Определение N 4 от 15.01.2026 о неприемлемости обращения № 161g/2025 г. об исключительном случае неконституционности ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года (признание гражданским ответчиком)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 161g/2025 г. об исключительном

случае неконституционности ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-

процессуального кодекса в редакции, предшествующей

принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года

(признание гражданским ответчиком)

№ 4  от  15.01.2026

 (в силу 15.01.2026) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 59-61 ст. 10 от 27.01.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Люба ШОВА, председательствующая,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА, судьи,

при участии помощника судьи Анны Флорян,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 9 июля 2025 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 15 января 2026 г.,

выносит следующее определение.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года, представленное по инициативе адвоката Исае Чиреш в интересах КО "DFM" ООО (далее – DFM), в рамках дела № 10-409/2025, рассматриваемого судом Кишинэу (сектор Чокана).

2. Обращение в Конституционный суд направила судья суда Кишинэу (сектор Чокана) Анна Бологан, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Прокурор Антикоррупционной прокуратуры постановлением от 27 декабря 2019 года признал Министерство финансов Республики Молдова в ходе уголовного дела гражданским истцом.

4. Постановлением от 9 февраля 2022 года прокурор Антикоррупционной прокуратуры признал DFM гражданским ответчиком.

5. DFM 21 февраля 2022 года подал на это постановление жалобу, которую вышестоящий прокурор Антикоррупционной прокуратуры отклонил постановлением. DFM обжаловал указанные постановления судье по уголовному преследованию, в соответствии со ст.313 Уголовно-процессуального кодекса.

6. Определением от 30 декабря 2024 года суд Кишинэу частично удовлетворил жалобу DFM, признал недействительным постановление исполняющего обязанности главного прокурора Антикоррупционной прокуратуры от 3 марта 2022 года и обязал прокуроров устранить выявленные нарушения.

7. DFM 16 января 2025 года подал заявление о дополнении жалобы от 21 февраля 2022 года, которое главный прокурор Антикоррупционной прокуратуры отклонил постановлением. DFM обжаловал указанные постановления судье по уголовному преследованию, в соответствии со ст.313 Уголовно-процессуального кодекса.

8. В ходе судебного заседания от 17 июня 2025 года адвокат Исае Чиреш представил в интересах DFM запрос об исключительном случае неконституционности ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года.

9. Определением от 26 июня 2025 года судья по делу удовлетворил запрос об исключительном случае неконституционности и направил обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

9. Применимые положения Конституции:

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 124

Прокуратура

"(1) Прокуратура является самостоятельным публичным учреждением в системе судебной власти, содействующим осуществлению правосудия, защите прав, свобод и законных интересов личности, общества и государства посредством уголовного производства и иных предусмотренных законом производств.

(2) Полномочия прокуратуры осуществляются прокурорами.

(3) Компетенции, порядок организации и деятельности прокуратуры устанавливаются законом".

11. Применимые положения Уголовно-процессуального кодекса, утвержденного Законом № 122 от 14 марта 2003 года:

Статья 1

Понятие и задачи уголовного судопроизводства

"[…]

(2) Задачей уголовного судопроизводства является защита личности, общества и государства от преступлений, а также защита личности и общества от противозаконных действий должностных лиц при расследовании предполагаемых или совершенных преступлений с тем, чтобы каждый совершивший преступление был наказан в меру своей вины и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден.

[…]".

Статья 73

Гражданский ответчик

"(1) Гражданским ответчиком признается физическое или юридическое лицо, на которое в силу закона или в связи с предъявленным в ходе производства по делу гражданским иском может быть возложена имущественная ответственность за причиненный обвиняемым или подсудимым материальный ущерб.

(2) Решение о признании гражданским ответчиком выносит орган уголовного преследования или судебная инстанция.

[…]".

Статья 223

Признание гражданским ответчиком

"Установив лицо, на которое может быть возложена ответственность за ущерб, причиненный запрещенным уголовным законом действием или бездействием, орган уголовного преследования или судебная инстанция своим решением признает его гражданским ответчиком с вручением ему письменной информации о его правах и обязанностях, предусмотренных статьей 74".

[В редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 г.]

Статья 221

Предъявление гражданского иска в уголовном судопроизводстве

"[…]

(2) Гражданский иск предъявляется к подозреваемому, обвиняемому, подсудимому, к неизвестному лицу, подлежащему привлечению к ответственности, либо к тому, на кого может быть возложена ответственность за действия обвиняемого, подсудимого.

[…]".

Статья 298 Обжалование действий, бездействия и актов органа уголовного преследования и органа, осуществляющего специальную розыскную деятельность

"(1) Действия, бездействие и акты органа уголовного преследования и органа, осуществляющего специальную розыскную деятельность, могут быть обжалованы подозреваемым, обвиняемым, их законным представителем, защитником, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями, а также другими лицами, права и законные интересы которых были ущемлены этими органами.

[…]".

Статья 299¹

Жалоба на действия, бездействие и акты прокурора

"(1) Лица, указанные в части (1) статьи 298, могут заявить жалобу на действия, бездействие и акты, осуществленные или санкционированные прокурором, руководящим уголовным преследованием или непосредственно осуществляющим уголовное преследование, либо на действия, бездействие и акты, осуществленные или санкционированные на основании распоряжений данного прокурора.

[…]

(4) Постановление вышестоящего прокурора по рассмотренной им жалобе может быть обжаловано судье по уголовному преследованию".

Статья 313 Обжалование незаконных действий и актов органа уголовного преследования и органа, осуществляющего специальную розыскную деятельность

"[…]

(5) Признав жалобу обоснованной, судья по уголовному преследованию выносит определение, которым обязывает прокурора устранить выявленные нарушения прав и свобод человека или юридического лица и, в зависимости от обстоятельств, объявляет обжалованный акт или процессуальное действие недействительными. Установив, что обжалуемые процессуальные акты или действия были осуществлены в соответствии с законом и что права либо свободы человека или юридического лица не были нарушены, судья по уголовному преследованию выносит определение об отклонении поданной жалобы. Копия определения направляется заявителю и прокурору.

[…]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

12. По мнению автора обращения, оспариваемые положения позволяют прокурору присвоить физическому или юридическому лицу произвольно и предвзято статус гражданского ответчика даже в том случае, когда от гражданского истца не поступило подобного запроса. Автор обращения считает, что данные положения закона превышают конституционную компетенцию прокурора в уголовном процессе и нарушают свободный доступ к правосудию.

13. В обращении утверждается, что присвоение статуса гражданского ответчика сопряжено со значительными финансовыми затратами, так как может повлечь за собой возмещение в солидарном порядке ущерба, причиненного уголовным деянием, несмотря на то, что он не является автором преступления. По мнению автора, этот статус должен присваивать судья, а в законе предусматривать достаточные гарантии, чтобы обеспечивать соблюдение права на защиту и права на справедливое судебное разбирательство.

14. Автор обращения считает, что оспариваемые положения противоречат ст.20 и ст.124 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

15. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

16. Согласно ст.135 ч.(1) п.а) Конституции, конституционный контроль законов, в рассматриваемом случае некоторых положений Уголовно-процессуального кодекса, входит в компетенцию Конституционного суда.

17. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено уполномоченным субъектом, по ходатайству адвоката стороны процесса, в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

18. Предметом обращения являются положения ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года.

19. Конституционный суд отмечает, что положения ст.73 ч.(2) Уголовно-процессуального кодекса ранее составили предмет конституционного контроля, но по другим доводам о неконституционности (см. ОКС № 115 от 15 декабря 2017 года). В принципе, этот факт не является препятствием для осуществления контроля конституционности, исходя из иных доводов о неконституционности (см. ОКС № 85 от 25 июля 2024 г., § 15).

20. Конституционный суд отмечает, что положения ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года, ранее не составили предмет конституционного контроля.

21. Вместе с тем Конституционный суд отмечает, что содержание ст.223 Уголовно-процессуального кодекса было изменено Законом №35 от 13 июня 2025 года (см. выше § 10). В своей практике Конституционный суд указал, что, исходя из природы запроса об исключительном случае неконституционности, его предметом могут стать как действующие акты, так и акты, утратившие силу, если в течение их действия возникли правовые отношения, которые продолжают производить юридические последствия, а норма применяется в спорных правовых отношениях, имея определяющее значение для разрешения дела (см. ОКС № 50 от 4 июня 2024 г., § 21; ОКС № 141 от 7 ноября 2024 г., § 29).

22. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено по делу, предметом которого является рассмотрение жалобы на постановления органа уголовного преследования, которыми на основании положений ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года, юридическое лицо, в интересах которого было заявлено об исключительном случае неконституционности, было признано гражданским ответчиком. Конституционный суд допускает, что судебная инстанция применит оспариваемые положения при разрешении дела.

23. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие одного из основных прав. Так, Конституционный суд изучит, исходя из аргументов автора обращения, если оспариваемые положения совершают вмешательство в основные права (см. ОКС № 87 от 25 июля 2024 г., § 15).

24. Автор обращения полагает, что оспариваемые положения вступают в противоречие с конституционными нормами ст.20 (свободный доступ к правосудию) и ст.124 (прокуратура).

25. Конституционный суд отмечает, что ст.20 Конституции, предусматривающая право на свободный доступ к правосудию, соответствует ст.6 § 1 Европейской конвенции о правах человека. Право на свободный доступ к правосудию должно быть практическим и эффективным, а не теоретическим и иллюзорным. Эффективность данного права требует, чтобы лица располагали ясной и конкретной возможностью обжаловать акт, совершающий вмешательство в осуществление их прав (ПКС № 8 от 5 апреля 2019 г., § 41; ПКС № 20 от 26 сентября 2024 г., § 67).

26. Конституционный суд отмечает, что в уголовном процессе гражданским ответчиком признается физическое или юридическое лицо, на которое в силу закона или в связи с предъявленным в ходе производства по делу гражданским иском может быть возложена имущественная ответственность за причиненный обвиняемым или подсудимым материальный ущерб. В зависимости от этапа судебного процесса, для признания гражданским ответчиком орган уголовного преследования или судебная инстанция выносит соответствующее решение (см. ст.73 ч.(1) и ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса).

27. В связи с правом на свободный доступ к правосудию, гарантированным ст.20 Конституции, Конституционный суд отмечает, что он не может согласиться с утверждением автора о наличии конституционного вопроса, поскольку Уголовно-процессуальный кодекс предоставляет сторонам процесса возможность подать прокурору или вышестоящему прокурору жалобу на постановление о признании стороны гражданским ответчиком (см. ст.298 ч.(1) и ст.299¹ ч.(1) Кодекса). Более того, Конституционный суд отмечает, что постановление прокурора или вышестоящего прокурора по рассмотренной жалобе может быть обжаловано судье по уголовному преследованию, который обладает компетенцией констатировать нарушения прав и основных свобод физического или юридического лица и, в зависимости от случая, признать обжалованный акт недействительным (см. ст.299¹ ч.(4) и ст.313 ч.(5) Кодекса).

28. Относительно критики автора обращения в связи с компетенцией прокурора признавать гражданским ответчиком физическое или юридическое лицо, Конституционный суд отмечает, что присвоение этого статуса осуществляется в условиях, предусмотренных законом (см. выше § 27), i.e. если лицо несет ответственность за ущерб, причиненный запрещенным уголовным законом действием или бездействием (см. выше § 11). Так, при установлении компетенции прокурора признавать физическое или юридическое лицо гражданским ответчиком законодатель исходил как из функции прокурора расследовать преступления, так и из необходимости защитить общественные интересы путем возмещения ущерба, причиненного преступлением, согласно ст.124 ч.(1) Конституции.

29. Конституционный суд отмечает, что положения Уголовно-процессуального кодекса предоставляют гражданскому ответчику достаточные гарантии для эффективного осуществления права на защиту: (i) давать объяснения по предъявленному гражданскому иску; (ii) представлять документы и другие средства доказывания для приобщения их к уголовному делу и исследования в судебном заседании; (iii) подавать заявления; (iv) требовать возмещения расходов, понесенных при производстве по делу, и ущерба, причиненного незаконными действиями органа уголовного преследования или судебной инстанции; (v) получить обратно имущество, изъятое у него органом уголовного преследования или судебной инстанцией в качестве средств доказывания либо представленное им самим с этой целью, а также принадлежащие ему подлинники документов (см. ст.74 ч.(1) и ч.(2) Уголовно-процессуального кодекса).

30. Принимая во внимание вышесказанное, Конституционный суд отмечает, что вопросы, затронутые в обращении, не имеют конституционного характера и не требуют рассмотрения через призму ст.20 и ст.124 Конституции.

31. Конституционный суд отмечает, что, выдвигая аргументы о неконституционности, на деле автор обращения выражает свое несогласие с толкованием и применением оспариваемых положений со стороны органа уголовного преследования в случае юридического лица, интересы которого он представляет. В этом плане Конституционный суд подчеркивает, что аспекты, связанные с толкованием и применением закона в конкретных случаях, выходят за рамки конституционного контроля, являясь полномочием судебных инстанций (см. ОКС № 168 от 7 декабря 2023 г., § 19; ОКС № 8 от 5 марта 2024 г., § 29).

32. Ввиду того, что не было доказано действие основного права, закрепленного Конституцией, Конституционный суд отмечает, что обращение не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) и ст.140 ч.(2) Конституции, ст.27 ч.(2), ч.(3) п.d) и ч.(4) п.d), ст.37 и ст.40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности ст.73 ч.(2) и ст.223 Уголовно-процессуального кодекса в редакции, предшествующей принятию Закона № 35 от 13 марта 2025 года, представленное по инициативе адвоката Исае Чиреш в интересах КО "DFM" ООО, в рамках дела № 10-409/2025, рассматриваемого судом Кишинэу (сектор Чокана).

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".