Определение N 76 от 27.06.2024 о неприемлемости обращения № 121g/2024 г. об исключительном случае неконституционности статьи 264/1 ч.(3) Уголовного кодекса (отказ, сопротивление или уклонение водителя транспортного средства от проведения тестирования на алкоголь)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 121g/2024 г. об исключительном случае

неконституционности статьи 264¹ ч.(3) Уголовного кодекса

(отказ, сопротивление или уклонение водителя транспортного

средства от проведения тестирования на алкоголь)

№ 76  от  27.06.2024

 (в силу 27.06.2024) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 305-307 ст. 122 от 16.07.2024

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Кристины Кихай,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 29 мая 2024 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 27 июня 2024 г.,

выносит следующее определение.

ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса, заявленном адвокатом Андреем Коадэ в интересах Валерия Зебели, стороны по делу № 1-22129747-05-1r-18032024, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Кахул.

2. Обращение было направлено в Конституционный суд судебным составом Апелляционной палаты Кахул, состоящим из судей – Галина Ваврин, Наталья Бондаренко и Ион Дэнэилэ в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Приговором от 7 февраля 2024 года суд Кахул, район Тараклия, признал Валерия Зебели виновным в совершении преступления по управлению транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, предусмотренного статьей 264¹ ч.(3) Уголовного кодекса. Адвокат подсудимого подал кассационную жалобу в Апелляционную палату Кахул.

4. В ходе рассмотрения дела в кассационном производстве адвокат Андрей Коадэ заявил в интересах Валерия Зебели об исключительном случае неконституционности ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса.

5. Определением от 24 мая 2024 года Апелляционная палата Кахул удовлетворила ходатайство и направила обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

6. Применимые положения Конституции:

Статья 22

Необратимость закона

"Никто не может быть осужден за действия или за бездействие, которые в момент их совершения не составляли преступления. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в момент совершения преступления".

Статья 23

Право каждого человека на знание

своих прав и обязанностей

"[...]

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

7. Применимые положения Уголовного кодекса, принятого Законом № 985 от 18 апреля 2002 года:

Статья 264¹

Управление транспортным средством при превышении допустимой

нормы потребления алкоголя или в состоянии опьянения,

вызванного иными веществами

"[...]

(3) Отказ, сопротивление или уклонение водителя транспортного средства от проведения тестирования на алкоголь и/или тестирования на наркотики, от медицинского освидетельствования в целях установления состояния опьянения и его характер или от взятия биологических проб на анализ в рамках этого медицинского освидетельствования

наказывается неоплачиваемым трудом в пользу общества на срок от 200 до 240 часов с аннулированием в обоих случаях права управления транспортными средствами.

[...]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

8. Автор обращения отмечает, что положение "отказ, сопротивление или уклонение" в ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса вменяет в вину действия и бездействие, которые влекут за собой применение уголовного наказания, но законодатель не дал им четкого определения с тем, чтобы предотвратить произвольное применение этого положения.

9. Кроме того, автор обращения считает, что установленное данной статьей наказание применяется автоматически, в нарушение принципа индивидуализации наказания. Автор считает, что автоматическое применение наказания в виде неоплачиваемого труда в пользу общества может быть оправдано только в случаях, когда деяние совершено умышленно. В то же время аннулирование права управления транспортными средствами является несоразмерным в случае, когда водитель транспортного средства отказался от проведения тестирования на алкоголь по причинам, от него не зависящим.

10. В заключение автор обращения отмечает, что суд первой инстанции в приговоре не указал, какое действие или бездействие, предусмотренное оспариваемой нормой, было совершено подсудимым. По его мнению, оспариваемые положения противоречат статьям 4, 16, 20, 26, 36, 43, 44, 49, 50 и 54 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

11. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

12. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Уголовного кодекса, относится к компетенции Конституционного суда.

13. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности представлено адвокатом стороны судебного процесса. Так, оно подано субъектом, наделенным данным правом, на основании статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции, в свете ее толкования Постановлением Конституционного суда № 2 от 9 февраля 2016 года.

14. Конституционный суд отмечает, что предметом обращения является ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса. Конституционный суд заключает, что оспариваемые положения ранее уже составляли предмет контроля конституционности с точки зрения иных доводов (см. ПКС № 18 от 18 июля 2016 года; ОКС № 25 от 25 февраля 2019 года).

15. Исключительный случай неконституционности заявлен по уголовному делу, по которому лицо было признано виновным в управлении транспортным средством в состоянии опьянения. Конституционный суд допускает, что оспариваемые положения могут быть применены по делу, в рамках которого заявлено об исключительном случае неконституционности.

16. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения по существу обращения об исключительном случае неконституционности является действие по делу одного из основных прав. Так, Конституционный суд рассмотрит, в свете доводов авторов обращения, составляют ли оспариваемые положения вмешательство в основные права (см. ОКС № 48 от 27 апреля 2023 года, § 18).

17. Хотя автор обращения указывает статьи 4, 16, 20, 26, 36, 43, 44, 49, 50 и 54 Конституции, Конституционный суд отмечает, что он представил доводы в отношении статей 1 ч.(3) (верховенство права), 20 (свободный доступ к правосудию), 22 (необратимость закона) и 23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей) Конституции.

18. Что касается статей 1 ч.(3) и 23 Конституции, Конституционный суд напоминает, что данные статьи не могут быть приведены самостоятельно. Для их применимости автор должен доказать наличие вмешательства в основные права, гарантированные Конституцией. И лишь в ходе анализа обоснованности вмешательства Конституционный суд может применить положения этих статей (см. ОКС № 90 от 25 июля 2023 года, § 19).

19. Относительно действия статьи 20 Конституции автор обращения ставит на обсуждение предполагаемую невозможность индивидуализации наказания в виде аннулирования права управления транспортными средствами, применяемое в порядке ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса. Данная статья предусматривает уголовную ответственность за отказ, сопротивление или уклонение водителя транспортного средства от проведения тестирования на алкоголь и/или тестирования на наркотики, от медицинского освидетельствования в целях установления состояния опьянения и его характер или от взятия биологических проб на анализ в рамках этого медицинского освидетельствования.

20. Конституционный суд в своей практике установил, что статья 20 Конституции применима тогда, когда нарушен принцип индивидуализации наказания (см. ПКС № 18 от 30 июня 2020 года, § 40; ОКС № 123 от 3 августа 2021 года, § 24).

21. В контексте поднятого автором обращения вопроса об индивидуализации наказания Конституционный суд отмечает, что вменение в вину деяний и определение наказания за эти деяния относится к полномочиям Парламента (статья 72 ч.(3) п.n) Конституции), который, в зависимости от уголовной политики государства, может устанавливать пределы наказаний, но с соблюдением конституционных принципов, в том числе соразмерности между обстоятельствами дела, характером и степенью вреда (см. mutatis mutandis, ОКС № 54 от 2 июня 2020 года, § 28). Более того, Конституционный суд отмечает, что уголовное наказание, установленное в ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса, является наказанием за нарушение законной обязанности, возложенной на любого водителя транспортного средства, то есть "по требованию регулировщика пройти проверку выдыхаемого воздуха или медицинское освидетельствование с отбором биологических проб на предмет установления алкоголемии или употребления наркотиков и других психотропных веществ либо медикаментов, содержащих вещества с подобным эффектом" (см. ч.(3) статьи 33 Закона № 131 от 7 июня 2007 года о безопасности дорожного движения).

22. Конституционный суд не может согласиться с утверждениями о том, что наказание в виде аннулирования права управления транспортными средствами, предусмотренное ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса, является несоразмерным, а другие методы индивидуализации наказания отсутствуют.

23. Конституционный суд отмечает, что ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса предусматривает основное наказание, а также обязательное дополнительное наказание. Оспариваемое положение "аннулирование права управления транспортными средствами" является обязательным дополнительным наказанием. В своей практике Конституционный суд отмечал, что по своему юридическому характеру и по своей сути данное дополнительное наказание не требует установления минимальных и максимальных пределов (см. ОКС № 94 от 4 августа 2020 года, § 30).

24. Что касается характера обязательного дополнительного наказания "аннулирование права управления транспортными средствами" в ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса, Конституционный суд отмечает, что оно не применяется самостоятельно, а только вместе с основным наказанием. Так, судебная инстанция не может применить обязательное дополнительное наказание без основного наказания в виде неоплачиваемого труда в пользу общества, а судья имеет возможность определить количество часов между минимальным и максимальным пределами, установленными законодателем. Основное наказание, в данном случае "неоплачиваемый труд в пользу общества на срок от 200 до 240 часов", позволяет индивидуализировать наказание, предоставляя судье инструменты, дающие ему возможность избрать и определить конкретное наказание с учетом особенностей деяния и лица, совершившего преступление (см., mutatis mutandis, ПКС № 10 от 10 мая 2016 года, § 52; ОКС № 94 от 4 августа 2020 года, § 31). Следовательно, Конституционный суд отмечает, что принцип индивидуализации наказания не нарушен, а статья 20 Конституции не применима по данному делу.

25. Конституционный суд не согласен с доводами о неясности и неопределенности положения "отказ, сопротивление или уклонение" в ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса и отмечает следующее.

26. Конституционный суд напоминает, что положения статьи 22 в сочетании со статьями 1 ч.(3) и 23 Конституции не обязывают законодателя давать определение всем понятиям, используемым в содержании материальных уголовных правовых норм (см. ОКС № 194 от 21 декабря 2023 года, § 21). Роль принятия решений, которой наделены судебные инстанции, направлена именно на устранение сомнений, возникающих в связи с толкованием норм (см. ОКС № 89 от 25 июля 2023 года, § 23; ОКС № 194 от 21 декабря 2023 года, § 23).

27. Так, Конституционный суд отмечает, что положение "отказ, сопротивление или уклонение" в ч.(3) статьи 246¹ Уголовного кодекса содержит достаточно объективных оснований, чтобы считаться ясным и предсказуемым для определения наказания, а адресат закона может понять значение оспариваемого положения путем простого применения правил лингвистического толкования, исходя из обычного смысла оспариваемых слов.

28. Кроме того, Конституционный суд отмечает, что автор поднимает некоторые вопросы, связанные с толкованием и применением закона, которые не входят в компетенцию Конституционного суда (см. выше §10). Судебным инстанциям надлежит установить в каждом отдельном случае с учетом конкретных обстоятельств, какие действия или бездействие лица входят в пределы, предусмотренные статьей 264¹ ч.(3) Уголовного кодекса.

29. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что оспариваемые положения не нарушают статью 22 в сочетании со статьями 1 ч.(3) и 23 ч.(2) Конституции.

30. Таким образом, обращение об исключительном случае неконституционности является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьей 26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, статьями 61 ч.(3) и 64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности ч.(3) статьи 264¹ Уголовного кодекса, заявленном адвокатом Андреем Коадэ в интересах Валерия Зебели, стороны по делу № 1-22129747-05-1r-18032024, находящемуся в производстве Апелляционной палаты Кахул.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".