Определение N 72 от 16.06.2022 о неприемлемости обращения № 236g/2021 г. об исключительном случае неконституционности ст.226 Гражданского кодекса (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года) (недействительность сделки, совершенной с нарушением пределов полномочий)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 236g/2021 г. об исключительном

случае неконституционности ст.226 Гражданского кодекса

(в редакции, действующей до 1 марта 2019 года)

(недействительность сделки, совершенной

с нарушением пределов полномочий)

№ 72  от  16.06.2022

 (в силу 16.06.2022) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 201-207 ст. 98 от 08.07.2022

* * *

Конституционный суд в составе:

Люба ШОВА, председательствующая,

Николае РОШКА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Василия Опря,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 28 октября 2021 г.,

рассмотрев предварительно указанное обращение,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 16 июня 2022 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности ст.226 Гражданского кодекса, утвержденного Законом № 1107 от 6 июня 2002 года (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года), представленное по запросу адвоката Виталия Китик в интересах ООО "Panclip", по делу № 2ас-673/21, рассматриваемому Апелляционной палатой Кишинэу.

2. Обращение об исключительном случае неконституционности было направлено в Конституционный суд судебным составом Апелляционной палаты Кишинэу в лице Нелли Будэй, Виорики Михэилэ и Юрия Котруцэ в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

A. Обстоятельства основного спора

3. АО "Fertilitate-Chişinău" 8 ноября 2019 года подало исковое заявление против ООО "Panclip" и ООО "Alcarex", требуя на основании договоров о купле-продаже взыскания задолженности, пени за просрочку и судебных издержек. В свою очередь, ООО "Panclip" подало встречный иск, требуя аннулирования договоров о купле-продаже, поскольку они были заключены управляющим при нарушении своих полномочий, восстановления существующего до подписания договоров положения, взыскания определенной суммы денег и судебных издержек.

4. Решением от 19 октября 2020 года суд Кишинэу, сектор Чентру, удовлетворил исковое заявление АО "Fertilitate-Chişinău" в полном объеме и отклонил встречный иск за необоснованностью. ООО "Panclip" обжаловало решение первой инстанции в апелляционном порядке.

5. ООО "Panclip" 30 сентября 2021 года подало запрос об исключительном случае неконституционности ст.226 Гражданского кодекса (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года).

6. Определением от 7 октября 2021 года Апелляционная палата Кишинэу удовлетворила запрос и направила обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

7. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

"[…]

(3) Республика Молдова – демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 23

Право каждого человека на знание

своих прав и обязанностей

"[…]

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

[…]".

8. Применимые положения Гражданского кодекса (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года), утвержденного Законом № 1107 от 6 июня 2002 года:

Статья 226

Недействительность сделки, совершенной

с нарушением пределов полномочий

"Если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица – его учредительным документом по сравнению с тем, как они определены в поручении, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, такая сделка, совершенная без соблюдения этих ограничений, может быть признана недействительной лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона знала или должна была знать об ограничениях".

9. Применимые положения Закона об обществах с ограниченной ответственностью № 135 от 14 июня 2007 года:

Статья 14

Юридическая сила учредительного документа

"(1) Положения учредительного документа являются обязательными для участников и органов общества.

(2) Положения учредительного документа и внесенные в них изменения признаются третьими лицами с момента их регистрации в Государственном регистре юридических лиц".

Статья 71

Права управляющего

"(1) Управляющий вправе:

а) совершать акты по управлению обществом, необходимые для достижения целей, предусмотренных учредительным документом и решениями общего собрания участников общества;

[…]".

Статья 73

Ограничение прав управляющего

"(1) Управляющий обязан соблюдать в отношении общества пределы полномочий, установленные учредительным документом или, если таковым не предусмотрено иное, общим собранием участников общества.

(2) Если управляющий нарушил установленное частью (1) ограничение, общество или любой его участник вправе потребовать от имени общества возмещения причиненных обществу убытков".

ВОПРОСЫ ПРАВА

А. Аргументы автора обращения

10. Считая ст.226 Гражданского кодекса (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года) непредсказуемой, автор обращения отмечает, что в то время, как Закон № 135 от 14 июня 2007 года обязывает управляющего соблюдать в отношении общества пределы полномочий, установленные учредительным документом [ст.73 ч.(1)], в Гражданском кодексе (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года) содержится положение, в соответствии с которым сделка, совершенная без соблюдения пределов полномочий, может быть признана недействительной лишь тогда, когда будет доказано, что другая сторона знала или должна была знать об ограничениях [ст.226]. Итак, с одной стороны, управляющий обязан соблюдать пределы полномочий, установленные учредительным документом, с другой стороны, сделка, совершенная с превышением этих полномочий, сохраняет свою силу и может признаваться недействительной лишь в том случае, если другая сторона знала или должна была знать о пределах полномочий.

11. Согласно утверждениям автора обращения, это противоречие затрагивает право собственности, гарантированное ст.46 Конституции. Автор обращения полагает, что управляющий, нарушающий пределы своих полномочий, установленных в учредительном документе, может нанести материальный ущерб обществу и интересам учредителей. Он считает, что уставный капитал общества является "имуществом", в смысле ст.1 Протокола № 1 к Европейской конвенции.

12. Автор обращения указывает на нарушение ст.1 ч.(3), ст.23 ч.(2) и ст.46 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

13. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение, Конституционный суд отмечает следующее.

14. В соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль законов, в настоящем деле некоторых положений Гражданского кодекса, входит в компетенцию Конституционного суда.

15. Обращение об исключительном случае неконституционности было подано уполномоченным субъектом, по запросу стороны процесса, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

16. Предметом обращения являются положения ст.226 Гражданского кодекса в редакции, действующей до 1 марта 2019 года.

17. Запрос об исключительном случае неконституционности был подан в Апелляционную палату, на рассмотрении которой находится решение первой инстанции об удовлетворении искового заявления и отклонении встречного иска. Как исковое заявление, так и встречный иск имеют в основе ряд договоров о купле-продаже, которые, по мнению автора обращения, были заключены с превышением пределов полномочий, установленных учредительным документом. При рассмотрении дела Апелляционной палате предстоит решить относительно действительности договоров с применением ст.226 Гражданского кодекса в редакции, действующей до 1 марта 2019 года, то есть и на момент заключения этих договоров. В таких случаях Конституционный суд остается компетентным осуществлять необходимый контроль (см., mutatis mutandis, ОКС № 110 от 29 сентября 2020 г., § 16).

18. Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения ранее не составляли предмет конституционного контроля.

19. Автор обращения утверждает, что оспариваемые положения нарушают ст.1 ч.(3) [правовое государство], ст.23 [качество закона] и ст.46 [право частной собственности и ее охрана] Конституции.

20. Конституционный суд напоминает, что ст.1 ч.(3) Конституции, закрепляющая принцип главенства права, носит общий характер. Ссылка на данную статью возможна только в том случае, если доказана ее применимость совместно с другими положениями Конституции (ОКС № 149 от 30 сентября 2021 г., § 85). Относительно предполагаемого нарушения ст.23 Конституции, Конституционный суд подчеркивает, что эта норма не имеет самостоятельного значения и подлежит применению только во взаимосвязи с одним из основных прав (ОКС № 165 от 4 ноября 2021 г., § 19).

21. Конституционный суд отмечает, что с момента своего создания юридическое лицо осуществляет права и исполняет обязанности через управляющего, который назначен действовать от имени и в интересах юридического лица [ст.61 ч.(1)-(2) Гражданского кодекса в редакции, действующей до 1 марта 2019 г.], управление и представление общества с ограниченной ответственностью осуществляется управляющим [ст.69 ч.(1) Закона № 135/2007], который действует на основании закона и учредительного документа. Положения учредительного документа являются обязательными для участников и органов общества [ст.14 ч.(1) Закона № 135/2007], сделки, совершенные управляющим в пределах закона и положений учредительного документа, от имени и в интересах общества, влекут ответственность общества в отношениях с третьими лицами [ст.74 ч.(1) Закона № 135/2007].

22. Ранее Конституционный суд изучил полномочия управляющего по совершению сделок и отметил, что между обществом и третьими лицами не существует процедуры уведомления или прямого общения, посредством которой общество могло бы информировать третьи лица о пределах полномочий, предоставленных управляющему коммерческим обществом, согласно уставу либо решению уполномоченных органов. Конституционный суд указал, что при заключении договора с третьим лицом предполагается, что управляющий действует от имени общества добросовестно, справедливо и честно по отношению к стороне, с которой заключаются правовые отношения. Более того, согласно международной практике в этой области, для обеспечения правовой определенности в отношениях между обществом и третьими лицами, как и между участниками общества, необходимо ограничить случаи ничтожности сделок по договорам, заключенным от имени общества его органами. Следовательно, законодатель имел целью создать защитные меры для добросовестных третьих лиц, выразивших доверие законному представителю общества, которые намерены сохранить последствия заключенного таким образом акта (см. ОКС № 73 от 9 июля 2018 г., §§28-30).

23. Вместе с тем, Конституционный суд отметил, что положения ст.73 ч.(2) Закона № 135 от 14 июня 2007 года предоставляют необходимые гарантии для возмещения убытков, причиненных обществу с ограниченной ответственностью его управляющим. Так, если управляющий нарушил пределы полномочий, установленные учредительным документом или общим собранием участников общества, общество или любой его участник вправе потребовать возмещения причиненных обществу убытков (см. ОКС № 73 от 9 июля 2018 г., § 31).

24. Поскольку вопрос, затронутый в обращении, аналогичен вопросу, рассмотренному в Определении № 73 от 9 июля 2018 года, Конституционный суд считает применимыми mutatis mutandis выводы, изложенные в этом определении. Вместе с тем, Конституционный суд отмечает, что ст.226 ч.(1) Гражданского кодекса в редакции, действующей до 1 марта 2019 года, дает возможность лицу доказать в суде, что другая сторона знала или должна была знать об ограничении полномочий управляющего. Отсюда Конституционный суд заключает, что не имеет места вмешательство в право собственности, гарантированное ст.46 Конституции.

25. В изложенной критике о неконституционности ст.226 Гражданского кодекса (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года) под предлогом о ее неясности автор обращения указывает на противоречие этой нормы положениям ст.73 ч.(1) Закона № 135 от 14 июня 2007 года. Конституционный суд напоминает, что предполагаемое несоответствие между двумя или более нормами, содержащимися в одном законе либо в различных законах, не относится к вопросам конституционности, а к вопросам толкования и применения закона, разрешение которых возложено на судебные инстанции (ОКС № 17 от 15 февраля 2022 г., § 26; ОКС № 61 от 22 апреля 2022 г., § 25).

26. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд заключает, что обращение является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) и ст.140 ч.(2) Конституции, ст.26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, ст.61 ч.(3) и ст.64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности ст.226 Гражданского кодекса (в редакции, действующей до 1 марта 2019 года), представленное по запросу адвоката Виталия Китик в интересах ООО "Panclip", по делу № 2ас-673/21, рассматриваемому Апелляционной палатой Кишинэу.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".