Определение N 51 от 02.05.2023 о неприемлемости обращения № 104а/2023 г. о контроле конституционности некоторых положений ч.(2) статьи 15 Закона о Высшем совете магистратуры

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 104а/2023 г. о контроле

конституционности некоторых положений ч.(2) статьи 15

Закона о Высшем совете магистратуры

№ 51  от  02.05.2023

 (в силу 02.05.2023) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 176-178 ст. 82 от 26.05.2023

* * *

Конституционный суд в составе:

Николае РОШКА, председатель,

Домника МАНОЛЕ,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Марчела Лупу,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 7 апреля 2023 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 2 мая 2023 г.,

выносит следующее определение:

ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение, представленное в Конституционный суд Высшим советом магистратуры в порядке статьи 135 ч.(1) п.а) Конституции, статьи 25 п.d¹) Закона о Конституционном суде и статьи 38 ч.(1) п.d¹) Кодекса конституционной юрисдикции.

2. Высший совет магистратуры просит Конституционный суд проверить конституционность синтагмы "находящихся в должности" в ч.(2) статьи 15 Закона № 947 от 19 июля 1996 года о Высшем совете магистратуры.

ПРИМЕНИМОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

3. Применимые положения Конституции:

Статья 122

Состав

"(1) Высший совет магистратуры состоит из 12 членов: шесть судей, избранных общим собранием судей, представляющих все уровни судебных инстанций, и шесть лиц, обладающих высокой профессиональной репутацией и личной неподкупностью, с опытом работы в области права или в другой соответствующей области, которые не работают в органах законодательной, исполнительной и судебной власти и не принадлежат к политической партии.

[...]".

4. Применимые положения Закона № 947 от 19 июля 1996 года о Высшем совете магистратуры:

Статья 15

Заседания

"(1) Высший совет магистратуры в качестве коллегиального органа осуществляет свои полномочия на пленарных заседаниях.

(2) Заседания Высшего совета магистратуры правомочны в присутствии не менее двух третей членов, находящихся в должности и не находящихся в ситуациях, указанных в части (1) статьи 18.

[...]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

5. Автор обращения отмечает, что, согласно ч.(2) статьи 15 Закона о Высшем совете магистратуры, заседание Высшего совета магистратуры правомочно, если на нем присутствует не менее двух третей членов, находящихся в должности. По мнению автора обращения, указанная норма не порождает неопределенность в ситуации, когда Высший совет магистратуры осуществляет свою деятельность в полном составе или в составе не менее половины от общего числа членов, предусмотренном Конституцией.

6. Высший совет магистратуры утверждает, что обратился в Конституционный суд в целях разблокирования деятельности Высшего совета, который на день подачи обращения имел в составе лишь четырех членов.

7. Автор обращения отмечает, что в составе Высшего совета магистратуры должно быть соблюдено равновесие между числом членов-судей и членов, не являющихся судьями. Однако, по мнению автора, на день обращения в Конституционный суд избрание в Высший совет членов-судей было невозможным. Последнее Общее собрание судей, в рамках которого должны были избрать членов из рядов судей, привело к непредсказуемым результатам.

8. По мнению автора обращения, Высший совет магистратуры, хоть и осуществляет свою деятельность в сокращенном составе, вправе применять положения, составляющие предмет обращения, для принятия решений по вопросам, связанным с исполнением реформы правосудия, начатой в 2022 году, а также с организацией деятельности судебных инстанций. Автор утверждает, что в период осуществления Высшим советом магистратуры своей деятельности в сокращенном составе принятие решений о продвижении по службе и дисциплинарной ответственности судей, как и других решений, касающихся более широкого представления судей, ставит под сомнение их законность.

9. В заключение автор обращения отмечает, что необходимо дать "конституционное толкование" указанной нормы в целях устранения неопределенности в вопросе функциональности Высшего совета магистратуры, который осуществляет свою деятельность в сокращенном составе.

B. Оценка Конституционного суда

10. Рассмотрев приемлемость обращения, Конституционный суд установил следующее.

11. Конституционный суд отмечает, что, согласно статье 25 п.d¹) Закона о Конституционном суде и статье 38 ч.(1) п.d¹) Кодекса конституционной юрисдикции, Высший совет магистратуры наделен правом обращения в Конституционный суд. Однако Конституционный суд заключает, что поднятый в данном обращении вопрос заключается в том, будут ли правомочными заседания Высшего совета магистратуры, осуществляющего свою деятельность в сокращенном составе (четыре члена), если учитывать число членов, находящихся в должности. Поскольку норма, согласно которой заседание Высшего совета магистратуры "является правомочным в присутствии не менее двух третей членов, находящихся в должности", не была отменена или признана неконституционной и является действительной, Конституционный суд допускает, что по данному делу Высший совет магистратуры уполномочен обращаться в Конституционный суд.

12. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений ч.(2) статьи 15 Закона о Высшем совете магистратуры, относится к компетенции Конституционного суда. Указанные положения ранее не составляли предмет контроля конституционности.

13. Конституционный суд отмечает, что обращение, предметом рассмотрения которого является проверка конституционности какой-либо нормы, должно содержать три элемента: текст, оспариваемый с точки зрения конституционности (законодательное положение), предположительно нарушенный текст (конституционное положение) и обоснование предполагаемого противоречия между этими двумя текстами, то есть обоснование неконституционности оспариваемой нормы (см., mutatis mutandis, ОКС № 27 от 14 марта 2023 года, § 21).

14. Из содержания обращения вытекает, что авторы просят Конституционный суд дать толкование нормы, составляющей предмет обращения, и, соответственно, подтвердить ее конституционность. Поскольку автор обращения не обосновал противоречие оспариваемого положения какой-либо конституционной норме, Конституционный суд не может выявить никаких доводов о неконституционности.

15. Рассмотрение такого обращения будет означать, что Конституционный суд заменяет его автора в представлении доводов о неконституционности, что приравнивается к контролю по собственной инициативе. Подобный вид контроля не допустим в условиях статьи 24 ч.(2) Закона о Конституционном суде и статьи 39 Кодекса конституционной юрисдикции, которые гласят, что обращение должно быть обоснованным, содержать предмет и обстоятельства, на которые ссылается субъект обращения, законодательные нормы и доводы, подтверждающие тот факт, что оспариваемое положение противоречит Конституции, а также прямую причинную связь между оспариваемой нормой и приведенными доводами (см. ОКС № 109 от 6 сентября 2022 года, § 30).

16. Таким образом, Конституционный суд заключает, что обращение является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, в соответствии со статьями 135 ч.(1) п.а), 140 ч.(2) Конституции, статьей 26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, статьями 61 ч.(3) и 64 Кодекса конституционной юрисдикции Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение о контроле конституционности синтагмы "находящихся в должности" в ч.(2) статьи 15 Закона № 947 от 19 июля 1996 года о Высшем совете магистратуры, представленное в Конституционный суд 7 апреля 2023 года Высшим советом магистратуры.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".

ОСОБОЕ МНЕНИЕ,

изложенное в порядке ч.(5) статьи 27 Закона № 317 от 13 декабря 1994 года

о Конституционном суде и статьи 67 Кодекса конституционной

юрисдикции № 502 от 16 июня 1995 года

1. В Определении № 51 от 2 мая 2023 года было признано неприемлемым обращение № 104а/2023 о контроле конституционности синтагмы "находящихся в должности" в ч.(2) статьи 15 Закона № 947 от 19 июля 1996 года о Высшем совете магистратуры, представленное в Конституционный суд 7 апреля 2023 года.

2. Конституционный суд установил, что в данном случае Высший совет магистратуры обладал полномочиями обращения в Конституционный суд (см. ОКС № 51 от 2 мая 2023 года, § 11).

3. Я не согласен с данным решением по следующим основаниям.

4. Рассмотрев допустимость обращения, Конституционному суду надлежало установить, подано ли оно субъектом, наделенным данным правом. В соответствии со статьей 25 п.d¹) Закона № 317 от 13 декабря 1994 года о Конституционном суде и статьей 38 ч.(1) п.d¹) Кодекса конституционной юрисдикции № 502 от 16 июня 1995 года Высший совет магистратуры вправе обращаться в Конституционный суд.

5. Согласно положениям ч.(1) статьи 122 Конституции, Высший совет магистратуры состоит из 12 членов: шесть судей, избранных общим собранием судей, представляющих все уровни судебных инстанций, и шесть лиц, обладающих высокой профессиональной репутацией и личной неподкупностью, с опытом работы в области права или в другой соответствующей области, которые не работают в органах законодательной, исполнительной и судебной власти и не принадлежат к политической партии.

6. Должен отметить, что 4 апреля 2023 года было принято Решение № 104/5¹ о направлении в Конституционный суд обращения о контроле конституционности положений ч.(2) статьи 15 Закона № 947-XII от 19 июля 1996 года о Высшем совете магистратуры. Тремя голосами "за" и одним голосом "против" из числа членов, присутствовавших на заседании, было принято решение направить обращение в Конституционный суд.

___________________________

¹ https://www.csm.md/files/Hotaririle/2023/05/104-5.pdf

7. В этом контексте отмечаю, что в Определении № 2 от 21 октября 2010 года Конституционный суд прекратил производство по делу о контроле конституционности некоторых положений Кодекса о выборах "на основании того, что обращение не входит в компетенцию представившего его лица" (см. пункт 1 резолютивной части). Конституционный суд заключил, что рассмотренное обращение было представлено премьер-министром, а в открытом заседании представитель Парламента оспорил право премьер-министра обращаться в орган конституционной юрисдикции. Конституционный суд отметил, что, согласно статье 38 Кодекса конституционной юрисдикции, одним из субъектов с правом обращения в Конституционный суд является Правительство. Согласно статье 97 Конституции, Правительство является коллегиальным органом и состоит из премьер-министра, первого заместителя и заместителей премьер-министра, министров и других членов, определенных законом. Коллегиальный характер Правительства заключается в совместном участии всех его членов, установленных Конституцией, в процессе принятия решений, утверждаемых большинством голосов. Принимая во внимание, что премьер-министр является лишь одним из членов Правительства, обращение в Конституционный суд должно было быть принято составом Правительства (см. ОКС № 2 от 21 октября 2010 года).

8. Подчеркиваю, что в своей деятельности гаранта верховенства Конституции Конституционный суд использует понятия Основного закона в качестве самостоятельных понятий, независимых от любого определения в законодательстве Республики Молдова (см., mutatis mutandis, ПКС № 27 от 13 ноября 2020 года, § 42).

9. Таким образом, поскольку, согласно конституционной норме, Высший совет магистратуры состоит из 12 членов, а вопрос обращения в Конституционный суд рассматривался четырьмя членами, не могу констатировать выполнение по настоящему делу требования, предусмотренного ч.(1) статьи 122 Конституции, относящегося к составу Высшего совета магистратуры.

10. На основании этих суждений считаю, что Пленум Конституционного суда должен был отклонить обращение № 104а/2023 о контроле конституционности синтагмы "находящихся в должности" в ч.(2) статьи 15 Закона № 947 от 19 июля 1996 года о Высшем совете магистратуры по причине того, что оно подано субъектом, не наделенным данным правом.