Постановление N 22 от 30.06.97 о конституционности некоторых статей Уголовно-процессуального кодекса

ПОСТАНОВЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОЙ ПАЛАТЫ о конституционности некоторых статей Уголовно-процессуального кодекса* Nr.22 от 30.06.97 Мониторул Офичиал ал Р.Молдова N 46-47/26 от 17.07.1997 * * * о конституционности некоторых статей Уголовно-процессуального кодекса* Именем Республики Молдова Конституционный суд в составе: Павел БАРБАЛАТ - председатель Николае КИСЕЕВ - судья Николае ОСМОКЕСКУ - судья Георге СУСАРЕНКО - судья Ион ВАСИЛАТИ - судья-докладчик, при участии Людмилы Задорожной - секретаря суда, депутатов Парламента Республики Молдова Аллы Мындыкану, Михая Гимпу, Симиона Чертана, Андрея Юри-Апостола (Блок крестьян и интеллигенции) - авторов обращения, представителей Парламента, депутата Парламента Виктора Чекана, председателя Комиссии по вопросам права, назначениям и иммунитету, и начальника юридического управления Парламента Иона Крянгэ в соответствии со ст. 135 ч. (1) п. а) Конституции и ст. 4 ч. (1) п. а) Закона о Конституционном суде рассмотрел в пленарном заседании дело о контроле конституционности ст. 43 ч. 1-3, ст. 46 п. 5), ст. 195/2 ч. 4 и 5 Уголовно-процессуального кодекса. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение депутатов Парламента Михая Гимпу, Лидии Истрати , Аллы Мындыкану, Симиона Чертана и Андрея Юри-Апостола (Блок крестьян и интеллигенции), поступившее в соответствии со ст. 24 и 25 Закона о Конституционном суде, принятое к рассмотрению по существу и включенное в повестку дня Определением Конституционного суда от 21 марта 1997 года. В ходе предварительного рассмотрения обращения депутатов Парламента Конституционный суд запросил и получил заключения Комиссии по вопросам права, назначениям и иммунитету Парламента, Высшей судебной палаты, Генеральной прокуратуры, Министерства юстиции, Министерства внутренних дел и Президиума коллегии адвокатов. Министерство национальной безопасности свое заключение не представило. Рассмотрев данное обращение, материалы дела и заслушав аргументы сторон, Конституционный суд у с т а н о в и л: Ст. 43 ч. (1) Уголовно-процессуального кодекса в редакции Закона о внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс N 258-XIII от 3 ноября 1994 года предусматривает: "защитник, выбранный или назначенный, допускается к участию в деле с момента предъявления обвинения, а в случае задержания или ареста подозреваемого или обвиняемого - с момента объявления ему протокола задержания или предъявления ордера на арест, но не позднее двенадцати часов с момента задержания или ареста". Согласно ст. 195/2 ч. 4 и 5 Уголовно-процессуального кодекса о судебной проверке законности ордера на арест судебная проверка законности ареста производится в закрытом заседании с участием прокурора, защитника, если он участвует в деле, или законного представителя лица, содержащегося под арестом. Неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о дне рассмотрения жалобы, не является препятствием для судебной проверки. 13 марта 1997 года депутаты Парламента Михай Гимпу, Лидия Истрати , Алла Мындыкану, Симион Чертан и Андрей Юри-Апостол обратились в Конституционный суд по поводу неконституционности указанных нормативных актов. Авторы обращения считают, что участие в процессе защитника, выбранного или назначенного, с момента предъявления обвинения, а в случае задержания или ареста подозреваемого или обвиняемого - с момента объявления ему протокола задержания или предъявления ордера на арест, противоречит положениям ст. 26 ч. (3) Конституции, предусматривающим, что стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного на протяжении всего процесса. Неконституционность выражения "...если он (защитник) участвует в деле" (Уголовно-процессуальный кодекс, ст. 195/2 ч. 4) и положений ст. 195 2 ч. 5 Уголовно-процессуального кодекса обосновывается в обращении ссылкой на то, что в соответствии со ст. 26 ч. (3) и 25 ч. (5) стороны на протяжении всего процесса имеют право пользоваться помощью адвоката, и основания задержания и обвинения доводятся до сведения задержанного или обвиняемого только в присутствии адвоката, выбранного или назначенного. Авторы обращения считают неконституционными ст. 43 ч. 2 и 3, ст. 46 п. (5), ст. 388 ч. 2 Уголовно-процессуального кодекса, которые также предусматривают участие защиты в уголовном деле с момента задержания, ареста или предъявления обвинения. Рассмотрев обращение группы депутатов, материалы, приложенные к делу, и соответствие оспариваемых нормативных актов Конституции, Конституционный суд считает установленным следующее. В соответствии со ст. 26 Конституции право на защиту гарантируется. Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод. На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного. В ст. 25 ч. (5) Высшего закона предусматривается, что основания задержания или обвинения доводятся до сведения только в присутствии адвоката. Указанные конституционные нормы полностью соответствуют Международному пакту о гражданских и политических правах (ст. 14 ч. 3 п. d) и Европейcкой конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 5 ч. 2, ст. 6 ч. 3 п. а) и с). По мнению авторов обращения, положения ст. 43з. 1-3 Уголовно-процессуального кодекса противоречат положениям ст.26 ч.(3) Конституции, поскольку защитник (адвокат), выбранный или назначенный, не допускается к участию в процесе с момента возбуждения уголовного дела. Конституционный суд считает, что критика положений ст. 43 ч. 1 Уголовно-процессуального кодекса необоснована (за исключением выражения "...но не позднее двенадцати часов с момента задержания или ареста"), так как вытекает из неправильного толкования выражения "на протяжении всего процеса " (ст. 26 ч. (3) Конституции). Выражение "на протяжении всего процесса" нельзя понимать в том смысле, что прокурор, следователь, орган дознания обязаны допустить защитника к участию в уголовном процессе с момента возбуждения дела. Логико-грамматическое толкование текста ст. 26 ч. (3) Конституции позволяет сделать вывод, что лицо, подозреваемое или обвиняемое в совершении преступления, имеет право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного, на протяжении предварительного следствия только в случаях, если подозреваемый или обвиняемый установлен и признан таковым официально в соответствии со ст. 41/1 и 42 Уголовно-процессуального кодекса. Этот вывод соответствует положениям ст. 25 ч. (5) Конституции, предусматривающим участие в процессе адвоката, выбранного или назначенного, с момента задержания, ареста или предъявления обвинения. Кроме того, практика предварительного следствия показывает, что нередко лица, совершившие преступление, не устанавливаются в течение длительного времени или не устанавливаются вовсе. Следовательно, участие защитника в таких уголовных процессах было бы бессмысленным. Кроме того, положение ст. 26 ч. (3) Конституции предусматривает, что стороны на протяжении всего процесса имеют право пользоваться помощью адвоката при рассмотрении гражданских, административных и других дел. Согласно ст. 25 ч. (5) основания задержания и обвинения доводятся до сведения только в присутствии адвоката, выбранного или назначенного, следовательно, законодатель установил, что по уголовным делам участие адвоката допускается с определенного момента (задержание, арест, предъявление обвинения). Конституционный суд также не может согласиться с аргументами обращения о неконституционности выражения "...если он (защитник) участвует в деле" (ст. 195/2 ч.4 Уголовно-процессуального кодекса). Положения ст. 195/2 ч. 4 Уголовно-процессуального кодекса, в соответствии с которыми судебная проверка законности ордера на арест производится в закрытом заседании с участием защитника только в случае, если он участвует в деле, не противоречат конституционным нормам. Высший закон гарантирует право на защиту, а не обязательность защиты. Право каждого человека самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод предусмотрено ст. 26 ч. (2) Конституции. Международный пакт о гражданских и политических правах также предусматривает, что каждый человек имеет право самостоятельно защищаться от предъявленного обвинения или пользоваться помощью выбранного защитника. Если при этом учесть, что в соответствии со ст. 45 ч. 3 Уголовно-процессуального кодекса подозреваемый, обвиняемый, подсудимый вправе в любой момент производства по уголовному делу отказаться от защитника, то становится очевидным, что в большинстве случаев участие защитника в процессе зависит от воли подозреваемого, обвиняемого, подсудимого. Это относится и к случаям, когда действующее законодательство предусматривает обязательное участие защитника в уголовном процессе. В таких случаях следует учитывать и положения ст. 43 ч. 2, 3 и ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса. Другое дело, что отказ от защитника, заявленный несовершеннолетним, а также подозреваемым, обвиняемым, подсудимым, который в силу своих физических или психических недостатков не может сам осуществлять свое право на защиту, может быть отклонен лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или судебной инстанцией. Таким образом, защитник не участвует в каждом уголовном деле, следовательно, выражение в ст. 195/2 ч. 4 Уголовно-процессуального кодекса "...если он (защитник) участвует в деле" не противоречит положениям ст. 25 ч. (5), ст. 26 ч. (3) Конституции и ст. 14 ч. 3 п. d) Международного пакта по гражданским и политическим правам. Исходя из изложенного, Конституционный суд не может согласиться и с аргументами авторов обращения о неконституционности положений ст. 195/2 ч. 5 Уголовно-процессуального кодекса, в соответствии с которыми неявка без уважительных причин (включая защитника), своевременно извещенных о дне рассмотрения жалобы, не является препятствием для судебной проверки. Осуществляя судебную проверку законности ордера на арест, судебная инстанция располагает жалобой, представленной лицом, содержащимся под стражей, или защитником на выдачу прокурором ордера на арест, материалами дела, подтверждающими законность применения заключения под стражу, а также объяснениями лица, производящего дознание, следователя или прокурора (ст. 195/1 Уголовно-процессуального кодекса). В соответствии со ст. 116 ч. (1) Конституции и ст. 10 ч. 1 Уголовно-процессуального кодекса при осуществлении правосудия судьи судебных инстанций независимы, беспристрастны и подчиняются только закону. Судьи рассматривают уголовные дела на основе закона и в условиях, исключающих любое воздействие на них. Это означает, что судебная инстанция не связана доводами сторон в процессе (в том числе прокурора, защитника и др.), свободна в оценке доказательств и независима от любых влияний. Следовательно, неявка без уважительных причин сторон (защитника, если он участвует в процессе), своевременно извещенных о дне рассмотрения жалобы, о судебной проверке законности ордера на арест, очевидно, не является препятствием для судебной проверки. Более того, судебная инстанция в таких случаях (неявка сторон на заседание) вправе потребовать, в интересах правосудия, обязательного присутствия сторон в судебном заседании. Исходя из вышеизложенного, нельзя признать неконституционными и положения ст. 43 ч. 2 и 3 и ст. 46 п. 5 Уголовно-процессуального кодекса. В то же время Конституционный суд считает, что выражение "...но не позднее двенадцати часов с момента задержания или ареста" в ст. 43 ч. 1 Уголовно-процессуального кодекса противоречит ст. 25 ч. (5) Конституции, предусматривающей, что задержанному или арестованному незамедлительно доводятся до сведения основания задержания или ареста, а обвинение - в кратчайший срок. Конституционный суд не подверг контролю конституционности положения ст. 388 ч. 2 Уголовно-процессуального кодекса, так как данная правовая норма была принята Законом от 20 июля 1994 года ("Monitorul Oficial", 1994 г., N 10, ст. 88). В соответствии со ст. 31 ч. (2) Закона о Конституционном суде контролю на конституционность подлежат только нормативные акты, принятые после вступления в силу Конституции Республики Молдова (27 августа 1994 года). Принимая во внимание вышеизложенное, на основании положений ст. 135 ч. (1) п. а) Конституции, руководствуясь ст. 26 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд П О С Т А Н О В И Л: 1. Считать конституционными положения ст. 43 ч. 1-3 (за исключением выражения "...но не позднее двенадцати часов с момента задержания или ареста"), ст. 46 п. 5, выражение "...если он участвует в деле" в ст. 195/2 ч. 4 и ст. 195/2 ч. 5 Уголовно-процессуального кодекса. 2. Считать неконституционным выражение "...но не позднее двенадцати часов с момента задержания или ареста" в ст. 43 ч. 1 Уголовно-процессуального кодекса. 3. Настоящее постановление окончательно, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova". ----------- * В редакции Закона N 258-XIII от 3 ноября 1994 года ("Monitorul Oficial", 1994 г., N 19, ст. 204), Закона от 8 декабря 1995 года ("Monitorul Oficial", 1996 г., N 8-9, ст. 82). ПРЕДСЕДАТЕЛЬ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА Павел БАРБАЛАТ Кишинэу, 30 июня 1997 г. N 22.