Определение N 159 от 12.12.2024 о неприемлемости обращения № 160g/2024 г. об исключительном случае неконституционности статьи 75 ч.(1) п.b) Закона № 300 от 21 декабря 2017 года о системе пенитенциарной администрации (приостановление служебных отношений с государственным служащим с особым статусом Национальной пенитенциарной администрации)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 160g/2024 г. об исключительном случае

неконституционности статьи 75 ч.(1) п.b) Закона № 300 от 21 декабря 2017

года о системе пенитенциарной администрации

(приостановление служебных отношений с государственным служащим

с особым статусом Национальной пенитенциарной администрации)

№ 159  от  12.12.2024

 (в силу 12.12.2024) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 11-13 ст. 9 от 17.01.2025

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Юлии Вартик,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 24 июля 2024 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 12 декабря 2024 г.,

выносит следующее определение.

ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статьи 75 ч.(1) п.b) Закона № 300 от 21 декабря 2017 года о системе пенитенциарной администрации, заявленном Александром Никоарэ, стороной по делу №3-664/2024, находящемуся в производстве суда Кишинэу, сектор Рышкань.

2. Обращение было направлено в Конституционный суд судьей в суде Кишинэу, сектор Рышкань, Марчелом Попеску, в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. В отношении Александра Никоарэ, начальника юридической службы Пенитенциарного учреждения № 3 – Леова, 27 января 2023 года было возбуждено уголовное дело по статье 326 ч.(1) Уголовного кодекса. Данная норма вменяет в вину извлечение выгоды из влияния.

4. Уголовное дело в отношении Александра Никоарэ было передано в суд 22 мая 2023 года.

5. Приказом № 1672 от 23 ноября 2023 года, изданным в порядке статьи 75 ч.(1) п.b) Закона о системе пенитенциарной администрации, директор Национальной пенитенциарной администрации приостановил служебные отношения с Александром Никоарэ до вынесения судебной инстанцией окончательного судебного решения по уголовному делу в отношении него.

6. Александру Никоарэ 14 февраля 2024 года подал в суд Кишинэу, сектор Рышкань, административный иск против Национальной пенитенциарной администрации, в котором обжаловал свое отстранение от должности.

7. Александру Никоарэ 11 июня 2024 года заявил об исключительном случае неконституционности статьи 75 ч.(1) п.b) Закона о системе пенитенциарной администрации.

8. Определением от 5 июля 2024 года судья в суде Кишинэу, Марчел Попеску, удовлетворил ходатайство и направил обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

9. Применимые положения Конституции:

Статья 21

Презумпция невиновности

"Любое лицо, обвиняемое в совершении преступления, считается невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все необходимые гарантии для защиты".

Статья 23

Право каждого человека на знание

своих прав и обязанностей

"(1) Каждый человек имеет право на признание его правосубъектности.

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

Статья 43

Право на труд и защиту труда

"(1) Каждый человек имеет право на труд, свободный выбор работы, справедливые и удовлетворительные условия труда, а также право на защиту от безработицы.

[…]".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20–24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

10. Применимые положения Закона № 300 от 21 декабря 2017 года о системе пенитенциарной администрации:

Статья 22

Условия зачисления на государственную

должность с особым статусом

"(1) Статус государственного служащего с особым статусом может получить лицо, отвечающее в совокупности следующим требованиям:

[…]

f) не было окончательно осуждено за совершение преступлений, не находится под уголовным преследованием и не было освобождено от уголовной ответственности на основаниях, указанных в статье 53 Уголовного кодекса;

[…]".

Статья 75

Приостановление служебных отношений

Национальной пенитенциарной администрацией

"(1) Служебные отношения приостанавливаются по инициативе Национальной пенитенциарной администрации в случае:

[…]

b) направления в судебную инстанцию уголовного дела о совершении государственным служащим с особым статусом преступления – до вступления в окончательную силу судебного решения;

[…]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

11. Автор обращения утверждает, что приостановление служебных отношений с государственным служащим с особым статусом на основании оспариваемого положения составляет несоразмерное вмешательство в осуществление права на труд. По его мнению, указанная норма наделяет работодателя широкими пределами усмотрения. Так, в отсутствие четких условий, методов и критериев для отстранения от должности работодатель может принимать субъективные и произвольные решения в отношении государственного служащего с особым статусом.

12. Автор считает, что оспариваемая норма позволяет Национальной пенитенциарной администрации чрезмерно ограничивать право на труд и нарушает презумпцию невиновности государственного служащего с особым статусом, отстраненного от должности в связи с передачей уголовного дела о совершении преступления в судебную инстанцию. Кроме того, оспариваемая норма не предусматривает максимальный срок приостановления служебных отношений с государственным служащим с особым статусом, поэтому является непредсказуемой.

13. В заключение автор отмечает, что оспариваемая норма противоречит статьям 21, 23, 43 и 54 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

14. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

15. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Закона о системе пенитенциарной администрации, относится к компетенции Конституционного суда.

16. Обращение об исключительном случае неконституционности представлено одной из сторон судебного процесса. Так, Конституционный суд заключает, что оно подано субъектом, наделенным данным правом, в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

17. Исключительный случай неконституционности заявлен по делу, в котором обжалуется приостановление служебных отношений с государственным служащим с особым статусом, на основании статьи 75 ч.(1) п.b) Закона о системе пенитенциарной администрации. Так, Конституционный суд допускает, что оспариваемая норма может быть применена по данному делу.

18. Предметом обращения является статья 75 ч.(1) п.b) Закона о системе пенитенциарной администрации. Эта норма позволяет Национальной пенитенциарной администрации приостанавливать служебные отношения с государственным служащим с особым статусом в случае направления в суд уголовного дела о совершении им преступления до вынесения окончательного судебного решения.

19. Конституционный суд заключает, что это положение ранее не составляло предмет контроля конституционности.

20. Автор обращения ссылается на действие статей 21 (презумпция невиновности), 23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей), 43 (право на труд и защиту труда) и 54 (ограничение осуществления некоторых прав или свобод) Конституции.

21. Конституционный суд отмечает, что статьи 23 и 54 не имеют самостоятельного применения. Для ссылки на них должно быть установлено наличие вмешательства в основные права (см. ОКС № 26 от 2 апреля 2024 года, § 23).

22. Что касается действия статьи 21 Конституции, Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения не обязывают Национальную пенитенциарную администрацию высказываться в отношении виновности либо невиновности лица, а также в отношении его уголовной ответственности. Разрешение этих вопросов относится к компетенции судебных инстанций. Следовательно, статья 21 Конституции не применима по делу (см. ОКС № 126 от 10 октября 2023 года, § 43).

23. Относительно действия статьи 43 Конституции, Конституционный суд установил в качестве принципа, что определение условий для осуществления какой-либо деятельности не может рассматриваться a priori как нарушение права на труд или как дискриминация по сравнению с выполнением других видов деятельности (см. ПКС № 5 от 23 апреля 2013 года, § 58; ОКС № 185 от 25 ноября 2021 года, § 31; ОКС №139 от 26 октября 2023 года, § 24). Кроме того, необходимо, чтобы исполнение некоторых важных с точки зрения основного интереса общества должностей, включая установление более строгих условий и ограничений, было регламентировано законом (см. ПКС № 6 от 22 марта 2011 года, § 2; ОКС № 9 от 5 марта 2024 года, § 28).

24. Конституционный суд принимает во внимание то, что система пенитенциарной администрации осуществляет, в установленных законом пределах, полномочия в области юстиции, безопасности государства и общественного порядка. Среди прочего, для достижения установленных задач Национальная пенитенциарная администрация и подведомственные учреждения: (i) обеспечивают приведение в исполнение уголовных наказаний в виде лишения свободы, меры пресечения в виде предварительного ареста и наказания в виде ареста за правонарушение; (ii) поддерживают режим входа, выхода, а также общественный порядок на контрольно-пропускных пунктах пенитенциарных учреждений; (iii) конвоируют лиц, в отношении которых приговор не вступил в окончательную силу, и осужденных, в том числе переведенных за рубеж/из-за рубежа. В то же время, система пенитенциарной администрации обязана, среди прочего, (i) применять к заключенным предусмотренные законодательством меры воздействия и принуждения; (ii) применять физическую силу и специальные средства, использовать и применять огнестрельное оружие в случаях и в порядке, установленных законом (статья 13 ч.(1) и ч.(2) пункты а), с) и h), статья 14 ч.(2) пункты b) и g) закона).

25. Конституционный суд отмечает, что особый статус государственных служащих в Национальной пенитенциарной администрации и подведомственных учреждениях определяется служебными обязанностями этого органа. Так, статус государственного служащего с особым статусом системы пенитенциарной администрации присваивается ввиду свойств служебных обязанностей, обусловленных особыми обязательствами и рисками. При исполнении служебных обязанностей на государственного служащего с особым статусом возлагается реализация прерогатив публичной власти в пределах установленных законом компетенций. При осуществлении охраны, конвоирования лиц, лишенных свободы, и надзора за ними, а также в других обоснованных случаях, государственный служащий с особым статусом может использовать в соответствии с требованиями закона технику, специальные средства и вооружение из оснащения (статья 17 части (2) и (3) закона). В связи с этим, служебное удостоверение подтверждает статус и полномочия государственного служащего с особым статусом, включая право постоянного ношения табельного оружия (статья 44 п.j) и статья 45 ч.(3) закона).

26. Подобные обстоятельства объясняют тот факт, что законодатель установил более строгие условия для занятия указанной государственной должности, согласно которым статус государственного служащего с особым статусом может получить лицо, которое, среди прочего, не находится под уголовным преследованием (статья 22 ч.(1) п.f) закона). В то же время, лица, выполняющие государственные должности в системе пенитенциарной администрации, обязаны отвечать этому требованию как при поступлении на должность, так и во время ее исполнения.

27. В этом аспекте, Конституционный суд напоминает, что обеспечение права на труд совместимо с установлением определенных условий для исполнения должности (см., mutatis mutandis, ПКС № 8 от 11 мая 2015 года, § 73; ОКС № 185 от 25 ноября 2021 года, § 31). Так, когда лицо избрало и согласилось занимать государственную должность, оно принимает и законные условия, установленные для исполнения соответствующей должности (см., mutatis mutandis, ОКС №72 от 27 мая 2021 года, § 28).

28. Конституционный суд отмечает, что направление в судебную инстанцию уголовного дела о совершении государственным служащим с особым статусом преступления является обстоятельством, по которому лицо более не отвечает одному из требований для выполнения указанной государственной должности с особым статусом, то есть условию не находиться под уголовным преследованием, следовательно, не может более исполнять государственную должность, как минимум временно.

29. В этом смысле, приостановление служебных отношений в случае передачи в суд уголовного дела о совершении государственным служащим с особым статусом преступления до окончательного вступления в силу судебного решения фактически является мерой, направленной на обеспечение соблюдения законных условий для выполнения государственной должности с особым статусом в системе пенитенциарной администрации, предусмотренных в статье 22 ч.(1) п.f) закона.

30. Так, несмотря на недовольство, вызываемое у государственного служащего с особым статусом, нельзя считать, что отстранение от должности в случае направления в суд уголовного дела в отношении него абстрактным образом несоразмерно нарушает право, гарантированное статьей 43 Конституции (см. ПКС № 21 от 28 ноября 2023 года, § 45).

31. Конституционный суд не может согласиться с доводами автора обращения о несоответствии статье 43 Конституции оспариваемых положений, которые наделяют Национальную пенитенциарную администрацию правом приостановления служебных отношений в случае передачи в суд уголовного дела о совершении государственным служащим с особым статусом преступления.

32. Кроме того, хотя закон не предусматривает максимальный срок приостановления служебных отношений с государственным служащим, его продолжительность может быть определена на основании статьи 75 ч.(1) п.b) закона, предусматривающей последующее условие, связанное с вынесением окончательного решения по уголовному делу, которое, исходя из текста нормы, ведет к прекращению приостановления полномочий.

33. Таким образом, Конституционный суд отмечает, что оспариваемая норма не нарушает права, гарантированные статьями 21 и 43 Конституции, поэтому статьи 23 и 54 Конституции также не применимы по делу.

34. Принимая во внимание вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьей 26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, статьями 61 ч.(3) и 64 Кодекса конституционной юрисдикции, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статьи 75 ч.(1) п.b) Закона № 300 от 21 декабря 2017 года о системе пенитенциарной администрации, заявленном Александром Никоарэ, стороной по делу № 3-664/2024, находящемуся в производстве суда Кишинэу, сектор Рышкань.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".