Определение N 145 от 27.11.2024 о неприемлемости обращения № 67g/2024 г. об исключительном случае неконституционности некоторых положений ст.144/1 Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков (определение ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 67g/2024 г.об исключительном

случае неконституционности некоторых положений ст.144¹

Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков

(определение ущерба, причиненного незаконным административным

актом Национального банка Молдовы)

№ 145  от  21.11.2024

 (в силу 21.11.2024) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 8-10 ст. 1 от 16.01.2025

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Дины Мустяца,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 20 марта 2024 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 21 ноября 2024 г.,

выносит следующее определение.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности текста "в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен" в ч.(1) п.b), а также положений ч.(6) и ч.(7) ст.144¹ Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков, поданное по инициативе адвоката Иона Пэдурару, представляющего ООО "EVIDENT-ELECTRO", в рамках дела № 3-108/2022, рассматриваемого в Апелляционной палате Кишинэу.

2. Обращение было направлено в Конституционный суд судебным составом коллегии по гражданским, коммерческим и административным делам Апелляционной палаты Кишинэу в лице Геннадия Мыра, Инны Дутка и Екатерины Паланчук в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Решением № 13 от 11 января 2019 года исполнительный комитет Национального банка Молдовы установил, что АО "Enteh", АО "Evident – Electro", ООО "Dima – Holding", ООО "Electroreparaţie Grup", "Hostex Establishment", АО "Panfermag Energy", АО "Dunav", "WGD INT", Мельник Владимир, Маковецкая Елена, Семенова Елена, Продан Олег в качестве акционеров банка АО "Energbank" вместе владеют квалифицированным большинством в 52,77% от уставного капитала банка и действуют сообща по отношению к Energbank, не обладая предварительным разрешением со стороны НБМ, выданным в порядке, установленном Законом № 202/2017 о деятельности банков. Тем же решением указанным акционерам был предоставлен трехмесячный срок для отчуждения акций.

4. Не согласившись с Решением №13 от 11 января 2019 года, отдельные акционеры Energbank подали в НБМ предварительные заявления, которые решениями № 68 от 7 марта 2019 года и № 69 от 13 марта 2019 года исполнительный комитет НБМ отклонил.

5. Вышеуказанные акционеры Energbank подали в суд исковые заявления против НБМ, требуя отменить решения исполнительного комитета № 13 от 11 января 2019 года, № 68 от 7 марта 2019 года и № 69 от 13 марта 2019 года.

6. Поскольку некоторые акционеры, указанные в решении исполнительного комитета НБМ № 13 от 11 января 2019 года, не смогли продать свои акции в установленный срок, Energbank в порядке, предусмотренном законом, аннулировал акции акционеров, произвел эмиссию новых акций и выставил их на продажу. Эмитированные и нераспроданные акции были выкуплены Energbank.

7. Решением от 3 марта 2020 года¹ суд Кишинэу (сектор Рышкань) отклонил заявления Enteh, Electroreparaţie Grup, Hostex Establishment, Evident – Electro, Dima – Holding, WGD INT, Pangermag Energy şi Dunav против Национального банка Молдовы об отмене решений исполнительного комитета НБМ № 13 от 11 января 2019 года, № 68 от 7 марта 2019 года и № 69 от 13 марта 2019 года.

______________________

¹ https://jc.instante.justice.md/ro/pigd_integration/pdf/cd3ea8c7-1509-425a-ad3f-a9daed8e1b05

8. Определением от 21 декабря 2021 года² Апелляционная палата Кишинэу отменила решение суда Кишинэу (сектор Рышкань) от 3 марта 2020 года и вынесла новое решение, которым аннулировала решения исполнительного комитета НБМ № 13 от 11 января 2019 года, № 68 от 7 марта 2019 года и № 69 от 13 марта 2019 года в отношении акционеров – истцов.

______________________

² https://cac.instante.justice.md/ro/pigd_integration/pdf/174b5edd-bf92-4c60-87a7-905dbc6c1efa

9. Высшая судебная палата определением от 29 марта 2023 года³ отклонила кассационную жалобу НБМ и оставила без изменений определение Апелляционной палаты Кишинэу от 21 декабря 2021 года.

______________________

³ https://jurisprudenta.csj.md/search_col_civil.php?id=71374

10. Evident-Electro в качестве бывшего акционера Energbank 17 января 2022 года подал в Национальный банк в порядке, установленном ст.144¹ ч.(1) п.b) Закона о деятельности банков, заявление о возмещении ущерба, причиненного решением исполнительного комитета НБМ № 13 от 11 января 2019 года, которое было признано незаконным и отменено вышеуказанными судебными актами. Решением № 31 от 17 февраля 2022 года исполнительный комитет НБМ отклонил заявление Evident-Electro.

11. Evident-Electro 18 марта 2022 года зарегистрировал в Апелляционной палате Кишинэу исковое заявление против НБМ о возмещении ущерба, причиненного указанными незаконными актами.

12. На одном из судебных заседаний адвокат Ион Пэдурару представил в интересах Evident-Electro запрос об исключительном случае неконституционности текста "в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен" в ч.(1) п.b), а также положений ч.(6) и ч.(7) ст.144¹ Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков.

13. Определением от 7 декабря 2024 года Апелляционная палата Кишинэу удовлетворила запрос об исключительном случае неконституционности и направила обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

14. Применимые положения Конституции:

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 23

Право каждого человека на знание

своих прав и обязанностей

"(1) Каждый человек имеет право на признание его правосубъектности.

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

(2) Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в случае установленной законом общественной необходимости при условии справедливого и предварительного возмещения.

[…]".

Статья 53

Право лица, ущемленного властью

"(1) Лицо, ущемленное в каком-либо своем праве властью посредством какого-либо административного акта или неудовлетворением прошения в установленный срок, может добиваться признания своего права, отмены акта и возмещения ущерба.

(2) Государство согласно закону несет материальную ответственность за ущерб, причиненный ошибками, допущенными в уголовных процессах следственными органами и судами".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20–24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

15. Применимые положения Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков:

Статья 144¹

Особенности ответственности за ущерб, причиненный незаконным административным

актом Национального банка Молдовы, изданным во исполнение настоящего закона,

или непринятием им в установленный законом срок решения по заявлению

о применении настоящего закона

"(1) Возмещение ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы, изданным во исполнение настоящего закона, или непринятием им в установленный законом срок решения по заявлению о применении настоящего закона, может быть запрошено путем подачи соответствующего заявления в Национальный банк Молдовы:

а) одновременно с предварительным заявлением; или

b) в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен или заявление было удовлетворено, однако не принято решение о возмещении ущерба, или, если административный акт был отменен Национальным банком Молдовы, – в течение 30 дней со дня, когда решение об отмене незаконного административного акта стало неоспоримым.

(2) Национальный банк Молдовы принимает решение по заявлению, предусмотренному в части (1), в течение 30 дней с даты подачи заявления в Национальный банк Молдовы.

(3) Иски о возмещении ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы, изданным во исполнение настоящего закона, или непринятием им в установленный законом срок решения по заявлению о применении настоящего закона, подаются в судебную инстанцию с соблюдением в обязательном порядке процедур, предусмотренных частями (1) и (2).

(4) Обязательство по возмещению причиненного ущерба не возникает в части, в которой потерпевшая сторона умышленно или по неосторожности не устранила ущерб законным путем.

(5) До тех пор, пока не будет доказано обратное, предполагается, что акты Национального банка Молдовы, изданные во исполнение настоящего закона, преследуют общественный интерес обеспечения стабильности и жизнеспособности банковской системы.

(6) Размер имущественного ущерба, причиненного акционерам банка, в отношении которых действуют положения частей (2) и (4) статьи 45, части (4) статьи 46, частей (2), (3), (4) и (6) статьи 52, статьи 52¹, незаконным административным актом Национального банка Молдовы, изданным во исполнение положений этих статей, определяется на основании независимой и объективной оценки, назначенной судебной инстанцией, в которой рассматривается дело о возмещении ущерба. Оценка будет проводиться признанным на международном уровне аудиторским обществом, которое соответствует критериям, установленным нормативными актами Национального банка Молдовы, изданными на основании статьи 88 и части (7) настоящей статьи.

(7) Для целей части (6) настоящей статьи и части (5) статьи 144² критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество для того, чтобы квалифицировать его в качестве признанного на международном уровне аудиторского общества, устанавливаются нормативными актами Национального банка Молдовы".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

16. Автор обращения, в основном, отмечает, что установленный в ст.144¹ ч.(1) п.b) закона 30-дневный срок для подачи заявления о возмещении ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы, изданным во исполнение Закона о деятельности банков, или неразрешением Национальным банком в предусмотренный законом срок заявления о применении данного закона, не дает потерпевшим реальную возможность добиваться возмещения ущерба, учитывая сложность составления подобного заявления и проведения оценки причиненного ущерба.

17. Кроме того, автор отмечает, что положения ст.144¹ ч.(6) и ч.(7) Закона о деятельности банков, предусматривающие, что оценка имущественного ущерба, причиненного акционерам банка, должна быть проведена признанным на международном уровне аудиторским обществом, соответствующим критериям, предусмотренным нормативными актами Национального банка Молдовы, подрывают доверие к судебным актам, вынесенным по подобным спорам.

18. По мнению автора обращения, оспариваемые положения противоречат ст.20, ст.23, ст.46, ст.53 и ст.54 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

19. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

20. Согласно ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль законов, в рассматриваемом случае некоторых положений Закона о деятельности банков, входит в компетенцию Конституционного суда.

21. Обращение об исключительном случае неконституционности было подано уполномоченным субъектом, по ходатайству адвоката Иона Пэдурару, представителя Evident-Electro, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

22. Предметом обращения является текст "в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен" в ч.(1) п.b), а также положения ч.(6) и ч.(7) ст.144¹ Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков.

23. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие одного из основных прав. Конституционный суд изучит, исходя из аргументов автора обращения, если оспариваемые положения совершают вмешательство в основные права.

24. Конституционный суд отмечает, что автор обращения указывает на действие ст.20 (свободный доступ к правосудию), ст.23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей), ст.46 (право частной собственности и ее охрана), ст.53 (право лица, ущемленного властью) и ст.54 (ограничение осуществления некоторых прав или свобод) Конституции.

25. Что касается ст.23 и ст.54 Конституции, Конституционный суд отмечает, что в этих положениях обозначена основа для анализа Конституционного суда в осуществлении конституционного контроля. Они не представляют собой материальные конституционные нормы, а скорее всего содержат предпосылки в применении Конституции. Независимо от того, сделана на них ссылка или нет, суд применяет их по мере необходимости. Для их применения автор обращения должен аргументировать действие основного права (см. ОКС № 12 от 2 февраля 2023 г., § 20).

26. Касательно применимости ст.20 Конституции, Конституционный суд считает необходимым рассмотреть оба аспекта обращения в свете данной статьи.

27. Первый аспект обращения касается положения "в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен" в п.b) ч.(1) ст.144¹ Закона о деятельности банков.

28. Автор обращения отмечает, что данное положение устанавливает срок погасительной давности, который существенно отличается от сроков давности, предусмотренных Гражданским кодексом, как по продолжительности, так и по времени его начала. В результате сравнительного анализа оспариваемых положений с нормами Гражданского кодекса и Административного кодекса автор приходит к выводу, что (i) 30-дневный срок слишком краток и не позволяет потерпевшему определить размер/стоимость ущерба на момент внесения предварительного заявления; и что (ii) потерпевший не может требовать взыскания материального ущерба по истечении 30-дневного срока со дня вступления в силу судебного акта об аннулировании решения НБМ.

29. На основании данного анализа автор утверждает, что оспариваемые положения чрезмерно ограничивают, вплоть до упразднения, конституционное право акционеров на справедливое удовлетворение их требования о возмещении ущерба, причиненного незаконными административными актами НБМ, и что этот факт непропорционально ограничивает их право собственности, поскольку не предоставляет потерпевшим компенсацию, сравнимую с причиненным ущербом.

30. Конституционный суд отмечает, что срок в 30 дней, предусмотренный оспариваемыми положениями, является максимальным. В течение этого срока заинтересованное лицо может инициировать предварительную процедуру для возмещения ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка. Данная процедура начинается с внесением предварительного заявления, которое сначала разрешается Национальным банком. Только после того, как в установленный срок Национальный банк не отвечает или отвергает требования акционера, изложенные в предварительном заявлении, потерпевший может подать исковое заявление на возмещение. Конституционный суд отмечает, что предварительная процедура, предусмотренная в ст.144¹ ч.(1) Закона о деятельности банков, является обязательной (см. ст.144¹ ч.(3).

31. Таким образом, 30-дневный срок, предусмотренный в ст.144¹ ч.(1) п.b), относится не к обращению в суд с исковым заявлением, а к обращению с предварительным заявлением в административный орган [Национальный банк]. Закон о деятельности банков или Административный кодекс ни в одной из своих норм не устанавливают условия, связанные с качеством или объемом обоснования предварительного заявления, чтобы в случае получения отрицательного ответа от Национального банка заблокировать потерпевшему доступ к правосудию по причине ненадлежащего качества аргументов, изложенных в предварительном заявлении.

32. Более того, Закон № 548/1995 о Национальном банке Молдовы предусматривает, что "акты Национального банка подлежат проверке законности в административных судах в соответствии с процедурой, установленной Административным кодексом, в части, в которой это не противоречит настоящему закону" (см. ст.11 ч.(4). В отсутствие противоположного положения Административный кодекс устанавливает, что иск об обязании предъявляется в 30-дневный срок: (i) с даты сообщения или вручения решения по предварительному заявлению или (ii) с даты истечения срока, предусмотренного для его разрешения (см. ст.209).

33. Вообще, положения, определяющие сроки подачи в суд исковых заявлений, апелляционных или других жалоб, призваны обеспечивать надлежащее отправление правосудия, а также соблюдение принципа правовой определенности. Заинтересованные лица должны быть готовыми к применению этих положений. Тем не менее указанные положения или их применение не должно стать препятствием в использовании тяжущимися существующего средства (см. Pérez de Rada Cavanilles против Испании, 28 октября 1998 г., § 45).

34. При рассмотрении дела об ограничении осуществления процессуальных прав в процессах, в которых были обжалованы неотложные экономические меры, принятые в банковской сфере, ЕСПЧ в связи с требованием о подаче апелляционных жалоб в сфере законности экспроприации в Отделение по административным делам в течение десяти дней отметил, что истцы смогли эффективно опровергнуть указанные меры в своих заявлениях перед апелляционным судом. Им была предоставлена возможность представить до начала судебного заседания дополнительные документы, а также устно изложить в судебном заседании свои аргументы. ЕСПЧ отметил, что не может заключить, что срок, предоставленный истцам для апелляционных жалоб, был настолько коротким, чтобы считать процедуры несправедливыми (см. Adorisio и другие Нидерландов (реш.), 17 марта 2015 г., § 99-101).

35. Принимая во внимание отсутствие условий, связанных с качеством и объемом обоснования предварительных заявлений, поданных в Национальный банк, тот факт, что лица, считающие себя потерпевшими, на протяжении административного процесса, инициированного против Национального банка (по делу, по которому был заявлен исключительный случай неконституционности, процесс длился с 11 января 2019 года до 29 марта 2023 года), могут разумно представить в каких цифрах выражается стоимость ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка, а также принимая во внимание возможность детально изложить заявление о возмещении ущерба в промежутках времени, установленных для: (i) подачи предварительного заявления (не более 30 дней, согласно в ст.144¹ ч.(1) п.b) Закона о деятельности банков); (ii) для рассмотрения/разрешения предварительного заявления НБМ (не более 30 дней, согласно ст.144¹ ч.(2) Закона о деятельности банков); (iii) для подачи искового заявления в суд (не более 30 дней, согласно ст.209 ч.(1) п.а) Административного кодекса), Конституционный суд не видит, каким образом может быть нарушено право на эффективный доступ к правосудию, гарантированное ст.20 Конституции. На этом основании Конституционный суд расценивает обращение в первом аспекте как неприемлемое.

36. Конституционный суд не может принять во внимание утверждение автора о том, что потерпевший не может требовать взыскания причиненного ущерба по истечении 30-дневного срока со дня вступления в силу судебного акта об аннулировании решения Национального банка, поскольку это утверждение основано не на аргументах конституционного характера, а на аргументах, вытекающих из соотнесения оспариваемой нормы с другими законодательными нормами (Административного кодекса, Гражданского кодекса). Конституционный суд считает, что не может проверить суждения, основанные на толковании и применении законодательных норм, касающихся периода времени, за который должен исчисляться ущерб, причиненный государственным органом, поскольку проверка этих положений, в силу их природы, составляет обязанность судебных инстанций общей юрисдикции.

37. Второй аспект обращения касается положений ч.(6) и ч.(7) ст.144¹ Закона о деятельности банков. Эти положения предусматривают, что (i) размер имущественного ущерба, причиненного акционерам банка незаконным административным актом Национального банка Молдовы, определяется на основании независимой и объективной оценки, назначенной судебной инстанцией, в которой рассматривается дело о возмещении ущерба. Оценка будет проводиться признанным на международном уровне аудиторским обществом, которое соответствует критериям, установленным нормативными актами Национального банка Молдовы. Они также предусматривают, что (ii) критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество для того, чтобы квалифицировать его в качестве признанного на международном уровне аудиторского общества, устанавливаются нормативными актами Национального банка Молдовы.

38. Автор обращения отмечает, что оспариваемые положения предусматривают специальную процедуру по оценке ущерба, причиненного акционерам банка, которая отличается от процедуры, предусмотренной Гражданским кодексом, Гражданским процессуальным кодексом и Административным кодексом. Он считает, что эта процедура лишает потерпевшего возможности демонстрировать, предъявляя и другие доказательства, размер реального ущерба. Он утверждает, что известное на международном уровне аудиторское общество, отобранное для проведения оценки ущерба, причиненного акционерам, может находиться в зависимом положении по отношению к Национальному банку Молдовы. С одной стороны, НБМ определяет критерии, которым должен соответствовать оценщик – аудиторское общество (ст.144¹ ч.(7) Закона № 202/2017), с другой стороны, чтобы быть допущенными к проведению аудита национальных банков, аудиторские общества должны пройти процедуру предварительного утверждения со стороны НБМ (см. ст.88 Закона № 202/2017). Зависимость аудиторского общества от Национального банка и обязанность судебной инстанции определить размер ущерба на основе оценки, проведенной подобным аудиторским обществом, способны затрагивать не только право акционера на справедливое судебное разбирательство, но и сущность права акционера на возмещение ущерба, причиненного незаконными актами НБМ, а также его право собственности.

39. Что касается действия положений ст.20 Конституции, Конституционный суд установил, что право доступа к суду должно быть реальным и эффективным, а не теоретическим и иллюзорным. Эффективность данного права требует, чтобы лица обладали четкой и фактической возможностью обжаловать акт, совершающий вмешательство в осуществление их прав (см. ПКС № 5 от 14 февраля 2023 г., § 42). В своей практике ЕСПЧ установил, что право доступа к суду включает не только право на возбуждение судебного иска, но и право на разрешение дела судом, уполномоченным высказываться по всем правовым и фактическим вопросам (см. Греко-католический приход Лупень и другие против Румынии [БП], 29 ноября 2016, § 86; Verein KlimaSeniorinnen Schweiz и другие против Швейцарии [БП], 9 апреля 2024 г., § 629).

40. Общий анализ национального законодательства показывает, что Национальный банк Молдовы является центральным банком Республики Молдова (ст.1 Закона № 548/1995), который определяет и осуществляет денежную и валютную политику государства (ст.5 ч.(1) п.а) Закона № 548/1995), лицензирует, осуществляет регулирование и надзор за деятельностью банков Республики Молдова (ст.5 ч.(1) п.d) Закона № 548/1995 и ст.5 Закона № 202/2017), осуществляет другие полномочия, предусмотренные законом, в общественных интересах для обеспечения стабильности и жизнеспособности банковской системы (ст.5 ч.(6) Закона № 202/2017) и обеспечения экономического благосостояния страны.

41. Принимая во внимание место Национального банка в национальной банковской системе, общественные интересы, охраняемые Национальным банком в процессе надзора за деятельностью банковской системы, а также сложность и разнообразие задач, возложенных на него, Конституционный суд отмечает, что законодатель определил особенности ответственности НБМ в случае причинения ущерба своими незаконными актами, в частности, акционерам банка (см. ст.144¹ Закона № 202/2017). Чтобы ограничить дискреционное право Национального банка в процессе регулирования и надзора в данной области, законодатель четко установил, что размер материального ущерба, причиненного акционеру, устанавливается решением судебной инстанции, рассматривающей дело о возмещении ущерба. Судебная инстанция уполномочена определить размер ущерба, причиненного акционеру, на основе "независимой и объективной оценки", проводимой "признанным на международном уровне аудиторским обществом". Таким образом, несмотря на то, что законодатель установил, что Национальный банк определяет критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество, оценивающее ущерб, причиненный акционерам, он возложил на судебную инстанцию рассмотрение таких вопросов: (i) признано ли аудиторское общество на международном уровне; (ii) является ли оценка независимой; и (iii) является ли оценка объективной.

42. С точки зрения определения нормативными актами Национального банка критериев, которым должно соответствовать аудиторское общество (см. в частности, Постановление НБМ № 138 от 30 июня 2022 года о критериях, применяемых к аудиторскому обществу, чтобы квалифицировать его в качестве признанного на международном уровне общества), Конституционный суд подчеркивает, что, исходя из практики ЕСПЧ, данное условие не может считаться неконституционным per se. Назначение экспертов имеет значение для того, чтобы выяснить, если был соблюден принцип равных возможностей. Тот факт, что эксперты были наняты одной стороной процесса, не является достаточным, чтобы утверждать, что процедуры были несправедливыми. Беспокойство, которое может присутствовать, вызванное недоверием к нейтральному отношению экспертов, имеет значение, но не является решающим. Поистине важными являются позиция экспертов на протяжении процедур, способ выполнения своих функций и оценка, которую дали судьи мнению экспертов (см. Gaggl против Австрии, 8 ноября 2022 г., § 49).

43. Касательно аргументов автора обращения о нарушении ст.46 Конституции, в своей практике Конституционный суд указал, что законодательство должно давать лицу возможность представлять свое дело в компетентном органе, чтобы тот высказался в отношении меры, нарушающей его право собственности. Государство обязано установить судебные процедуры, содержащие достаточные гарантии и позволяющие судебным инстанциям эффективно и справедливо разрешать любые споры между частными лицами, а также между субъектами и государством (см. ОКС № 110 от 6 сентября 2022 г., § 31). По данному делу заинтересованное лицо может требовать возмещения ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы. Судебная инстанция, в производстве которой находится дело о возмещении ущерба, может проверять независимость и объективность оценки. Следовательно, Конституционный суд не может согласиться с аргументами автора о действии по делу права собственности.

44. Конституционный суд не может согласиться и с аргументами автора обращения в связи со ссылкой на ст.53 Конституции, которая предусматривает, что лицо, ущемленное в каком-либо своем праве властью посредством какого-либо административного акта или неудовлетворением прошения в установленный срок, может добиваться признания своего права, отмены акта и возмещения ущерба. Конституционный суд отмечает, что оспариваемая норма предусматривает возмещение ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы. Следовательно, не существует никаких признаков нарушения ст.53 Конституции.

45. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд отмечает, что обращение не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) и ст.140 ч.(2) Конституции, ст.26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности текста "в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен" в п.b) ч.(1), а также положений ч.(6) и ч.(7) ст.144¹ Закона № 202 от 6 октября 2017 года о деятельности банков, представленное по инициативе адвоката Иона Пэдурару, представителя ООО "EVIDENT-ELECTRO", в рамках дела № 3-108/2022, рассматриваемого в Апелляционной палате Кишинэу.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".

ОСОБОЕ МНЕНИЕ,

изложенное в соответствии с положениями ст.27 ч.(5) Закона о

Конституционном суде и ст.67 Кодекса конституционной юрисдикции

Определением № 145 от 21 ноября 2024 года Конституционный суд признал неприемлемым обращение представителя ООО "EVIDENT-ELECTRO", адвоката Иона Пэдурару, представленное в порядке исключительного случая неконституционности, в рамках дела № 3-108/2022, рассматриваемого в Апелляционной палате Кишинэу.

По сути, автор обращения утверждает, что установленный в ст.144¹ ч.(1) п.b) закона 30-дневный срок для подачи заявления о возмещении ущерба, причиненного незаконным административным актом Национального банка Молдовы, не дает потерпевшим реальную возможность добиваться возмещения ущерба, учитывая сложность проведения оценки причиненного ущерба. Кроме того, автор отмечает, что положения ст.144¹ ч.(6) и ч.(7) Закона о деятельности банков, предусматривающие, что оценка имущественного ущерба, причиненного акционерам банка, должна быть проведена признанным на международном уровне аудиторским обществом, соответствующим критериям, предусмотренным нормативными актами Национального банка Молдовы, подрывают доверие к судебным актам, вынесенным по подобным спорам. По мнению автора обращения, оспариваемые положения противоречат ст.20, ст.23, ст.46, ст.53 и ст.54 Конституции.

В отношении критики автора касательно положения "в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения судебной инстанции, которым незаконный административный акт был отменен", содержащегося в п.b) ч.(1) ст.144¹ Закона о деятельности банков, я придерживаюсь позиции большинства, которая изложена в § 27 – 36 определения.

При этом я не согласна с мнением большинства судей в отношении второго аспекта обращения, касающегося положений ст.144¹ ч.(6) и ч.(7) Закона о деятельности банков. Эти положения предусматривают, что (i) размер имущественного ущерба, причиненного акционерам банка незаконным административным актом Национального банка Молдовы, определяется на основании независимой и объективной оценки, назначенной судебной инстанцией, в которой рассматривается дело о возмещении ущерба; (ii) оценка будет проводиться признанным на международном уровне аудиторским обществом, которое соответствует критериям, установленным нормативными актами Национального банка Молдовы.

На основании ст.144¹ ч.(6) и ч.(7) Закона о деятельности банков Национальный банк Молдовы Постановлением № 138 от 30 июня 2022 года определил критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество для того, чтобы квалифицировать его в качестве признанного на международном уровне аудиторского общества.

Исходя из основной задачи Национального банка по обеспечению стабильности цен, очевидна определяющая роль банка в сохранении финансовой стабильности и поддержании общей экономической политики государства.

В Постановлении Конституционного суда № 11 от 11 мая 2016 года отмечается, что невзирая на то, что Конституция не определяет четко статус Национального банка Молдовы, Конституционный суд не может не обратить внимание на его значимость в защите национальных интересов при осуществлении коммерческими банками Республики Молдова финансово-экономической деятельности. Как на международном уровне, так и в Республике Молдова центральные банки осуществляют с определенной осторожностью финансовый надзор и являются ответственными за устойчивость и надлежащее функционирование коммерческих банков и всей банковской системы.

В одном из последующих постановлений Конституционный суд установил, что Национальный банк Молдовы должен располагать средствами контроля для сдерживающего эффекта и действенного применения в отношении тех, которые прямо или косвенно преследуют цель обрушить банковскую систему, оправдывая присвоение НБМ особых законных полномочий, а также предоставление средств и особого финансирования (см. ПКС № 20 от 26 сентября 2019 г., § 51-52).

В определенных ситуациях, когда этого требует характер споров, законодатель может установить специальные процессуальные правила, как, например, в случае оценки со стороны аудиторского общества, признанного на международном уровне размера ущерба, причиненного незаконным актом Национального банка. Однако критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество, чтобы квалифицировать его в качестве аудиторского общества, признанного на международном уровне, необходимо установить органическим законом, а не подзаконным актом, принятым стороной гражданского процесса.

Полномочия и средства контроля Национального банка должны быть направлены на реализацию основной задачи, которая была указана выше, а не наделять его полномочием, связанным с судебным разбирательством дел.

Считаю, что Конституционный суд должен был подтвердить действие права доступа к правосудию (права на справедливое судебное разбирательство) для защиты права собственности акционера и, по сути, оценить эффективность судебных гарантий.

Конституционный суд, являясь суверенным в вопросах, касающихся собственной процедуры и норм, которые необходимо соблюсти, должен был расширить предмет анализа и применить, в том числе, положения ст.114 и ст.115 ч.(4) Конституции Республики Молдова.

Согласно ст.114 Конституции, правосудие осуществляется именем закона только судебными инстанциями. Следовательно, они должны обладать полнотой процессуальных полномочий для справедливого разрешения дела, без неоправданных ограничений в предпринимаемых действиях, с тем, чтобы при достижении конечной цели судебное решение не стало иллюзорным (см. ПКС № 31 от 1 октября 2013 г., §77).

В соответствии со ст.115 ч.(4) Конституции организация и компетенция судебных инстанций, судебная процедура устанавливаются органическим законом.

Оспариваемая норма предусматривает, что Национальный банк Республики Молдова, который в таких спорах является ответчиком, устанавливает подзаконным актом критерии в отношении аудиторских обществ, признанных на международном уровне. Этими критериями, которые имеют обязательный характер, должна руководствоваться судебная инстанция, когда в процессе рассмотрения спора выбирает признанное на международном уровне аудиторское общество.

Понятие "судебная процедура", содержащееся в ст.115 ч.(4) Конституции, относится к деятельности судебных инстанций, осуществляемой в соответствии с нормами гражданского/уголовного процессуального права в ходе рассмотрения и разрешения гражданских/уголовных дел, которые включают и нормы, предусматривающие порядок назначения экспертов/специалистов, процедуру проведения экспертизы и критерии оценки судом отчета, составленного экспертом/специалистом.

В этом контексте я считаю, что определение правил проведения процесса в судебных инстанциях, включая критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество, чтобы квалифицировать его в качестве признанного на международном уровне аудиторского общества, и которыми должна руководствоваться судебная инстанция, входит в исключительную компетенцию законодателя.

Положения ст.20 Конституции и ст.6 ч.1 Европейской конвенции о правах человека гарантируют, среди прочего, соблюдение принципов состязательности и равных процессуальных возможностей истца и ответчика.

Неизменное условие в практике ЕСПЧ по применению ст.6 ч.1 Конвенции требует, чтобы ограничения, установленные договаривающимися государствами, не стали неоправданными препятствиями в доступе лица к суду до такой степени, чтобы нарушить саму сущность данного права. Соблюдение принципов состязательности и равных процессуальных возможностей зависит, в том числе, от соблюдения требования независимости/нейтральности эксперта/специалиста.

В контексте изложенного законодатель должен был четко разграничить особые полномочия, присвоенные Национальному банку для реализации своей задачи, от полномочий судебных инстанций по разрешению гражданских дел в соответствии с судебной процедурой, которая устанавливается органическим законом.

Осуществление конституционного права лица на возмещение ущерба, причиненного органом публичной власти, вписывается в принципы равенства и свободного доступа к правосудию.

Смысл свободного доступа к правосудию заключается в том, что каждый вправе обратиться в судебную инстанцию в случае, когда считает, что его права, свободы или интересы были нарушены. Определение судебных полномочий и установление правил проведения судебного процесса возложены на законодателя, осуществляя тем самым конституционные положения ст.115 ч.(4).

Порядок отбора экспертов/специалистов в судебном процессе, способ выполнения возложенных на них функций, а также доказательный характер заключений экспертов/специалистов, являются важными факторами, которые необходимо учитывать в оценке соблюдения принципа равных процессуальных возможностей.

В этом контексте я считаю, что присвоение Национальному банку права определять критерии, которым должно соответствовать аудиторское общество, чтобы квалифицировать его в качестве признанного на международном уровне аудиторского общества, которое оценивает ущерб, причиненный незаконным актом банка, в споре, в котором фигурирует Национальный банк, поднимает вопрос равных процессуальных возможностей в гражданском процессе, вплоть до нарушения данного права в его сущности.

В заключение, я считаю, что обращение об исключительном случае неконституционности следовало признать приемлемым в части, касающейся ст.144¹ ч.(6) и ч.(7) Закона о деятельности банков, и рассмотреть по существу.