Судебные акты

Определение N 90 от 21.05.2026 о неприемлемости обращения № 250g/2025 г. об исключительном случае неконституционности второго предложения в части (1) ст.24, нормы ст.84 ч.(4) и первого предложения в части (1) ст.163 Исполнительного кодекса (начисление процентов, вытекающих из задержки исполнения основного обязательства)

Тип документа: Судебные акты
Дата принятия: 21.05.2026

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 250g/2025 г. об исключительном случае

неконституционности второго предложения в части (1) ст.24, нормы ст.84

ч.(4) и первого предложения в части (1) ст.163 Исполнительного кодекса

(начисление процентов, вытекающих из задержки исполнения

основного обязательства)

№ 90 от 21.05.2026

(в силу 21.05.2026)

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 238-241 ст. 105 от 11.06.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА, судьи,

при участии помощника судьи Валерии Беженарь,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 3 декабря 2025 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 21 мая 2026 г.,

выносит следующее определение.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности следующих положений Исполнительного кодекса:

- "заявление об исчислении сумм, вытекающих из задержки исполнения, может подаваться только судебному исполнителю, получившему исполнительный документ, которым определяется основное обязательство, до погашения обязательства" в ст.24 ч.(1);

- "на протяжении периода приостановления исполнительного производства, произведенного по заявлению должника по иной причине, чем применение приостанавливающих исполнение путей обжалования по существу дела, по которому издан исполнительный документ, начисляются пени за просрочку" в ст.84 ч.(4) и

- "претензии по заявлению об обжаловании исполнительных актов, составленных судебным исполнителем, или действий/бездействия такового предъявляются к взыскателю или должнику" в ст.163 ч.(1), представленное по инициативе адвоката Раду Думняну в интересах Анны Солоненко, стороны по делу № 25-1527/2025, рассматриваемому судом Кишинэу (сектор Чентру).

2. Обращение в Конституционный суд направила судья суда Кишинэу (сектор Чентру) Татьяна Сырку в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Обстоятельства основного спора, изложенные автором обращения, сводятся к следующему.

4. Решениями от 31 мая 2018 года и 7 февраля 2019 года суд постановил взыскать с Дениса Солоненко в пользу кредитора Михаила Шонтя определенные денежные суммы.

5. Судебный исполнитель представил к исполнению исполнительные документы, составленные на основании вышеуказанных решений. Долг был частично погашен Денисом Солоненко. После смерти должника (2 ноября 2023 года) его жена – Анна Солоненко погасила долг в полном объеме. Последний платеж был произведен 22 ноября 2023 года.

6. Определением от 5 февраля 2024 года судебный исполнитель Олег Унгуряну приостановил исполнительное производство до вступления наследников должника в право наследования.

7. Определением от 2 апреля 2025 года суд Кишинэу признал Анну Солоненко наследницей Дениса Солоненко.

8. Олег Унгуряну 14 августа 2025 года вынес определение о взыскании с Анны Солоненко в пользу кредитора Михаила Шонтя пени за задержку исполнения обязательств, вытекающих из судебных решений, указанных в § 4.

9. Анна Солоненко 22 августа 2025 года обжаловала определение судебного исполнителя от 14 августа 2025 года, требуя его отменить.

10. Адвокат Раду Думняну 3 сентября 2025 года подал в интересах Анны Солоненко запрос об исключительном случае неконституционности второго предложения в части (1) ст.24, нормы ст.84 ч.(4) и первого предложения в части (1) ст.163 Исполнительного кодекса.

11. Определением от 3 ноября 2025 года суд Кишинэу удовлетворил запрос об исключительном случае неконституционности и направил обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

12. Применимые положения Конституции:

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 26

Право на защиту

"(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

(3) На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного.

(4) Вмешательство в деятельность лиц, осуществляющих защиту в установленных пределах, наказывается законом".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

(2) Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в случае установленной законом общественной необходимости при условии справедливого и предварительного возмещения.

(3) Законно добытое имущество не может быть конфисковано. Законность добытого подразумевается.

(4) Имущество, предназначенное, использованное для совершения преступлений или правонарушений либо добытое в результате совершения преступлений или правонарушений, может быть конфисковано только в соответствии с законом.

(5) Право частной собственности обязывает к соблюдению требований защиты окружающей среды и обеспечению добрососедства, а также к соблюдению других требований, которые согласно закону возлагаются на собственника.

(6) Право наследования частной собственности гарантируется".

Статья 53

Право лица, ущемленного властью

"(1) Лицо, ущемленное в каком-либо своем праве властью посредством какого-либо административного акта или неудовлетворением прошения в установленный срок, может добиваться признания своего права, отмены акта и возмещения ущерба.

(2) Государство согласно закону несет материальную ответственность за ущерб, причиненный ошибками, допущенными в уголовных процессах следственными органами и судами".

13. Применимые положения Исполнительного кодекса, утвержденного Законом № 443 от 24 декабря 2004 года:

Статья 24

Начисление процентов, пени и других сумм,

вытекающих из задержки исполнения

"(1) По заявлению взыскателя судебный исполнитель вправе исчислять и взыскивать проценты, пени и другие суммы, вытекающие из задержки исполнения, с учетом уровня инфляции и в соответствии с положениями статьи 942 Гражданского кодекса. Заявление об исчислении сумм, вытекающих из задержки исполнения, может подаваться только судебному исполнителю, получившему исполнительный документ, которым определяется основное обязательство, до погашения обязательства. Указанные суммы начисляются со дня обретения решением судебной инстанции окончательного характера или, в случае иных исполнительных документов, со дня наступления срока исполнения требования и до дня реального погашения содержащегося в любом из этих документов обязательства с включением в начисляемый период также срока приостановления исполнительного производства в соответствии с положениями настоящего кодекса.

[…]".

Статья 84

Порядок приостановления или прекращения

исполнительного производства

"(1) Вопрос о приостановлении или прекращении исполнительного производства разрешается судебным исполнителем с извещением об этом взыскателя и должника, однако неявка этих лиц не является препятствием для принятия решения.

(2) По приостановленному исполнительному производству никакие исполнительные действия не допускаются, за исключением применения обеспечительных мер.

(3) Определение о приостановлении или прекращении исполнительного производства может быть обжаловано в судебную инстанцию.

(4) На протяжении периода приостановления исполнительного производства, произведенного по заявлению должника по иной причине, чем применение приостанавливающих исполнение путей обжалования по существу дела, по которому издан исполнительный документ, начисляются пени за просрочку".

Статья 163

Процедура рассмотрения заявления

"(1) Претензии по заявлению об обжаловании исполнительных актов, составленных судебным исполнителем, или действий/бездействия такового предъявляются к взыскателю или должнику. Заявление рассматривается в предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом порядке в 30-дневный срок. Судебный исполнитель, привлеченный по инициативе судебной инстанции в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, при условии соблюдения положений статьи 119 Гражданского процессуального кодекса № 225/2003 обязан представить судебной инстанции заверенную копию исполнительного производства и дать письменные объяснения по поводу обжалуемых актов.

[…]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

14. По мнению автора обращения, второе предложение в части (1) ст.24 и норма ст.84 ч.(4) Исполнительного кодекса допускают сохранение ареста на имущество после исполнения должником обязательств, установленных в исполнительном документе, а также исчисление пени за период обжалования действий и/или определений судебного исполнителя должником.

15. Автор обращения отмечает, что первое предложение в части (1) ст.163 Исполнительного кодекса необоснованно создает процессуальное препятствие, обязывая истца подать жалобу на кредитора или должника, чтобы оспорить незаконные действия судебного исполнителя. Автор обращения оспаривает статус третьего лица в процессе судебного исполнителя, считая, что он должен иметь статус ответчика, так как предметом основного спора являются незаконно изданные исполнительные акты. В этой связи автор обращения полагает, что оспариваемые положения препятствуют привлечению к ответственности судебного исполнителя, несмотря на его полномочия, осуществляемые в общественных интересах. По утверждениям автора обращения, оспариваемые положения не соблюдают конституционные требования, связанные с правом на справедливое судебное разбирательство и принципом предсказуемости закона.

16. Автор обращения отмечает, что оспариваемые положения противоречат ст.1, ст.20, ст.23, ст.26, ст.46, ст.53 и ст.54 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

17. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

18. Согласно ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль законов, в рассматриваемом случае некоторых положений Исполнительного кодекса, входит в компетенцию Конституционного суда.

19. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено уполномоченным субъектом по ходатайству адвоката стороны процесса в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

20. Предметом обращения являются второе предложение в части (1) ст.24, норма ст.84 ч.(4) и первое предложение в части (1) ст.163 Исполнительного кодекса. Конституционный суд отмечает, что положения ст.24 ч.(1) и ст.84 ч.(4) Исполнительного кодекса ранее составили предмет конституционного контроля по другим аргументам, будучи вынесено Определение № 65 от 15 июня 2020 года. Однако первое предложение в части (1) ст.163 Исполнительного кодекса не было предметом конституционного контроля по аргументам, изложенным автором обращения.

21. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено по гражданскому делу о рассмотрении жалобы на действия судебного исполнителя, связанные с исполнением исполнительного документа. Кроме того, в судебной инстанции общей юрисдикции рассматривается жалоба на определение судебного исполнителя об исчислении и взыскании пени за задержку исполнения обязательств, вытекающих из исполнительного документа. Конституционный суд допускает, что оспариваемые положения будут приняты во внимание судебной инстанцией при рассмотрении дела, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности.

22. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие конституционного права. Так, Конституционный суд проверит, исходя из доводов автора обращения, если оспариваемые положения совершают вмешательство в одно из основных прав (см. ОКС № 33 от 19 марта 2020 г., § 19; ОКС № 35 от 23 марта 2020 г., § 18).

23. Автор обращения отмечает, что оспариваемые положения противоречат ст.1 ч.(3) (главенство права), ст.20 (свободный доступ к правосудию), ст.23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей), ст.26 (право на защиту), ст.46 (право частной собственности и ее охрана), ст.53 (право лица, ущемленного властью) и ст.54 (ограничение осуществления некоторых прав или свобод) Конституции.

24. Относительно предполагаемого нарушения ст.1 ч.(3) Конституции, закрепляющей принцип главенства права, Конституционный суд в своей практике указал, что данная статья носит общий характер, содержит требование, которое лежит в основе любого правового регулирования, не может являться отдельным и индивидуальным обоснованием и приводится, как правило, если применяется вместе с другими конституционными нормами (см. ОКС № 17 от 21 марта 2024 г., § 23; ОКС № 26 от 2 апреля 2024 г., § 23).

25. Конституционный суд ранее подчеркнул, что ст.23 и ст.54 Конституции не имеют самостоятельного значения. Для их применения автор обращения должен доказать наличие вмешательства в основные права, гарантированные Конституцией. Лишь в ходе анализа обоснованности абстрактного вмешательства в основополагающие права, гарантированные Конституцией, Конституционный суд может задействовать положения данных статей (ПКС № 7 от 10 июня 2025 г., § 68).

26. Опираясь на ст.20 и ст.23 Конституции, автор обращения отмечает, что толкование и применение оспариваемых положений ст.24 ч.(1) и ст.84 ч.(4) Исполнительного кодекса приводят к несправедливой и непредсказуемой ситуации, которая противоречит праву должника на справедливое судебное разбирательство, так как допускает исчисление пени и за период времени, необходимый должнику для обжалования незаконных действий судебного исполнителя или взыскателя.

27. Конституционный суд напоминает, что исполнение судебного решения необходимо рассматривать как неотъемлемую часть "процесса", в смысле ст.20 Конституции и ст.6 § 1 Европейской конвенции о правах человека, которое должно производиться в разумный срок (ПКС № 5 от 3 марта 2022 г., § 86; ОКС № 87 от 17 июля 2025 г, § 24). В этом смысле доступ к правосудию означает не только право иметь реальную возможность обратиться в судебный орган полной юрисдикции для разрешения жалобы и восстановления своего права, но и требовать исполнения полученного решения. Право доступа к правосудию становится иллюзорным, если внутренний правовой порядок государства-участника позволяет, чтобы окончательное и обязательное для исполнения решение оставалось безрезультатным, в ущерб одной из сторон (см. Romańczyk Против Франции, 18 ноября 2010 г., § 53; Mehmet Taner Şentürk против Турции, 20 сентября 2022 г., § 37) [ОКС № 78 от 4 июля 2024 г., § 28]. Таким образом, исполнение судебного решения, как неотъемлемая часть судебного процесса, установление правил осуществления исполнительного производства, исчисления процентов и пени являются исключительной прерогативой законодателя, который при особых обстоятельствах может вводить специальные процедурные правила. Исполнительное производство призвано содействовать реализации прав взыскателя, признанных исполнительным документом, представленным для исполнения в порядке, предусмотренном законом (см. ПКС № 31 от 17 декабря 2020 г., § 55; ОКС № 78 от 4 июля 2024 г., § 29).

28. Принимая во внимание вышеизложенное, а также совокупный смысл оспариваемых положений относительно процентов, исчисляемых судебным исполнителем за период задержки исполнения обязательства, в том числе за период приостановления исполнительного производства, Конституционный суд не усматривает аспектов, нарушающих право на свободный доступ к правосудию, гарантированное отдельно ст.20 Конституции, а также в соотношении со ст.23 Конституции.

29. Опираясь на ст.20, ст.26 и ст.53 Конституции, автор обращения отмечает, что оспариваемые положения ст.163 ч.(1) Исполнительного кодекса препятствуют привлечению к ответственности судебного исполнителя, а также ограничивают его право на защиту против актов судебного исполнителя, учитывая, что в процессе он может иметь лишь статус третьего лица.

30. Конституционный суд не может согласиться с утверждением автора обращения о невозможности обжалования незаконно изданных судебным исполнителем исполнительных актов по следующим соображениям. Согласно ст.120 Конституции, соблюдение вступивших в законную силу судебных решений является обязательным. Развивая данную норму, законодатель установил, что принудительным исполнением является совокупность мер, посредством которых взыскатель реализует через судебного исполнителя при помощи уполномоченных государственных органов свои права, признанные исполнительным документом, в случае, если должник добровольно не выполняет свои обязательства (см. ст.10 ч.(1) Исполнительного кодекса). Следовательно, судебный исполнитель – единственный, кто уполномочен осуществлять принудительное исполнение исполнительных документов.

31. В своей практике Конституционный суд указал, что судебные исполнители действуют в интересах надлежащего отправления правосудия, их задача привести в исполнение решение суда. Основная задача судебного исполнителя заключается в обеспечении исполнения судебных решений для эффективного удовлетворения требований заявителя (ПКС № 4 от 6 февраля 2014 г., §§ 72-73). Таким образом, документы, изданные в ходе принудительного исполнительного производства, не преследуют реализацию личных интересов судебного исполнителя.

32. Конституционный суд также не может согласиться с утверждением автора обращения о том, что оспариваемые положения препятствуют привлечению к ответственности судебного исполнителя за незаконно изданные акты. Напротив, законодатель установил, что "исполнительные акты, составленные судебным исполнителем, или действия/бездействие такового могут быть обжалованы сторонами и другими участниками исполнительного производства, а также третьими лицами, полагающими, что исполнительные акты или действия/бездействие судебного исполнителя нарушили их охраняемое законом право" (см. ст.161 ч.(1) Кодекса).

33. Таким образом, стороны исполнительного производства вправе обжаловать в судебную инстанцию акты судебного исполнителя. Тот факт, что некоторые жалобы направлены на часть исполнительного производства (см. ст.163 ч.(1) Исполнительного кодекса), а другие против судебного исполнителя (см. ст.163 ч.(3²) Исполнительного кодекса), относится к прерогативе законодателя и не может рассматриваться a priori как вступающий в противоречие с Высшим законом. При этих обстоятельствах, Конституционный суд заключает, что существуют достаточные процессуальные гарантии, которые обеспечивают реальное признание права должника на обеспечение эффективной защиты против мер, нарушающих его права. В этой связи Конституционный суд не принимает аргументы автора обращения о действии по делу положений ст.20, ст.26 и ст.53 Конституции.

34. Относительно действия ст.46 Конституции автор обращения отмечает, что оспариваемые положения ст.24 ч.(1) и ст.84 ч.(4) Исполнительного кодекса, с одной стороны, допускают сохранение ареста на имущество после исполнения должником обязательств, установленных в исполнительном документе, а, с другой стороны, допускают исчисление пени за период времени, необходимый должнику для обжалования действий и определений судебного исполнителя.

35. Относительно первого аспекта Конституционный суд отмечает, что второе предложение в части (1) ст.24 и норма ст.84 ч.(4) Исполнительного кодекса не предусматривают сохранение ареста на имущество, как утверждает автор обращения, после исполнения должником обязательств, установленных в исполнительном документе. Относительно второго аспекта Конституционный суд отмечает, что законодатель предусмотрел проценты, пеню и другие платежи за задержку исполнения обязательства, вытекающего из исполнительных документов (ст.24 Исполнительного кодекса), в том числе за периоды приостановления исполнительного производства (ст.84 ч.(4) Кодекса), а также компетенцию судебного исполнителя исчислять их.

36. Хотя автор обращения не приводит убедительных аргументов, доказывающих противоречивость оспариваемых положений праву собственности, гарантированному Конституцией, Конституционный суд напоминает, что исполнение судебных решений является неотъемлемой частью гражданского судопроизводства, а установление правил проведения исполнительного производства является прерогативой законодателя, который, учитывая особые ситуации, может устанавливать специальные правила. Исполнительное производство призвано способствовать реализации прав кредитора, подтвержденных исполнительным документом, представленным к исполнению в установленном законом порядке (ПКС № 4 от 6 февраля 2014 года, §§ 61-62; ПКС № 31 от 17 декабря 2020 года, § 55). Принудительное взыскание требований на основании решения суда не влечет действие ст.46 Конституции, поскольку спор о праве собственности был разрешен окончательным решением суда, исполнение которого истребовано (см. ОКС № 26 от 26 февраля 2026 г., § 26).

37. В дополнение к вышесказанному Конституционный суд напоминает, что вопросы, связанные с толкованием и применением закона, не относятся к компетенции Конституционного суда. Эти полномочия по определению принадлежат судебным инстанциям (см. ОКС № 5 от 23 января 2025 г., § 30).

38. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд отмечает, что обращение не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) и ст.140 ч.(2) Конституции, ст.27 ч.(2), ч.(3) п.d) и ч.(4) п.d), ст.37 и ст.40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности следующих положений Исполнительного кодекса:

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в Monitorul Oficial al Republicii Moldova.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ	Домника МАНОЛЕ
№ 90. Кишинэу, 21 мая 2026 г.