Определение N 6 от 24.01.2023 о неприемлемости обращения № 106g/2022 г. об исключительном случае неконституционности статьи 90 Трудового кодекса (установление лимита на возмещение работодателем ущерба за незаконное увольнение работника)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 106g/2022 г. об исключительном

случае неконституционности статьи 90 Трудового кодекса

(установление лимита на возмещение работодателем

ущерба за незаконное увольнение работника)

№ 6  от  24.01.2023

 (в силу 24.01.2023) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 42-44 ст. 29 от 14.02.2023

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА,

Сергей ЦУРКАН,

Владимир ЦУРКАН, судьи,

при участии помощника судьи Анны Флорян,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 8 июля 2022 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 24 января 2023 г.,

выносит следующее определение.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статьи 90 Трудового кодекса, заявленном адвокатом Василием Жосан в интересах Государственного предприятия "MoldATSA", стороны по делу № 2ra-1599/2021, находящемуся в производстве Высшей судебной палаты.

2. Обращение было представлено в Конституционный суд судебным составом Высшей судебной палаты, состоящим из судей – Мария Гервас, Марьяна Питик, Галина Стратулат, Думитру Мардарь и Виктор Бурдух, в порядке статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

A. Обстоятельства основного спора

3. Алексей Андрианов 27 декабря 2018 года был освобожден от работы в ГП "MoldATSA" в связи с сокращением штатов.

4. Алексей Андрианов 26 марта 2019 года подал исковое заявление против ГП "MoldATSA" с требованием об отмене приказа об увольнении, о восстановлении его в должности и взыскании заработной платы.

5. Суд Кишинэу, сектор Чентру, 30 июля 2019 года вынес решение о восстановлении Алексея Андрианов в должности и обязал ГП "MoldATSA" выплатить ему заработную плату за вынужденное отсутствие на работе в размере 429 863,94 леев.

6. Определением от 25 мая 2021 года Апелляционная палата Кишинэу удовлетворила апелляционную жалобу, поданную ГП "MoldATSA" на решение первой инстанции, отменила решение суда Кишинэу от 30 июля 2019 года и вынесла новое решение, которым отклонила иск Алексея Андрианов в полном размере.

7. Алексей Андрианов 13 сентября 2021 года обжаловал определение апелляционной инстанции в кассационном порядке. Определением Высшей судебной палаты от 17 ноября 2021 года кассационная жалоба была признана допустимой.

8. В ходе кассационного производства адвокат Василий Жосан заявил в интересах ГП "MoldATSA" об исключительном случае неконституционности статьи 90 Трудового кодекса, которая предусматривала, среди прочего, что в случае незаконного перевода на другую работу или незаконного освобождения от работы работодатель обязан возместить работнику ущерб за весь период вынужденного отсутствия на работе. Размер компенсации должен быть не меньше средней заработной платы работника за этот период.

9. Определением от 22 июня 2022 года Высшая судебная палата удовлетворила ходатайство и направила обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд.

10. Парламент 28 июля 2022 года принял Закон № 243, которым, среди прочего, внес изменения в положения п.а) ч.(2) статьи 90 Трудового кодекса, предусматривающие, что компенсация за весь период вынужденного отсутствия на работе в связи с переводом или незаконным освобождением от работы не может превышать 12 среднемесячных заработных плат работника. Данный закон вступил в силу 26 августа 2022 года.

B. Применимое законодательство

11. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

"[…]

(3) Республика Молдова - демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 9

Основные принципы собственности

"(1) Собственность может быть публичной и частной. Она состоит из материальных и интеллектуальных ценностей.

[…]".

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

[…]".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20-24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

12. Применимые положения Трудового кодекса, принятого Законом № 154 от 28 марта 2003 года:

Статья 90

Ответственность работодателя за незаконные

перевод или освобождение работника

"(1) При восстановлении на работе работника, незаконно переведенного на другую работу или незаконно освобожденного от работы, работодатель обязан возместить ему нанесенный ущерб.

(2) Возмещение работодателем ущерба, нане-сенного работнику, включает:

a) обязательную компенсацию за весь период вынужденного отсутствия на работе в размере не менее средней заработной платы работника за этот период;

b) возмещение дополнительных расходов, связанных с обжалованием перевода на другую работу или освобождения от работы (консультация специалистов, судебные расходы и др.);

c) возмещение причиненного работнику морального ущерба.

(3) Размер суммы возмещения морального ущерба определяется судебной инстанцией с учетом оценки действий работодателя, но не может быть меньше среднемесячной заработной платы работника.

(4) Вместо восстановления на работе стороны могут заключить мировое соглашение, а в случае спора судебная инстанция может взыскать с работодателя в пользу работника с его согласия дополнительную компенсацию помимо сумм, указанных в части (2), в размере не менее трех его средних месячных заработных плат".

[в редакции, предшествующей Закону № 243 от 28 июля 2022 года, вступил в силу 26 августа 2022 года]

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

13. Автор обращения утверждает, что, в соответствии с оспариваемыми положениями, при восстановлении на работе работника, незаконно переведенного на другую работу или незаконно освобожденного от работы, работодатель обязан возместить ему ущерб за весь период вынужденного отсутствия на работе в размере не менее средней заработной платы работника за этот период.

14. Автор считает, что оспариваемая норма не регулирует (i) максимальный предел невыплаченной заработной платы, которая предоставляется за весь период вынужденного отсутствия на работе, и/или (ii) полномочия судебной инстанции сократить размер невыплаченной заработной платы за соответствующий период, в зависимости от обстоятельств дела.

15. Автор утверждает, что оспариваемая норма обязывает судебную инстанцию безоговорочно предоставить невыплаченную заработную плату за весь период вынужденного отсутствия на работе, независимо от продолжительности трудового спора и поведения сторон в ходе судебного разбирательства.

16. Автор отмечает, что, хотя статья 355 ч.(4) Трудового кодекса и предусматривает, что судебная инстанция рассматривает заявление о разрешении индивидуального трудового спора в срок, не превышающий 30 рабочих дней с даты его регистрации, фактически этот срок продлевается либо по объективным основаниям, либо сторонами намеренно. Так, вне зависимости от причины увеличения данного срока, работник получит невыплаченную заработную плату за весь период вынужденного отсутствия на работе и надлежащие суммы по штрафным санкциям.

17. В то же время автор утверждает, что, если в процессе спора работник получает доходы из других источников (например, работник заключил индивидуальный трудовой договор с другим работодателем), судья не уполномочен сократить невыплаченную сумму заработной платы в зависимости от таких объективных обстоятельств.

18. В поддержку своих доводов автор отмечает, что по делу Феликс Гуцу против Республики Молдова от 20 октября 2020 года Европейский суд уменьшил размер потребованных заявителем компенсаций за свое увольнение и отметил, что заявитель вправе получить компенсации только за один год.

19. Автор обращения утверждает, что законодательное упущение по установлению лимита на возмещение ущерба работнику или предоставлению судье возможности его сокращения нарушает право на справедливое судебное разбирательство и право собственности.

20. По мнению автора, оспариваемые положения противоречат статьям 1 ч.(3) [верховенство права], 9 ч.(1) [основные принципы собственности], 20 [свободный доступ к правосудию], 46 ч.(1) [право частной собственности и ее охрана] и 54 ч.(2) [ограничение осуществления некоторых прав или свобод] Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

21. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд приходит к следующим выводам.

22. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Трудового кодекса, относится к компетенции Конституционного суда.

23. Обращение об исключительном случае неконституционности представлено по ходатайству адвоката стороны по делу. Оно подано субъектом, наделенным данным правом, согласно статье 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

24. Конституционный суд отмечает, что, хотя автор обращения оспаривает статью 90 Трудового кодекса в целом, его доводы касаются п.а) части (2) данной статьи, которая обязывала работодателя выплатить компенсацию работнику, незаконно переведенному на другую работу или незаконно освобожденному от должности, за весь период вынужденного отсутствия на работе в размере не менее средней заработной платы работника за этот период. Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения ранее не составляли предмет контроля конституционности.

25. В то же время Конституционный суд отмечает, что оспариваемая норма была изменена Законом № 243 от 28 июля 2022 года, вступившим в силу 26 августа 2022 года. Конституционный суд подчеркивает, что в соответствии с его собственной практикой исключительный случай неконституционности может быть заявлен как в отношении действующих актов, так и в отношении актов, утративших силу, если под их действием возникли правовые отношения, которые продолжают производить юридические последствия, а норма применяется в спорных правоотношениях и имеет определяющее значение для разрешения дела (ОКС № 183 от 25 ноября 2021 года, § 17). Так, Конституционный суд отмечает, что, хотя оспариваемая норма и была изменена, ее предыдущая редакция остается применимой по данному делу.

26. Конституционный суд заключает, что исключительный случай неконституционности заявлен по делу, предметом рассмотрения которого является отмена приказа об увольнении и выплата ущерба за незаконное освобождение работника от должности. Следовательно, Конституционный суд допускает, что кассационная инстанция может применить оспариваемые положения при рассмотрении дела.

27. Автор обращения утверждает, что оспариваемая норма нарушает статьи 1 ч.(3) [верховенство права], 9 ч.(1) [основные принципы собственности], 20 [свободный доступ к правосудию], 46 ч.(1) [право частной собственности и ее охрана] и 54 ч.(2) [ограничение осуществления некоторых прав или свобод] Конституции.

28. Что касается статей 1 ч.(3), 9 ч.(1) и 54 ч.(2) Конституции, Конституционный суд напоминает, что они не имеют самостоятельного применения. Для их применимости автор обращения должен доказать наличие вмешательства в основные права (см. ПКС № 37 от 7 декабря 2021 года, § 27; ОКС № 82 от 8 июня 2021 года, § 14).

29. Что касается предполагаемого нарушения статьи 20 Конституции, Конституционный суд отмечает, что, согласно оспариваемым положениям, если установлено, что работник был переведен на другую работу или освобожден от должности незаконно, работодатель обязан выплатить ему компенсацию за весь период вынужденного отсутствия на работе в размере не менее средней заработной платы работника. Изучив оспариваемые положения, Конституционный суд отмечает, что обязанность работодателя по возмещению ущерба работнику наступает с момента, когда судебная инстанция установила незаконность увольнения работника. Следовательно, Конституционный суд отмечает, что статья 20 Конституции не применима по данному делу, поскольку не установлено вмешательство в право на свободный доступ к правосудию и судебное разбирательство протекает без препятствий.

30. Что касается действия по делу статьи 46 Конституции, Конституционный суд отмечает, что автор обращения не представил аргументы, доказывающие противоречие оспариваемых положений этой конституционной норме. Конституционный суд отмечает, что простое перечисление конституционных норм, в отсутствие доводов о предполагаемом противоречии им оспариваемых законодательных положений, не может расцениваться как истинная критика о неконституционности (см., mutatis mutandis, ОКС № 65 от 13 мая 2021 года, § 16-17).

31. Относительно доводов автора о необходимости установления лимита на возмещение ущерба работнику в случае незаконного увольнения, Конституционный суд отмечает следующее.

32. Статья 24 Европейской социальной хартии (пересмотренной) предусматривает, что в целях обеспечения эффективного осуществления права трудящихся на защиту в случае увольнения, стороны обязуются признавать (а) за работниками право не быть уволенными без уважительной причины, связанной с их служебными возможностями или поведением либо с производственными потребностями предприятия, учреждения или организации, и (b) право трудящихся, уволенных без уважительной причины, на соответствующую компенсацию и иные надлежащие пособия. В ряде случаев, когда Европейский комитет по социальным правам рассматривал вопрос об установлении лимита на компенсации, предоставляемые незаконно уволенным работникам, он также изучал, соответствуют ли установленные пределы гарантиям, предусмотренным статьей 24 п.b) Европейской хартии.

33. Например, по делу Всеобщая конфедерация рабочей силы против Франции и Всеобщая конфедерация труда против Франции¹ от 23 марта 2022 года Европейский комитет по социальным правам рассмотрел новые положения французского Трудового кодекса, которые устанавливали предел ущерба, выплачиваемого работнику в случае его увольнения без действительных и серьезных причин. В соответствии с установленной законом шкалой, компенсации варьировали в зависимости от трудового стажа работника и величины компании. Организации-заявительницы утверждали, что эти положения противоречат статье 24 Европейской социальной хартии по следующим причинам: 1) предусмотренный шкалой размер компенсаций недостаточно высок для полного возмещения работнику понесенного вреда; 2) суды обязаны предоставлять компенсацию, не отражающую нанесенный индивидуальный ущерб; 3) шкала устанавливает недостаточно высокий уровень компенсаций, чтобы сдерживать работодателей от увольнения работников; 4) снижение верхних пределов компенсаций препятствует обращению работников в суд (см. § 92, 102, 105 и 152 решения).

_________________________

¹ https://hudoc.esc.coe.int/fre/?i=cc-171-2018-dmerits-en

34. Европейский комитет отметил, что механизмы компенсаций соответствуют Европейской социальной хартии, если они отвечают следующим требованиям: (i) предусматривают возмещение финансовых потерь работника в период между днем увольнения и решением апелляционной инстанции; (ii) предусматривают возможность восстановления работника на работе и/или (iii) обеспечивают достаточно высокую компенсацию для сдерживания работодателя и возмещения ущерба работнику. Европейский комитет подчеркнул, что компенсация за незаконное увольнение должна быть соразмерна ущербу, нанесенному пострадавшему и, в то же время, достаточно сдерживающей для работодателей. Лимитирование компенсаций, которое может воспрепятствовать возмещению вреда в размере понесенных убытков, или которое будет недостаточно сдерживающим для работодателя, нарушает статью 24 Европейской хартии (см. § 153 решения).

35. Изучив французское законодательство, Европейский комитет заключил, что установленный законом размер компенсаций, предоставляемых судебными инстанциями в случае незаконного увольнения, не может превышать 20-месячную заработную плату для работников с трудовым стажем в 29 лет. Для работников с меньшим трудовым стажем эта компенсация ниже. По данному делу Европейский комитет отметил, что предсказуемость, которая вытекает из факта лимитирования компенсаций за незаконное увольнение работников, скорее может служить работодателю стимулом для незаконного увольнения работников. Кроме того, по мнению Европейского комитета, лимитирование компенсаций может побудить работодателей к прагматическим оценкам финансового бремени на основе анализа затрат и выгод в случае необоснованного увольнения. Европейский комитет отметил, что в некоторых случаях такое обстоятельство может поощрять незаконные увольнения. Европейский комитет установил, что размер компенсаций, установленный новыми положениями французского Трудового кодекса, был недостаточно велик для возмещения ущерба, причиненного потерпевшему, и не был достаточно сдерживающим фактором для работодателя. Более того, по причине установленного законом лимита судебные инстанции обладали ограниченным пределом усмотрения при разрешении дел по существу, учитывая индивидуальные обстоятельства необоснованных увольнений. В связи с этим закон позволял судам пренебрегать частными обстоятельствами дела и фактически причиненным работнику ущербом. Европейский комитет заключил, что установленный лимит не обеспечивал право на надлежащее возмещение ущерба или на другие соответствующие компенсации в смысле статьи 24 п.b) Европейской хартии (см. § 159, 160 и 168 решения).

36. По делу Финское общество по социальным правам против Финляндии² от 8 сентября 2016 года Закон о трудовых договорах также устанавливал, что размер компенсации, предоставляемой судебными инстанциями в случае незаконного увольнения, не может превышать заработную плату за 24 месяца. Европейский комитет пришел к выводу, что компенсация в предусмотренном этим законом размере 24-месячной заработной платы в некоторых случаях незаконного увольнения является недостаточной для возмещения затрат и нанесенного ущерба. Кроме того, Европейский комитет заключил, что в случае незаконного увольнения законодательство не предусматривало иные механизмы для полного возмещения вреда, причиненного работнику увольнением (см. § 48-49 и 51 решения). К аналогичным выводам пришел Европейский комитет и по делам Всеобщая итальянская конфедерация труда (ВИКТ) против Италии³ от 11 сентября 2019 года и Профсоюз CFDT металлургов Мааса против Франции⁴ от 5 июля 2022 года.

_________________________

² https://hudoc.esc.coe.int/eng/?i=cc-106-2014-dadmissandmerits-fr

³ https://hudoc.esc.coe.int/eng/?i=cc-158-2017-dmerits-fr

⁴ https://hudoc.esc.coe.int/eng/?i=cc-175-2019-dmerits-fr

37. Что касается упущения законодателя в установлении лимита возмещения за причиненный работнику ущерб, на которое ссылается автор обращения, Конституционный суд отмечает, что, хотя возможное установление лимита будет в пользу права собственности работодателя, но это может нарушать право работника на защиту от увольнения, гарантированное статьей 43 Конституции, рассматриваемое в свете п.b) статьи 24 Европейской социальной хартии. Предложенное автором обращения решение может воспрепятствовать незаконно уволенному работнику получить компенсацию, соразмерную понесенным убыткам. В то же время Конституционный суд подчеркивает, что возможное лимитирование компенсации создаст для работодателя ситуацию предсказуемости расходов, связанных с незаконным увольнением, и может побудить его к незаконным увольнениям работников.

38. Относительно того, что оспариваемая норма не позволяет судебной инстанции снизить сумму компенсации, подлежащей выплате работнику за период вынужденного отсутствия на работе, в зависимости от обстоятельств дела, Конституционный суд отмечает, что возможное снижение компенсации не позволит работнику получить возмещение, соразмерное понесенному убытку. С другой стороны, Конституционный суд заключает, что применимое законодательство гарантирует работодателю, что трудовой спор разрешается судом в кратчайшие сроки, то есть не более 30 рабочих дней с даты его регистрации (см. статью 355 ч.(4) Трудового кодекса). Тот факт, что фактическое разрешение трудовых споров превышает установленный Трудовым кодексом срок по различным причинам (объективным и субъективным), не относится к истинным доводам о неконституционности. Конституционный суд отмечает, что добросовестность сторон при осуществлении своих процессуальных прав подразумевается, но в случае отсутствия таковой либо в случае наличия иных объективных обстоятельств, судебная инстанция имеет роль и полномочия руководить судебным разбирательством и вынести решение в разумный срок. Следовательно, доводы автора, относящиеся к продолжительности судебного производства, вытекают не из нормативной базы, содержащейся в Трудовом кодексе, а из фактических обстоятельств, влияющих на сроки рассмотрения трудовых споров.

39. Так, Конституционный суд заключает, что оспариваемые положения не составляют необоснованное вмешательство в статьи 20 и 46 Конституции. В связи с этим Конституционный суд отмечает, что статьи 1 ч.(3), 9 ч.(1) и 54 ч.(2) Конституции также не применимы по делу.

40. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что данное обращение не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, в соответствии со статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьей 26 ч.(1) Закона о Конституционном суде, статьями 61 ч.(3) и 64 Кодекса конституционной юрисдикции Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статьи 90 Трудового кодекса, заявленном адвокатом Василием Жосан в интересах Государственного предприятия "MoldATSA", стороны по делу № 2ra-1599/2021, находящемуся в производстве Высшей судебной палаты.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".