Определение N 184 от 11.12.2025 о неприемлемости обращения № 122g/2025 г. об исключительном случае неконституционности положений ст.100 ч.(1) Гражданского процессуального кодекса (сообщение процессуальных актов по электронной почте)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 122g/2025 г. об исключительном

случае неконституционности положений ст.100 ч.(1)

Гражданского процессуального кодекса

(сообщение процессуальных актов по электронной почте)

№ 184  от  11.12.2025

 (в силу 11.12.2025) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 59-61 ст. 2 от 27.01.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Люба ШОВА, председательствующая,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА, судьи,

при участии помощника судьи Эмилии Казаку,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 29 мая 2025 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 11 декабря 2025 г.,

выносит следующее определение.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности положений ст.100 ч.(1) Гражданского процессуального кодекса, представленное адвокатом Андреем Йосип в интересах Пантелимона Каланча, стороны по делу №2rci-10/2025, рассматриваемому в Высшей судебной палате.

2. Обращение в Конституционный суд направил состав судей Высшей судебной палаты в лице Стеллы Прокопчук, Оксаны Парфени и Георгия Стратулат, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Решением от 20 февраля 2018 года суд Кишинэу (главный офис) возбудил процесс несостоятельности в отношении ООО "Pancons-Com" и назначил управляющего процессом несостоятельности.

4. Ион Булгару в качестве ликвидатора ООО "Pancons-Com", находящегося в процедуре несостоятельности, 20 мая 2020 года подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Пантелимона Каланча, официального управляющего и единственного участника ООО "Pancons-Com".

5. Решением от 29 июня 2024 года суд Кишинэу (главный офис) частично удовлетворил заявление и постановил взыскать определенные денежные суммы. Пантелимон Каланча, представленный адвокатом Андреем Йосип, обжаловал в апелляционном порядке данное решение.

6. Определением от 5 сентября 2024 года Апелляционная палата Центр не приняла к рассмотрению апелляционную жалобу, предоставив апеллянту дополнительное время для внесения государственной пошлины и гербового сбора и представления суду доказательства уплаты.

7. Поскольку апеллянт не выполнил в срок указанные в определении от 5 сентября 2024 года требования, Апелляционная палата определением от 12 декабря 2024 года вернула апелляционное заявление.

8. Пантелимон Каланча, представленный адвокатом Андреем Йосип, 24 января 2025 года обжаловал в кассационном порядке определение Апелляционной палаты от 12 декабря 2024 года.

9. Адвокат Андрей Йосип 8 апреля 2025 года подал в интересах Пантелимона Каланча запрос об исключительном случае неконституционности положений ст.100 ч.(1) Гражданского процессуального кодекса.

10. Определением от 28 мая 2025 года Высшая судебная палата удовлетворила запрос об исключительном случае неконституционности и направила обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

11. Применимые положения Конституции:

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 23 Право каждого человека на знание своих прав и обязанностей

"(1) Каждый человек имеет право на признание его правосубъектности.

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

Статья 26

Право на защиту

"(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

(3) На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного.

(4) Вмешательство в деятельность лиц, осуществляющих защиту в установленных пределах, наказывается законом".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20–24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

12. Применимые положения Гражданского процессуального кодекса, утвержденного Законом № 225 от 30 мая 2003 года:

Статья 100

Сообщение процессуальных актов

(1) Исковое заявление и все процессуальные акты доводятся до сведения участников процесса и заинтересованных лиц под роспись через посредство уполномоченного лица, посредством почтовой связи заказным письмом с уведомлением о вручении, через бюро судебного исполнителя, на адрес электронной почты, указанный в исковом заявлении или зарегистрированный в Интегрированной программе управления делами, либо другими средствами, обеспечивающими передачу текста акта и подтверждение его получения, а также посредством судебного поручения.

[…]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

13. По мнению автора обращения, оспариваемая норма составлена неясно, так как она не содержит критериев, при помощи которых судебные инстанции могут констатировать, что адресат получил акт, переданный по электронной почте, минуя систему Интегрированной программы управления делами (ИПУД), а также не содержит определения понятия "подтверждение" получения.

14. В отсутствие ясного законодательного определения законодатель может считать, что сообщение акта осуществлено исключительно на основании отправления, не проверяя, получил ли его адресат. В отсутствие процессуальных средств контроля оспариваемая норма допускает возврат заявления на основании простого отправления, порождая тем самым злоупотребления. Положения ст.100 ч.(1) не предусматривают со всей определенностью, что является необходимым и достаточным доказательством получения процессуального акта, отправленного по электронной почте, без использования системы ИПУД, что приводит к произвольному определению срока для устранения недостатков и осуществления права на обжалование.

15. На взгляд автора обращения, для обеспечения эффективности процедуры и защиты прав сторон существуют менее интрузивные меры, например, введение единообразного стандарта подтверждения электронного уведомления или предоставление дополнительного времени для предъявления документов, если возникают сомнения.

16. Автор обращения считает, что оспариваемая норма вступает в противоречие с положениями ст.20, ст.23, ст.26 и ст.54 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

17. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

18. Согласно ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль законов, в рассматриваемом случае некоторых положений Гражданского процессуального кодекса, входит в компетенцию Конституционного суда.

19. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено уполномоченным субъектом по ходатайству представителя стороны процесса в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

20. Конституционный суд отмечает, что предметом обращения являются положения ст.100 ч.(1) Гражданского процессуального кодекса, которые ранее не составили предмет конституционного контроля.

21. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено по делу о рассмотрении кассационной жалобы на определение о возврате апелляционного заявления на основании неустранения недостатков в срок, предоставленный судебной инстанцией. Конституционный суд допускает, что оспариваемая норма будет применена при разрешении дела.

22. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие основного права. Конституционный суд изучит, исходя из аргументов автора обращения, совершают ли оспариваемые положения вмешательство в основные права.

23. По мнению автора обращения, оспариваемая норма нарушает положения ст.20 (свободный доступ к правосудию), ст.23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей), ст.26 (право на защиту) и ст.54 (ограничение осуществления некоторых прав или свобод) Конституции.

24. В ранее принятых решениях Конституционный суд указал, что положения ст.23 и ст.54 Конституции не имеют самостоятельного значения. Для их применения автор должен доказать наличие вмешательства в основные права, гарантированные Конституцией. Только в ходе анализа обоснованности абстрактного вмешательства Конституционный суд может задействовать положения указанных статей (см. ОКС № 90 от 25 июля 2023 г., § 19).

25. В отношении действия положений ст.26 Конституции, в своей практике Конституционный суд отметил, что право на защиту представляет собой совокупность прав и возможностей, которыми граждане обладают по закону для защиты своих интересов. Гарантии, установленные нормами ст.26 Конституции, выражают конкретные аспекты права на справедливое судебное разбирательство, предусмотренные нормами ст.20 Конституции и ст.6 § 1 Европейской конвенции (см. ОКС № 14 от 31 января 2025 г., § 24).

26. Что касается свободного доступа к правосудию, ЕСПЧ в своей практике указал, что ст.6 § 1 Конвенции предполагает право на соответствующее уведомление относительно административных и судебных решений, отметив, что это имеет особое значение в случаях, когда обжалование необходимо реализовывать в четко установленные сроки (Stichting Landgoed Steenbergen и другие против Нидерландов, решение от 16 февраля 2021 г., § 43). Положения ст.6 Конвенции не предусматривают точных форм сообщения документов. Вопрос, который возникает в таких случаях, нарушено ли в конкретных обстоятельствах дела право лица на справедливое судебное разбирательство (Qosja против Албании, решение от 14 июня 2022 г., § 18).

27. Автор обращения отмечает, что по делу, по которому было заявлено об исключительном случае неконституционности, судебная инстанция посчитала, что сторона получила отправленный ей процессуальный акт, и поскольку апеллянт не выполнил в установленный срок указания судебной инстанции (не внес государственную пошлину и гербовый сбор), апелляционное заявление было возвращено. По мнению автора обращения, к этому привели недостатки качества оспариваемой нормы, которая "не предоставляет лицу необходимую нормативную определенность для эффективного осуществления права на суд", гарантированного положениями ст.20 Конституции и ст.6 § 1 Конвенции, позволяя судье считать, что "процессуальный акт доведен до сведения адресата исключительно на основании отправления, не проверяя, был ли он получен в действительности".

28. Конституционный суд отмечает, что в случае ссылки на нарушение основного права заинтересованное лицо должно располагать достаточными процессуальными гарантиями и иметь эффективное право доступа к суду, чтобы тот выразил свои суждения по предполагаемым вмешательствам в его право (см. ПКС № 8 от 5 апреля 2019 г., § 48).

29. Конституционный суд отмечает, что на основании конституционных полномочий, предусмотренных положениями ст.20 и ст.115 ч.(4), и обязанности, вытекающей из ст.4 Конституции, законодатель определил порядок уведомления тяжущихся о существующих судебных производствах таким образом, чтобы не нарушить их право на справедливое судебное разбирательство. В этом смысле Гражданский процессуальный кодекс предусматривает, что заинтересованная сторона, которая знает, что судебное решение/процессуальный акт затрагивает его права или законные интересы, имеет право на обжалование.

30. В оспариваемой норме законодатель установил, что судебная инстанция отправляет процессуальные акты, inter alia, на адрес электронной почты, указанный в исковом заявлении или зарегистрированный в Интегрированной программе управления делами, либо другими средствами, обеспечивающими передачу текста акта и подтверждение его получения. Для процессуальных актов, отправленных посредством Интегрированной программы управления делами, законодатель установил, что они считаются сообщенными с момента отправления (ст.100 ч.(1¹). Для процессуальных актов, отправленных другими средствами, законодатель установил, что эти средства должны обеспечить "передачу текста акта и подтверждение его получения" (ст.100 ч.(1) Кодекса).

31. Конституционный суд считает, что законодатель при принятии оспариваемой нормы, применяемой в соотношении с другими нормами, исходил из того, что судебная инстанция проявит необходимое усердие для обеспечения уведомления лица о существующем в отношении него производстве, чтобы данное лицо имело возможность защитить себя должным образом.

32. Конституционный суд отмечает, что законодатель установил использование электронного адреса в качестве средства уведомления в соответствии с данными, указанными стороной/участником процесса. Предварительное указание соответствующих данных, в том числе электронного адреса, свидетельствует о том, что лицо выражает свое согласие на использование этого адреса в качестве средства уведомления.

33. При этих обстоятельствах, исходя из положений, предусматривающих обязанность добросовестного осуществления физическими и юридическими лицами своих прав и свобод (см. ст.61 Гражданского процессуального кодекса), когда указывает электронный адрес или другой способ сообщения процессуальных актов, лицо осознает вытекающие отсюда последствия, и поэтому должно особо позаботиться о том, чтобы защитить свои интересы и предпринять необходимые меры, чтобы навести справки о том, как развивается судебное производство (см. Решение ЕСПЧ по делу Гербер против Словакии, 9 ноября 2021 г.).

34. Кроме указанных положений, законодатель установил процессуальные гарантии для лиц, которые по уважительным причинам пропустили срок исполнения процессуального акта. В этом смысле Гражданский процессуальный кодекс предусматривает восстановление пропущенного срока, а в случае отклонения судебной инстанцией заявления о восстановлении срока лица имеют возможность обжаловать данное определение (см. 116 ч.(1) и ч.(5)). Таким образом, адресат может опровергнуть презумпцию сообщения документов, демонстрируя, что конкретные обстоятельства помешали ему получить документы по указанному электронному адресу.

35. Конституционный суд заключает, что в применении оспариваемых положений Гражданский процессуальный кодекс содержит гарантии от произвола. Конституционный суд приходит к выводу, что оспариваемые положения не совершают вмешательство в положения ст.20 и ст.26 Конституции.

36. Конституционный суд отмечает, что в действительности автор обращения просит Конституционный суд высказать свое мнение относительно конкретной ситуации применения оспариваемой нормы. В этой связи Конституционный суд вновь подчеркивает, что он не рассматривает конкретные дела и вопросы о толковании и применении закона. Конституционный суд вправе осуществить только абстрактный контроль конституционности оспариваемого закона (см., mutatis mutandis, ОКС № 175 от 12 декабря 2023 г., § 40; ОКС № 181 от 14 декабря 2023 г., § 26). Вопросы, связанные с толкованием и применением закона, относятся по определению к компетенции судебных инстанций (см. ОКС № 172 от 7 декабря 2023 г., § 22).

37. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд отмечает, что обращение не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) и ст.140 Конституции, ст.27 ч.(2) и ч.(3) п.d), ст.37 и ст.40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности положений ст.100 ч.(1) Гражданского процессуального кодекса, представленное адвокатом Андреем Йосип в интересах Пантелимона Каланча, стороны по делу №2rci-10/2025, рассматриваемому в Высшей судебной палате.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".