Определение N 76 от 07.05.2026 о неприемлемости обращения № 96g/2025 г. об исключительном случае неконституционности некоторых положений Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений населенных пунктов и об отводе земель

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 96g/2025 г. об исключительном случае

неконституционности некоторых положений Постановления Правительства

№ 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений

населенных пунктов и об отводе земель

№ 76  от  07.05.2026

 (в силу 07.05.2026) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 222-223 ст. 92 от 27.05.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА, судьи,

при участии помощника судьи Думитру Аворника,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 10 апреля 2025 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 7 мая 2026 г.,

выносит следующее определение.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений населенных пунктов и об отводе земель в части, касающейся передачи в государственный лесной фонд 79,80 га, принадлежащих примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень, поданное Ионом Трибой, представителем местного совета Чорешть, район Ниспорень, в рамках дела № 3-12/2024, рассматриваемого судом Унгень.

2. Обращение в Конституционный суд направил судья Думитру Раковицэ в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Решением № 4/1 от 14 сентября 2023 года Совет коммуны Чорешть, район Ниспорень, утвердил план выборочного разграничения земель площадью 15,53 га, находящихся в публичной собственности коммуны Чорешть. Решением № 3/19 от 24 декабря 2023 года Совет коммуны Чорешть утвердил список недвижимого имущества, составляющего публичную собственность административно-территориальной единицы Чорешть, который, среди прочего, включает 15,53 га сельскохозяйственных земель.

4. В письме от 12 февраля 2024 года, адресованном ГП "Cadastrul bunurilor imobile", ГП "Nisporeni-Silva" потребовало не зарегистрировать земельный участок, указанный Советом коммуны Чорешть, поскольку 11,1 га являются составной частью государственного лесного фонда.

5. Представитель примэрии Чорешть 1 марта 2024 года потребовал в Агентстве государственных услуг зарегистрировать в регистр недвижимого имущества земельный участок площадью 15,53 га. Агентство государственных услуг 4 марта 2024 года выдало свидетельство о регистрации в публичную собственность коммуны Чорешть земельного участка площадью 15,53 га.

6. Представлением от 19 марта 2024 года Агентство государственных услуг уведомило ГП "Nisporeni-Silva" о том, что, рассмотрев материалы лесоустройства и учетно-картографические планы, не было обнаружено, что данный участок относится к государственному лесному фонду.

7. ГП "Nisporeni-Silva" 27 июня 2024 года обратилось в суд с исковым заявлением против Совета коммуны Чорешть, требуя отменить решение № 3/19 от 24 декабря 2023 года об утверждении списка недвижимого имущества, составляющего публичную собственность. В обоснование иска истец отметил, что из зарегистрированной за Советом коммуны Чорешть земли 11,1 га управляются ГП "Nisporeni-Silva" на основании Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений населенных пунктов и об отводе земель. Согласно данному постановлению, 79,80 га, которые принадлежали примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень, были переданы в государственный лесной фонд.

8. В ходе рассмотрения дела Ион Трибой, представитель местного совета Чорешть, подал запрос об исключительном случае неконституционности Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года в части, касающейся передачи в государственный лесной фонд 79,80 га, принадлежащих примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень.

9. Определением от 9 апреля 2025 года суд Унгень удовлетворил запрос об исключительном случае неконституционности и направил обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

10. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

"[…]

(3) Республика Молдова – демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

(2) Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в случае установленной законом общественной необходимости при условии справедливого и предварительного возмещения.

[…]".

Статья 109

Основные принципы местного публичного управления

"(1) Публичное управление в административно-территориальных единицах основывается на принципах местной автономии, децентрализации общественных служб, выборности властей местного публичного управления и консультаций с гражданами по важнейшим вопросам местного значения.

(2) Автономия касается как организации и деятельности местного публичного управления, так и распоряжения делами представляемых сообществ.

[…]".

Статья 112

Сельские и городские власти

"(1) Властями публичного управления, осуществляющими местную автономию в селах и городах, являются выборные местные советы и примары.

(2) В соответствии с законом местные советы и примары действуют как самостоятельные управляющие власти и решают общественные дела сел и городов.

[…]".

11. Применимые положения Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года:

"1. Принять предложения районных исполнительных комитетов, согласованные с Министерством сельского хозяйства и продовольствия и обладателями земель:

[…]

3) о передаче:

[…]

земель в государственный лесной фонд согласно приложению № 2;

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

12. Автор обращения отмечает, что при вынесении Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года в отношении 79,80 га, принадлежащих примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень, не было соблюдено решение местного органа публичной власти не передавать эти земли в государственный лесной фонд. По мнению автора обращения, принятием данного решения Правительство нарушило принцип местной автономии, а Совет коммуны Чорешть лишился, в том числе, права управлять своим имуществом.

13. Автор обращения считает, что оспариваемое постановление в части, касающейся передачи в государственный лесной фонд земли, принадлежащей примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень, противоречит ст.1 ч.(3), ст.46 ч.(1) и ч.(2), ст.109 ч.(1) и ч.(2) и ст.112 ч.(1) и ч.(2) Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

14. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

15. Согласно ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль постановлений Правительства входит в компетенцию Конституционного суда.

16. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено уполномоченным субъектом, по ходатайству представителя стороны процесса, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

17. Предметом обращения является Постановление Правительства №141 от 20 февраля 1997 года в части, касающейся передачи в государственный лесной фонд 79,80 га, принадлежащих примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень. Оспариваемые положения ранее не составили предмет конституционного контроля.

18. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено по делу, предметом которого является отмена решения местного совета коммуны Чорешть об утверждении недвижимого имущества, составляющего публичную собственность, на основании которого земельный участок был зарегистрирован в эту категорию имущества. Учитывая, что истец обосновывает свое заявление положениями Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года, Конституционный суд допускает, что оспариваемые положения могут быть релевантными при разрешении дела.

19. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие по делу одного из основных прав. Так, Конституционный суд изучит, исходя из доводов автора обращения, совершают ли оспариваемые положения вмешательство в основные права (см. ОКС № 174 от 7 декабря 2023 г., § 20).

20. Автор обращения отмечает, что оспариваемые положения противоречат ст.1 ч.(3) (главенство права), ст.46 ч.(1) и ч.(2) (право частной собственности и ее охрана), ст.109 ч.(1) и ч.(2) (основные принципы местного публичного управления) и ст.112 ч.(1) и ч.(2) (сельские и городские власти) Конституции.

21. Конституционный суд подчеркивает, что ст.1 ч.(3) Конституции носит общий характер, содержит требование, которое лежит в основе любого правового регулирования, не может являться отдельным и индивидуальным обоснованием и приводится, как правило, если она применяется вместе с другими конституционными нормами (см. ОКС № 17 от 21 марта 2024 г., § 23; ОКС № 26 от 2 апреля 2024 г., § 23).

22. Относительно действия положений ст.46, ст.109 ч.(1) и ч.(2), а также ст.112 ч.(1) и ч.(2) Конституции, Конституционный суд отмечает, что автор обращения не приводит аргументов, каким образом оспариваемое положение противоречит Конституции. Ссылка на указанные конституционные нормы без убедительных аргументов не приравнивается к подлинной критике о неконституционности. В аналогичных случаях Конституционный суд отклонил обращения об исключительном случае неконституционности, как неприемлемые, отметив, что отсылка к норме Конституции без объяснения предполагаемого несоответствия ей оспариваемых законодательных положений не является аргументом. Приступить к рассмотрению подобного обращения об исключительном случае неконституционности означает заменить автора в изложении аргументов о неконституционности, что равносильно осуществлению контроля по собственной инициативе (см. ОКС № 108 от 25 сентября 2018 г., § 20).

23. Obiter dictum, Конституционный суд отмечает, что, по сути, автор обращения поднимает вопрос о законности оспариваемых положений постановления Правительства, исходя из законодательства, которое в тот период предусматривало управление собственностью административно-территориальных единиц. В своей практике Конституционный суд отметил, что постановления Правительства подлежат контролю законности, который осуществляется судебными инстанциями, так как является их компетенцией (ОКС № 179 от 14 декабря 2023 г., § 18-19, ОКС № 4 от 5 января 2021 г., § 27; ОКС № 3 от 18 января 2022 г., § 27).

24. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд отмечает, что обращение является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) и ст.140 ч.(2) Конституции, ст.27 ч.(3) п.f) Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений населенных пунктов и об отводе земель в части, касающейся передачи в государственный лесной фонд 79,80 га, принадлежащих примэрии коммуны Чорешть, район Ниспорень, поданное Ионом Трибой, представителем местного совета Чорешть, район Ниспорень, в рамках дела № 3-12/2024, рассматриваемого судом Унгень.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в Monitorul Oficial al Republicii Moldova.

СОВПАДАЮЩЕЕ МНЕНИЕ,

изложенное в соответствии с ч.(5) ст.36 Закона № 74/2025

о Конституционном суде к Определению № 76 от 7 мая 2026 года

Настоящим выражаю свое несогласие с некоторыми суждениями, изложенными в Определении № 76 от 7 мая 2026 года, которым Конституционный суд признал неприемлемым обращение № 96g/2025 об исключительном случае неконституционности некоторых положений Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений населенных пунктов и об отводе земель.

Исключительный случай неконституционности был заявлен в судебном процессе между Государственным лесным предприятием "Nisporeni-Silva" и Советом коммуны Чорешть, район Ниспорень, которые оспаривают право собственности на земельный участок. В обращении утверждается, что спорный земельный участок вместе с другими землями коммуны Чорешть были переданы указанным постановлением Правительства в государственный лесной фонд вопреки воле органа местного публичного управления. В обращении автор запрашивает осуществление конституционного контроля Постановления Правительства через призму ст.1, ст.46, ст.109 и ст.112 Конституции. В обоснование неприемлемости обращения Конституционный суд отметил, что автор "не приводит аргументов, каким образом оспариваемое положение противоречит Конституции" (см. ОКС № 76 от 7 мая 2026 г., § 22).

Исходя из вышеизложенного, при вынесении определения я отметил следующее.

1. Истцом по делу, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности, является ГП "Nisporeni-Silva" (подведомственное Агентству "Moldsilva" – структурное подразделение Министерства окружающей среды). Данное предприятие оспаривает право собственности ответчика – Совета коммуны Чорешть, район Ниспорень, на земельный участок. Поскольку запрос об исключительном случае неконституционности является инструментом защиты основных прав и представлен органом местного публичного управления – субъектом, который по определению не может быть обладателем основных прав, я отметил, что Конституционный суд должен разрешить вопрос, является ли автор обращения субъектом обращения об исключительном случае неконституционности или нет. Ввиду отсутствия статуса потерпевшего в результате нарушения основных прав, Конституционный суд должен был выяснить, если автор обращения, являющийся стороной судебного процесса, может указать на действие других норм Высшего закона, кроме тех, которые закрепляют основные права. Без выяснения этого факта обязательное условие, отмеченное в § 19 Определения № 76 от 7 мая 2026 года, является декларативным.

2. Более того, как было отмечено выше, предметом дела, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности, является право собственности на земельный участок. Несмотря на ссылку автора (органа местного публичного управления) на ст.46 (право частной собственности и ее охрана) Конституции, из обращения, материалов дела и определения судебной инстанции ясно вытекает, что тяжущиеся стороны [административно-территориальная единица и государство в лице юридического лица – государственного предприятия] оспаривают право публичной собственности на земельный участок. Исходя из этой реальности, Конституционный суд должен был проверить, действуют ли по делу конституционные нормы о публичной собственности в соотношении с принципами функционирования органов местного публичного управления и распоряжения делами сообществ, которые гарантированы ст.109 ч.(2) Конституции.

3. Наряду с этим я убежденно указал на то, что прерогатива Конституционного суда гарантировать верховенство Конституции заключается и в защите публичной собственности, независимо от того, кому она принадлежит – государству или административно-территориальной единице. В этом смысле Высший закон предусматривает, что "все богатства недр, воздушное пространство, воды и леса, используемые в общественных интересах, природные ресурсы экономической зоны и континентального шельфа, пути сообщения, а также другие богатства, определенные законом, являются объектами исключительно публичной собственности (см. ст.127 ч.(4)), а публичная собственность принадлежит государству или административно-территориальным единицам (ст.127 ч.(3)). Принимая во внимание указанные конституционные нормы, а также прерогативу регламентировать органическим законом общий правовой режим собственности (см. ст.72 ч.(3) п.i)), законодатель: (i) определил объекты публичной собственности административно-территориальных единиц (см., inter alia, ст.1 ч.(6) Закона № 523/1999 о публичной собственности административно-территориальных единиц); (ii) разграничил объекты публичной собственности государства от объектов публичной собственности административно-территориальных единиц (см. Закон № 29/2018 о разграничении публичной собственности и предыдущие в этой области законы); (iii) определил порядок передачи объектов публичной собственности административно-территориальных единиц в собственность государства (см. и Закон № 121/2007 об управлении публичной собственностью и ее разгосударствлении, Земельный кодекс) и (iv) определил порядок государственной регистрации объектов недвижимого имущества, прав собственности на объекты недвижимого имущества (см. и ст.446-452; ст.459-465 Гражданского кодекса, Закон о кадастре недвижимого имущества № 1543/1998, Закон о формировании объектов недвижимого имущества № 354/2004 и др.). Указанные нормативные акты направлены не только на обеспечение верховенства конституционных норм, но и на защиту права собственности на объекты недвижимого имущества и обеспечение определенности правовых отношений, предмет которых составляют объекты недвижимого имущества, вне зависимости от того, являются ли правообладатели субъектами публичного или частного права.

4. В разрез с выводами, изложенными в определении Конституционного суда, я отметил, что, принимая во внимание сложность рассмотренного дела, момент принятия оспариваемого акта, множество последующих законодательных положений, принятых в данной области, а также возможные юридические последствия оспариваемого акта в условиях динамики законодательства, для обеспечения верховенства конституционных норм моменты, указанные выше в § 3, следовало уточнить.

Из вышеуказанных соображений я пришел к твердому выводу, что оспариваемые положения Постановления Правительства № 141 от 20 февраля 1997 года об изменении границ землевладений населенных пунктов и об отводе земель должны рассматриваться через призму положений ст.109 и ст.127 Конституции, а обращение – признать неприемлемым по причине отсутствия аргументов, демонстрирующих противоречие оспариваемых положений указанным конституционным нормам.