Определение N 181 от 27.11.2025 о неприемлемости обращения № 230g/2025 г. об исключительном случае неконституционности некоторых положений статьи 237 ч.(2) п.d) Уголовного кодекса в редакции, предшествующей Закону № 207 от 29 июля 2016 года (непредсказуемость положения "в особо крупных размерах")

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 230g/2025 г. об исключительном случае

неконституционности некоторых положений статьи 237 ч.(2) п.d)

Уголовного кодекса в редакции, предшествующей

Закону № 207 от 29 июля 2016 года

(непредсказуемость положения "в особо крупных размерах")

№ 181  от  27.11.2025

 (в силу 27.11.2025) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 623-625 ст. 209 от 19.12.2025

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА, судьи,

при участии помощника судьи Думитру Аворника,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 29 октября 2025 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 27 ноября 2025 г.,

выносит следующее определение.

ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности положения "в особо крупных размерах" в п.d) ч.(2) статьи 237 Уголовного кодекса в редакции, предшествующей Закону № 207 от 29 июля 2016 года, заявленном адвокатом Александром Боднарюк в интересах Вячеслава Платона по делу № 1-3404/2019, находящемуся в производстве суда Кишинэу, сектор Буюкань.

2. Обращение было направлено в Конституционный суд судьей в суде Кишинэу, Серджиу Стратан, в порядке статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

3. В ходе рассмотрения дела судья Серджиу Литвиненко представил Пленуму заявление о самоотводе от рассмотрения дела. Рассмотрев изложенные основания, Конституционный суд отклонил данное заявление.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

4. В производстве суда Кишинэу находится уголовное дело по обвинению Вячеслава Платон в совершении, среди прочего, преступлений, предусмотренных статьями 42 ч.(3) и 237 ч.(2) п.с) и п.d) (изготовление или сбыт поддельных кредитных карт или иных платежных инструментов) Уголовного кодекса.

5. В ходе рассмотрения дела адвокат Александр Боднарюк заявил в интересах Вячеслава Платон об исключительном случае неконституционности положения "в особо крупных размерах" в п.d) ч.(2) статьи 237 Уголовного кодекса в редакции, предшествующей Закону №207 от 29 июля 2016 года.

6. Определением от 28 октября 2025 года судья по делу удовлетворил ходатайство и направил обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

7. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

"[...]

(3) Республика Молдова - демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 22

Необратимость закона

"Никто не может быть осужден за действия или за бездействие, которые в момент их совершения не составляли преступления. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в момент совершения преступления".

Статья 23

Право каждого человека на знание

своих прав и обязанностей

"(1) Каждый человек имеет право на признание его правосубъектности.

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

Статья 26

Право на защиту

"(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

[...]".

8. Применимые положения Уголовного кодекса, принятого Законом № 985 от 18 апреля 2002 года, в редакции, предшествующей Закону №207 от 29 июля 2016 года:

Статья 126

Особо крупный, крупный размер, значительный

и существенный ущерб

"(1) Под особо крупным, крупным размером понимается стоимость похищенных, добытых, полученных, изготовленных, уничтоженных, использованных, перевезенных, находящихся на хранении, реализованных, перемещенных через таможенную границу ценностей, стоимость ущерба, причиненного лицом или группой лиц, превышающая на момент совершения преступления соответственно 5000 и 2500 условных единиц штрафа.

[...]".

Статья 237

Изготовление или сбыт поддельных кредитных

карт или иных платежных инструментов

"(1) Изготовление с целью сбыта или сбыт поддельных кредитных карт или иных платежных инструментов, не являющихся денежными знаками или ценными бумагами, но удостоверяющих, устанавливающих либо предоставляющих имущественные права или обязанности,

наказываются штрафом в размере от 200 до 700 условных единиц, или неоплачиваемым трудом в пользу общества на срок от 180 до 240 часов, или лишением свободы на срок до 5 лет, а юридическое лицо наказывается штрафом в размере от 1000 до 3000 условных единиц с лишением права заниматься определенной деятельностью.

(2) Те же действия, совершенные:

[...]

d) в особо крупных размерах,

наказываются лишением свободы на срок от 4 до 8 лет, а юридическое лицо наказывается штрафом в размере от 3000 до 6000 условных единиц с лишением права заниматься определенной деятельностью или с ликвидацией юридического лица".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

9. Автор обращения утверждает, что синтагма "в особо крупных размерах" в оспариваемой норме усложняет описание преступления по изготовлению или сбыту поддельных кредитных карт, поскольку по данному преступлению она имеет абстрактный характер и не обеспечивает определения степени пагубности деяния.

10. В этом смысле, автор обращения утверждает, что в отсутствие четких правовых критериев власти обладают чрезмерными пределами усмотрения. Автор отмечает, что органы власти оценивают особо крупный размер преступления не от стоимости поддельных или сбытых кредитных карт, а от размера денежных средств, снятых при помощи поддельных карт.

11. Следовательно, в некоторых случаях действия преступника квалифицируются на основании статьи 237 ч.(2) п.d) Уголовного кодекса, а в других случаях на основании статьи 237 ч.(1) и 186 ч.(5) Уголовного кодекса по идеальной совокупности этих преступлений.

12. Такая различная квалификация указывает на отсутствие единой судебной практики и создает правовую неопределенность для адресатов закона, что дает основания для расширенного неблагоприятного толкования закона.

13. По мнению автора, оспариваемые положения противоречат статьям 1 ч.(3), 22, 23 ч.(2) и 26 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

14. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

15. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Уголовного кодекса, относится к компетенции Конституционного суда.

16. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности подано адвокатом стороны судебного процесса. Так, оно представлено субъектом, наделенным данным правом, на основании статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

17. Конституционный суд отмечает, что предметом обращения об исключительном случае неконституционности является положение "в особо крупных размерах" в п.d) ч.(2) статьи 237 Уголовного кодекса в редакции, предшествующей Закону № 207 от 29 июля 2016 года. Конституционный суд отмечает, что оспариваемые положения ранее не составляли предмет контроля конституционности в свете аналогичных доводов.

18. Исключительный случай неконституционности заявлен по уголовному делу, по которому лицо обвиняется в изготовлении и сбыте поддельных кредитных карт в особо крупных размерах. Конституционный суд допускает, что судебная инстанция примет во внимание оспариваемые положения по делу, в рамках которого заявлено об исключительном случае неконституционности.

19. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения по существу обращения об исключительном случае неконституционности является действие по делу одного из основных прав. Так, Конституционному суду надлежит рассмотреть, в свете доводов автора обращения, составляют ли оспариваемые положения вмешательство в основные права (см. ОКС № 29 от 27 февраля 2025 года, § 20).

20. Автор обращения утверждает, что оспариваемые положения противоречит статьям 1 ч.(3) (верховенство права), 22 (необратимость закона), 23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей) и 26 (право на защиту) Конституции.

21. Что касается статьи 26 Конституции, Конституционный суд отмечает, что автор обращения не обосновал, в какой мере оспариваемые положения нарушают указанную конституционную норму. Так, Конституционный суд подчеркивает, что простое перечисление статей Конституции, а также ссылка на некоторые суждения из практики Конституционного суда и Европейского суда по правам человека, в отсутствие собственного обоснования, не составляет истинную критику о неконституционности (см. ОКС № 68 от 24 июня 2025 года, § 23). В своей практике Конституционный суд подчеркивал, что не может заменить автора обращения в изложении доводов о неконституционности, поскольку это означало бы осуществление контроля по собственной инициативе (см. ОКС № 108 от 12 августа 2025 года, § 21).

22. В отношении предполагаемой непредсказуемости оспариваемого положения, Конституционный суд отмечает, что положения статей 1 ч.(3), 22 и 23 Конституции гарантируют стандарт качества материального уголовного закона (см. ОКС № 93 от 7 июля 2022 года, § 21). Конституционный суд отмечал, что положения статьи 22 Конституции совместно с положениями статьи 7 Европейской конвенции о правах человека гарантируют принцип законности обвинения и уголовного наказания (nullum crimen, nulla poena sine lege) (см. ПКС № 25 от 12 августа 2021 года, § 39). Однако эти конституционные нормы не обязывают законодателя давать определение всем понятиям, используемым в содержании норм материального уголовного права (см. ОКС № 141 от 7 ноября 2024 года, § 34).

23. В своей практике Европейский суд по правам человека неизменно отмечал, что, хотя определенность желательна, она может повлечь за собой излишнюю жесткость. Однако закон должен идти в ногу с меняющимися обстоятельствами (см. Bavćar против Словении, 7 сентября 2023 года, § 144; Саакашвили против Грузии, 23 мая 2024 года, § 142). Статья 7 Европейской конвенции не может толковаться как запрещающая постепенное разъяснение правил уголовной ответственности путем судебного толкования в каждом конкретном случае при условии, что полученное разъяснение согласуется с сутью преступления и может быть в разумной мере предусмотрено (см. Yasak против Турции, 27 августа 2024 года, § 179-180; Бэдеску и другие против Румынии, 15 апреля 2025 года, § 125).

24. Кроме того, Конституционный суд отмечал, что уголовный закон не может изобиловать пояснительными текстами. Насколько ясно бы ни была составлена правовая норма, в любой системе права существует неизбежный элемент судебного толкования, включая нормы уголовного права. Так, роль принятия решений, которой наделены судебные инстанции, направлена именно на устранение сомнений, существующих в связи с толкованием норм (см. ОКС № 87 от 25 июля 2024 года, § 22; ОКС № 28 от 13 февраля 2025 года, § 24).

25. Конституционный суд отмечает, что уголовное законодательство содержит нормы, регулирующие критерии определения особо крупных размеров в контексте вменяемых преступлений с учетом стоимости похищенного, добытого, полученного, изготовленного, уничтоженного, использованного, перевезенного, находящегося на хранении, реализованного, перемещенного через таможенную границу имущества, а стоимость ущерба, причиненного лицом или группой лиц, превышает на момент совершения преступления 5000 условных единиц штрафа (см. статью 126 Уголовного кодекса в редакции, предшествующей Закону № 207 от 29 июля 2016 года).

26. Конституционный суд также напоминает, что правовая классификация деяния осуществляется путем анализа конкретных обстоятельств каждого дела и относится к компетенции судебных инстанций (см. ОКС № 68 от 24 июня 2025 года, § 37).

27. Так, Конституционный суд считает, что законодатель предоставляет адресату закона достаточно правовых ориентиров, с помощью которых он может понять значение оспариваемой синтагмы, в том числе путем обращения за юридической консультацией или судебным толкованием, исходя из смысла оспариваемого положения и сути вменяемого преступления.

28. Конституционный суд отмечает, что доводы автора обращения фактически касаются его несогласия с порядком правовой квалификации деяний, вменяемых в вину подсудимому, и предполагаемого отсутствия единой судебной практики, а не конституционности оспариваемого положения. В своей практике Конституционный суд отмечал, что вопросы, связанные с толкованием и применением закона, не относятся к компетенции Конституционного суда. Эта компетенция по определению принадлежит судебным инстанциям (см. ОКС № 32 от 18 апреля 2024 года, § 24; ОКС № 1 от 21 января 2025 года, § 309).

29. Учитывая эти суждения, Конституционный суд заключает, что оспариваемое положение не нарушает статью 22 в сочетании со статьями 1 ч.(3) и 23 ч.(2) Конституции с точки зрения доводов, приведенных в обращении.

30. Таким образом, обращение об исключительном случае неконституционности является неприемлемым и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьями 27 ч.(2) и ч.(3) п.d), 37 и 40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности положения "в особо крупных размерах" в п.d) ч.(2) статьи 237 Уголовного кодекса в редакции, предшествующей Закону № 207 от 29 июля 2016 года, заявленном адвокатом Александром Боднарюк в интересах Вячеслава Платона по делу № 1-3404/2019, находящемуся в производстве суда Кишинэу, сектор Буюкань.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".