Определение N 125 от 30.07.2026 о неприемлемости обращения № 36g/2026 г. об исключительном случае неконституционности статьи 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса (специальный срок исковой давности, применяемый в отношении исков по вещным правам)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 36g/2026 г. об исключительном случае

неконституционности статьи 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса

(специальный срок исковой давности, применяемый

в отношении исков по вещным правам)

№ 125  от  30.07.2026

 (в силу 30.07.2026) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 456-459 ст. 145 от 17.09.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА, судьи,

при участии помощника судьи Марии Сорич,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 3 марта 2026 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 30 июля 2026 г.,

выносит следующее определение.

ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статьи 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса, заявленном Думитру Тэрэбуркэ, стороной по делу № 2-10543/2023, находящемуся в производстве суда Кишинэу, сектор Чентру.

2. Обращение было направлено в Конституционный суд судьей в суде Кишинэу Ольгой Боцан в соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. ООО "Topia Solutions" в качестве займодателя и Думитру Тэрэбуркэ в качестве заемщика 21 декабря 2009 года заключили договор займа. Заем был обеспечен договором ипотеки, заключенным тем же числом.

4. Думитру Тэрэбуркэ 3 января 2020 года обратился в суд против Topia Solutions и потребовал погасить долг и аннулировать ипотеку. В свою очередь, Topia Solutions подало встречный иск с требованием принудительно взыскать с Думитру Тэрэбуркэ долг, возникший на основе договора займа.

5. Решением от 9 декабря 2021 года суд Кишинэу отклонил основной иск в полном объеме и встречный иск частично. Решение было обжаловано в апелляционном порядке.

6. Определением от 8 февраля 2023 года Апелляционная палата Кишинэу отменила решение первой инстанции и передала дело на новое рассмотрение.

7. В рамках нового рассмотрения Topia Solutions изменило предмет встречного иска.

8. В судебном заседании от 5 февраля 2025 года Думитру Тэрэбуркэ заявил об истечении срока давности по встречному иску.

9. В ходе рассмотрения дела Думитру Тэрэбуркэ заявил об исключительном случае неконституционности статьи 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса.

10. Определением от 19 февраля 2026 года суд Кишинэу удовлетворил ходатайство об исключительном случае неконституционности статьи 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса и направил обращение в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

11. Применимые положения Конституции:

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 26

Право на защиту

"(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

(3) На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного.

(4) Вмешательство в деятельность лиц, осуществляющих защиту в установленных пределах, наказывается законом".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

(2) Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в случае установленной законом общественной необходимости при условии справедливого и предварительного возмещения.

(3) Законно добытое имущество не может быть конфисковано. Законность добытого подразумевается.

(4) Имущество, предназначенное, использованное для совершения преступлений или правонарушений либо добытое в результате совершения преступлений или правонарушений, может быть конфисковано только в соответствии с законом.

(5) Право частной собственности обязывает к соблюдению требований защиты окружающей среды и обеспечению добрососедства, а также к соблюдению других требований, которые, согласно закону, возлагаются на собственника.

(6) Право наследования частной собственности гарантируется".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20-24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

12. Применимые положения Гражданского кодекса, принятого Законом № 1107 от 6 июня 2002 года:

Статья 392

Специальные сроки исковой давности

"[…]

(2) Срок исковой давности составляет десять лет в отношении исков:

a) по вещным правам, которые не признаны законом не подпадающими под действие исковой давности либо не подлежат иному сроку исковой давности;

[…]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

13. Автор обращения об исключительном случае неконституционности утверждает, что срок исковой давности в десять лет, установленный оспариваемой нормой, является чрезмерно длинным и может необоснованно ограничивать свободный доступ к правосудию и право на защиту, в частности, в рамках спора, в котором договорные обязательства были уже выполнены.

14. В то же время автор считает, что оспариваемая норма нарушает право собственности, поскольку позволяет кредиторам злоупотреблять своими правами в части взыскания задолженности с должника и возможности требовать суммы, проценты и пеню сверх разумных пределов исковой давности, что представляет собой несоразмерное вмешательство. По его мнению, оспариваемое положение не отвечает требованиям соразмерности и правовой определенности, предусмотренным Конституцией.

15. Таким образом, автор обращения утверждает, что оспариваемая норма нарушает статьи 20, 26, 46 и 54 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

16. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

17. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Гражданского кодекса, относится к компетенции Конституционного суда.

18. Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности представлено стороной судебного процесса. Так, оно подано субъектом, наделенным данным правом, в порядке статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

19. Предметом обращения является статья 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса. Конституционный суд отмечает, что оспариваемая норма ранее не составляла предмет контроля конституционности.

20. Исключительный случай неконституционности заявлен по гражданскому делу, предметом рассмотрения которого является: (i) первоначальное заявление об аннулировании ипотечного права на недвижимость; (ii) встречное заявление об исполнении обязательств, обеспеченных ипотекой; (iii) заявление об истечении срока исковой давности. Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения касаются срока исковой давности в отношении вещных прав, следовательно, суд может их применить при разрешении дела.

21. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения по существу обращения об исключительном случае неконституционности является действие по делу одного из основных прав. Так, Конституционный суд рассмотрит в свете доводов автора обращения, составляют ли оспариваемые положения вмешательство в основные права (см. ОКС № 55 от 26 марта 2026 года, § 15).

22. Автор обращения утверждает, что оспариваемая норма противоречит статьям 20 (свободный доступ к правосудию), 26 (право на защиту), 46 (право собственности) и 54 (ограничение осуществления некоторых прав или свобод) Конституции.

23. В своей практике Конституционный суд отмечал, что статья 54 Конституции не имеет самостоятельного применения. Для ее применимости автор обращения должен доказать наличие вмешательства в основные права, гарантированные Конституцией. И лишь в ходе анализа обоснованности абстрактного вмешательства в гарантированные Конституцией основные права Конституционный суд может применить положения этой статьи (см. ОКС № 62 от 2 апреля 2026 года, § 21).

24. Что касается действия статей 20, 26 и 46 Конституции, Конституционный суд отмечает, что автор обращения представляет доводы в отношении десятилетнего срока исковой давности, применяемого к искам по защите вещных прав, утверждая фактически, что этот срок нарушает право на защиту и может привести к необоснованному ограничению свободного доступа к правосудию, поскольку его применение создает ситуацию правовой неопределенности. Автор также утверждает, что десятилетний срок нарушает право собственности, поскольку он чрезмерно длинный и позволяет кредиторам взыскивать обязательства должников, в том числе в случае, когда эти обязательства были уже исполнены или погашены иным способом.

25. Конституционный суд отмечает, что статья 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса устанавливает срок исковой давности в десять лет в отношении исков по вещным правам, не подпадающим под действие исковой давности либо не подлежащим иному сроку исковой давности. Оспариваемая норма относится к общему регулированию срока исковой давности и направлена на установление временных пределов для реализации в судебном порядке определенных категорий гражданских прав.

26. В этом смысле Конституционный суд отмечает, что регулирование института исковой давности, включая установление сроков исковой давности, входит в пределы усмотрения законодателя. Регулирование института исковой давности вытекает из полномочия Парламента регулировать органическим законом общий правовой режим собственности, предусмотренного п.i) ч.(3) статьи 72 Конституции, что позволяет ему устанавливать условия осуществления гражданских прав и способы их реализации в судебном порядке. Установление таких сроков направлено на обеспечение стабильности правоотношений и надлежащего отправления правосудия и само по себе не может рассматриваться как вмешательство, противоречащее Конституции, если оно не затрагивает суть гарантированного права (см., mutatis mutandis, ОКС № 183 от 20 декабря 2022 года, §§ 22-23; ОКС №49 от 25 мая 2020 года, §§ 33-34). Кроме того, Европейский суд по правам человека отмечал, что регулирование сроков исковой давности является законным правовым механизмом, направленным на обеспечение стабильности правовых отношений и надлежащего отправления правосудия, государства будучи наделены широкими пределами усмотрения при их установлении (см. Jann-Zwicker и Jann против Швейцарии, 13 февраля 2024 года, §§ 67 и 70).

27. В то же время Конституционный суд отмечает, что дифференцирование правового режима исковой давности в зависимости от характера охраняемого субъективного права относится к выбору законодателя, основанному на необходимости обеспечения определенности правоотношений и стабильности гражданского оборота. В сфере вещных прав, характеризуемых своей продолжительностью и противопоставляемостью erga omnes, установление более длительных сроков исковой давности направлено на сохранение ясности и стабильности имущественных правоотношений.

28. В своей практике Конституционный суд отмечал, что обращение об исключительном случае неконституционности должно содержать три обязательных элемента: (i) текст, оспариваемый с точки зрения конституционности (законодательное положение), (ii) предположительно нарушенный текст (конституционное положение) и (iii) обоснование автором обращения предполагаемого противоречия между этими двумя текстами, то есть обоснование неконституционности оспариваемой нормы (см. ОКС № 32 от 5 марта 2026 года, § 20; ОКС № 43 от 8 апреля 2025 года, § 28).

29. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что доводы автора обращения сводятся к выражению несогласия с продолжительностью предусмотренного законом срока исковой давности и последствиями его применения в конкретном споре, без указания того, в чем заключается предполагаемое противоречие между оспариваемыми положениями и приведенными конституционными нормами. Так, Конституционный суд напоминает, что простое перечисление некоторых конституционных положений, а также ссылка на суждения из практики Европейского суда по правам человека или Конституционного суда, в отсутствие собственных доводов относительно противоречия между оспариваемым положением и Конституцией, не может расцениваться как истинная критика о неконституционности. Конституционный суд в своей практике подчеркивал, что рассмотрение подобного обращения приравнивается к изложению доводов о неконституционности по собственной инициативе, что приведет к замене автора в процессе обоснования обращения (см. ОКС № 56 от 26 марта 2026 года, § 19).

30. Более того, Конституционный суд отмечает, что автор обращения приводит доводы о применении во времени норм гражданского права и, в сущности, выражает свое недовольство действующими положениями Гражданского кодекса в сравнении с предыдущими положениями, применимыми к рассматриваемым правоотношениям. Так, автор поднимает вопрос о целесообразности установления срока исковой давности и последствиях применения во времени норм гражданского права. В связи с этим Конституционный суд отмечает, что Гражданский кодекс содержит нормы о применении во времени законодательных положений и переходные правила, касающиеся правоотношений, зародившихся под действием старого закона (статья 7 ч.(6) Гражданского кодекса).

31. Конституционный суд в своей практике отмечал, что вопросы применения закона не входят в компетенцию Конституционного суда. Эти полномочия по определению принадлежат судебным инстанциям (см. ОКС № 5 от 23 января 2025 года, § 30).

32. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что данное обращение об исключительном случае неконституционности не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьями 27 ч.(2) и ч.(4) п.d), 37 и 40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статьи 392 ч.(2) п.а) Гражданского кодекса, заявленном Думитру Тэрэбуркэ, стороной по делу № 2-10543/2023, находящемуся в производстве суда Кишинэу, сектор Чентру.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".