Определение N 163 от 29.12.2020 о неприемлемости обращения № 190g/2020 г. об исключительном случае неконституционности некоторых положений ст.324 Уголовного кодекса (неясность понятия "вымогательство")

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 190g/2020 г. об исключительном случае

неконституционности некоторых положений ст.324 Уголовного кодекса

(неясность понятия "вымогательство")

№ 163  от  29.12.2020

 (в силу 29.12.2020) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 42-50 ст. 19 от 12.02.2021

* * *

Конституционный суд в составе:

Люба ШОВА, председательствующая,

Николае РОШКА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи, Георгия Реницэ,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 27 ноября 2020 г.,

рассмотрев предварительно указанное обращение,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 29 декабря 2020 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности положений ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) Уголовного кодекса, представленное по запросу адвоката Зинаиды Гырнец в интересах подсудимого Юлиана Лупаческу в рамках дела № 1-120/2018, рассматриваемого судом Кахул, главный офис.

2. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено в Конституционный суд судьей суда Кахул, главный офис, Мариной Куртиш в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

A. Обстоятельства основного спора

3. В производстве суда Кахул, главный офис, находится уголовное дело по обвинению Вячеслава Крецу, Иона Лупашку и Юлиана Лупаческу в совершении преступления, предусмотренного ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) [Пассивное коррумпирование] Уголовного кодекса.

4. В ходе судебного заседания от 2 октября 2020 года адвокат Зинаида Гырнец представила запрос об исключительном случае неконституционности ч.(2) п.с) и ч.(4) ст.324 Уголовного кодекса.

5. Суд Кахул, главный офис, определением от того же числа (согласно его резолютивной части) удовлетворил запрос об исключительном случае неконституционности только в отношении ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) Уголовного кодекса и направил обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

6. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

" […]

(3) Республика Молдова – демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 22

Необратимость закона

"Никто не может быть осужден за действия или бездействие, которые в момент их совершения не составляли преступления. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в момент совершения преступления".

Статья 23

Право каждого человека на знание

своих прав и обязанностей

"[…]

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

7. Применимые положения Уголовного кодекса, утвержденного Законом № 985 от 18 апреля 2002 года:

Статья 324

Пассивное коррумпирование

"(1) Притязание на получение, согласие принять или принятие публичным лицом или иностранным публичным лицом лично или через посредников не полагающихся ему имущества, услуг, преимуществ или выгод в любой форме, для себя или другого лица, а равно принятие предложения или обещания таковых за выполнение или невыполнение либо затягивание или ускорение выполнения действия, входящего в его служебные обязанности, или в нарушение своих обязанностей

наказываются лишением свободы на срок от 3 до 7 лет со штрафом в размере от 4000 до 6000 условных единиц с лишением права занимать определенные государственные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от 5 до 10 лет.

(2) Те же действия, совершенные:

[…]

b) двумя или более лицами;

c) с вымогательством имущества или услуг, указанных в части (1);

[…]

(4) Действия, предусмотренные частью (1), совершенные в пределах 100 условных единиц,

наказываются штрафом в размере от 1000 до 2000 условных единиц с лишением права занимать определенные государственные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 5 лет".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

8. По мнению автора обращения, оспариваемые положения ст.324 ч.(2) п.с) Уголовного кодекса являются неконституционными, так как они нарушают требования ясности и точности закона. Автор считает, что оспариваемые положения четко не определяют понятие "вымогательство", а также поступки, подпадающие под действие данного понятия. Ввиду неясности понятия "вымогательство" интерпретация оспариваемого положения со стороны органа уголовного преследования и судебной инстанции является непредсказуемой.

9. По мнению автора обращения, оспариваемые положения противоречат ст.1 ч.(3), ст.23 и ст.22 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

10. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение, Конституционный суд отмечает следующее.

11. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль законов, в рассматриваемом случае некоторых положений Уголовного кодекса, относится к компетенции Конституционного суда.

12. Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности было представлено уполномоченным субъектом по запросу одной из сторон процесса в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

13. Предметом обращения являются положения ч.(2) п.с) и ч.(4) ст.324 Уголовного кодекса. Оспариваемые положения ст.324 ч.(2) п.с) Уголовного кодекса устанавливают ответственность за преступление пассивного коррумпирования, совершаемого с вымогательством имущества или услуг. Положения ст.324 ч.(4) Кодекса предусматривают, что действия, предусмотренные частью (1), совершенные в пределах 100 условных единиц, наказываются штрафом в размере от 1000 до 2000 условных единиц с лишением права занимать определенные государственные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 5 лет.

14. Конституционный суд подчеркивает, что автор обращения заявил об исключительном случае неконституционности ч.(2) п.с) и ч.(4) ст.324 Уголовного кодекса, однако судебная инстанция определением от 2 октября 2020 года (согласно его резолютивной части) пришла к выводу, что предметом запроса должна составлять ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) Уголовного дела (см. выше § 5). В этой связи Конституционный суд напоминает, что, являясь средством защиты прав и основных свобод, запрос об исключительном случае неконституционности может быть представлен в судебном процессе и только в случае применения спорных положений при разрешении дела (см. ПКС № 2 от 9 февраля 2016 г., § 78).

15. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что судебная инстанция может уточнить предмет запроса об исключительном случае неконституционности, но не может высказываться о том, насколько точно автор обращения указал конституционные нормы (см., mutatis mutandis, ОКС № 154 от 22 декабря 2020 г., § 22). Проверка действия по делу конституционных норм, приведенных автором обращения, относится к исключительной компетенции Конституционного суда (см. ОКС № 154 от 22 декабря 2020 г., § 23).

16. Таким образом, Конституционный суд рассмотрит положения ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) Уголовного кодекса в соотношении с конституционными нормами, на которые сослался автор обращения (см. выше § 9).

17. Запрос об исключительном случае неконституционности был представлен в рамках уголовного дела по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) [Пассивное коррумпирование] Уголовного кодекса (см. выше § 3). Таким образом, Конституционный суд считает, что оспариваемые положения могут быть применены судебной инстанцией при разрешении дела, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности.

18. Конституционный суд отмечает, что положения п.b) и п.с) ч.(2) ст.324 Уголовного кодекса ранее не составляли предмет конституционного контроля.

19. Конституционный суд указывает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие одного из конституционных прав по конкретному делу, рассматриваемому судебными инстанциями (см. ОКС № 8 от 24 января 2020 г., § 27; ОКС № 64 от 11 июня 2020 г., § 19). Учитывая изложенные автором обращения доводы, Конституционному суду надлежит проверить, если оспариваемые положения совершают вмешательство в одно из основных прав (ОКС № 122 от 22 октября 2020 г., § 24).

20. Автор обращения утверждает, что оспариваемые положения противоречат ст.1 ч.(3) [верховенство права], ст.23 [право каждого человека на знание своих прав и обязанностей] и ст.22 [необратимость закона] Конституции.

21. Касательно предполагаемого нарушения ст.1 ч.(3) Конституции, закрепляющей принцип верховенства права, Конституционный суд ранее указал, что данная статья имеет общеправовой характер и подлежит применению только вместе с другими конституционными нормами (см., mutatis mutandis, ПКС № 19 от 24 сентября 2019 г., § 16; ПКС № 29 от 12 декабря 2019 г., § 19; ПКС № 6 от 10 марта 2020 г., § 25).

22. Проанализировав обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает, что ст.22 Конституции не подлежит применению при рассмотрении данного дела. Понятие "вымогательство" не вызывает никаких вопросов с точки зрения соблюдения принципа необратимости закона. Более того, несмотря на утверждения автора обращения о нарушении оспариваемыми положениями ст.22 Конституции, он не обосновал предполагаемое несоответствие оспариваемых положений с указанными конституционными нормами и не продемонстрировал, что между ними существует противоречие. В этом аспекте Конституционный суд отмечает, что перечисление конституционных норм нельзя расценивать как подлинную критику о неконституционности (ПКС № 15 от 28 мая 2020 г. § 21; ОКС № 44 от 22 мая 2017 г., § 19; ОКС № 30 от 29 марта 2018 г., § 22; ОКС № 102 от 3 октября 2019 г. § 17; ОКС № 5 от 20 января 2020 г., § 20, ОКС № 33 от 19 марта 2020 г., § 31).

23. Относительно предполагаемого нарушения ст.23 Конституции, Конституционный суд отмечает, что данная статья требует от законодателя принятия доступных и предсказуемых законов (см. ПКС № 12 от 14 мая 2018 г., § 38; ПКС № 22 от 1 октября 2018 г., § 32; ПКС № 24 от 17 октября 2019 г., § 110). В практике Конституционного суда неоднократно отмечалось, что проверка качества закона осуществляется во взаимосвязи с основным правом (см. ОКС № 38 от 8 июля 2016 г., § 35; ОКС № 44 от 22 мая 2017 г., § 18; ОКС № 129 от 3 ноября 2020 г., § 21). Таким образом, ст.23 Конституции (устанавливающая требования к качеству закона) не применяется самостоятельно, а только в соотношении с основным правом.

24. Ввиду того, что не было доказано действие основного права, Конституционный суд не будет проводить анализ качества оспариваемых законодательных положений в свете ст.23 Конституции.

25. Конституционный суд отмечает, что адресат закона может вывести смысл оспариваемых положений из их содержания, используя правила лингвистического толкования и исходя из обычного значения оспариваемого понятия "вымогательство".

26. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд отмечает, что обращение является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.g), ст.140 ч.(2) Конституции, ст.26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности положений ст.324 ч.(2) п.b) и п.с) Уголовного кодекса, представленное по запросу адвоката Зинаиды Гырнец в интересах подсудимого Юлиана Лупаческу в рамках дела № 1-120/2018, рассматриваемого судом Кахул, главный офис.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".