 ноября 2010 года, § 98).

33. Рассмотрев оспариваемые нормы, Конституционный суд не выявил какого-либо ограничения права на защиту. Эти нормы не исключали конфиденциальные встречи с защитником до дня заседания, помощь защитника по месту нахождения заключенного во время проведения судебного заседания посредством системы телеконференций или возможность участия, например, двух защитников одновременно, один в зале заседания и второй по месту нахождения заключенного.

34. Кроме того, вопросы о предполагаемых технических неполадках в ходе проведения судебного заседания не относятся к конституционности оспариваемых норм, а к их практическому применению со стороны компетентных органов.

35. Более того, Конституционный суд заключает, что весной 2020 года большинство стран Европы ввели в свои системы проведение судебных заседаний, в том числе по уголовным делам, посредством телеконференций. Эта процедура была рекомендована различными международными учреждениями. Например, в "Принципах в связи с кризисом, вызванным Covid-19", выработанных Европейским институтом права (European Law Institute), отмечается, среди прочего, что "судебная власть должна делать все возможное, в разумной мере, для продолжения своих разбирательств и слушаний, в частности, прибегнув к защищенным видеоконференциям и другим удаленным средствам связи, находящимся в распоряжении судов. В любом случае судебная система должна поддерживать минимальный уровень функционирования для рассмотрения срочных дел, сохранения верховенства права и предоставления сторонам соответствующих правовых средств с тем, чтобы не нарушать право на справедливое судебное разбирательство, в частности, право на защиту. Ограничения в деятельности судебной системы должны быть отменены сразу, как того будет позволять чрезвычайная ситуация, связанная с Covid-19"¹.

36. Так, рассмотрение уголовных дел в отношении лишенных свободы лиц только посредством системы телеконференций в период чрезвычайного положения в области общественного здоровья, объявленного Постановлением Национальной чрезвычайной комиссии по общественному здоровью № 10 от 15 мая 2020 года, не могло, само по себе, нарушить право на справедливое судебное разбирательство. Эта временная мера была обоснована наличием на день принятия закона чрезвычайного положения в области общественного здоровья, а также необходимостью охраны здоровья лишенных свободы лиц.

37. Следовательно, Конституционный суд заключает, что изложенная автором критика статьи XXIII ч.(1) Закона № 69 от 21 мая 2020 года по отношению к статьям 20 и 26 Конституции необоснованна.

38. В отношении требований в части разъяснения содержания статьи XXIII ч.(2) Закона № 69 от 21 мая 2020 года с тем, чтобы выявить исключительные случаи, которые могут служить основанием для проведения заседаний в зданиях судебных инстанций, Конституционный суд отмечает, что толкование и применение законодательных положений в конкретных ситуациях выходит за рамки контроля конституционности и относится к полномочиям судебных инстанций (см. ОКС № 91 от 19 сентября 2019 года, § 19; ОКС № 55 от 2 июня 2020 года, § 21).

39. Конституционный суд напоминает, что уголовно-процессуальное законодательство не может изобиловать пояснительными текстами. Как бы ясно ни была составлена правовая норма, в любой системе права существует неизбежный элемент судебного толкования, включая нормы уголовного-процессуального права (см. ОКС № 6 от 23 января 2020 года, § 30). Таким образом, разрешение вопроса об "исключительном" характере дел, который оправдывал проведение судебных заседаний в зданиях судов, лежало на судебных инстанциях, в зависимости от сложности дела, состояния здоровья участников и др. Конституционный суд в этой части обращения не выявил вопросы, связанные с конституционностью.

40. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьей 26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, статьями 61 ч.(3) и 64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статьи XXIII частей (1) и (2) Закона № 69 от 21 мая 2000 года об учреждении некоторых мер на период чрезвычайного положения в области общественного здоровья и внесении изменений в некоторые нормативные акты, заявленном Денисом Руссу, стороной по делу № 1a-1700/2016, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Кишинэу.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".

^{_____________________________}

¹ https://www.europeanlawinstitute.eu/fileadmin/user_upload/p_eli/Publications/ELI_Principles_for_the_COVID-19_Crisis.pdf