Определение N 48 от 19.03.2026 о неприемлемости обращения № 135g/2025 г. об исключительном случае неконституционности статьи 143 ч.(4) Закона № 149 от 29 июня 2012 года о несостоятельности (полномочия управляющего процессом несостоятельности по признанию требований кредиторов и включению их в окончательный реестр требований)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 135g/2025 г. об исключительном

случае неконституционности статьи 143 ч.(4) Закона

№ 149 от 29 июня 2012 года о несостоятельности

(полномочия управляющего процессом несостоятельности по признанию

требований кредиторов и включению их в окончательный реестр требований)

№ 48  от  19.03.2026

 (в силу 19.03.2026) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 156-159 ст. 64 от 09.04.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Люба ШОВА, председательствующая,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА, судьи,

при участии помощника судьи Марии Архир,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 12 июня 2025 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 19 марта 2026 г.,

выносит следующее определение.

ВОПРОСЫ ПРОЦЕДУРЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности статьи 143 ч.(4) Закона № 149 от 29 июня 2012 года о несостоятельности, заявленном адвокатом Тудором Бухнач в интересах ООО "Volta" по делу № 2i-165/2023, находящемуся в производстве суда Кишинэу, главный офис.

2. Обращение было направлено в Конституционный суд судьей Виталием Гуцан в порядке статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Решением от 12 мая 2023 года суд Кишинэу возбудил процедуру несостоятельности в отношении ООО "Rotaru Invest", назначил управляющего процессом несостоятельности, определил срок представления окончательного реестра требований на 11 июля 2023 года и заседание по утверждению требований на 19 сентября 2023 года.

4. ООО "Volta" подало заявление об утверждении требования.

5. Адвокат Тудор Бухнач 5 июня 2025 года заявил в интересах компании Volta об исключительном случае неконституционности статьи 143 ч.(4) Закона № 149 от 29 июня 2012 года о несостоятельности.

6. Определением от 9 июня 2025 года суд Кишинэу удовлетворил ходатайство и направил обращение об исключительном случае неконституционности в Конституционный суд для его разрешения.

B. Применимое законодательство

7. Применимые положения Конституции:

Статья 16

Равенство

"(1) Уважение и защита личности составляют первостепенную обязанность государства.

(2) Все граждане Республики Молдова равны перед законом и властями независимо от расы, национальности, этнического происхождения, языка, религии, пола, взглядов, политической принадлежности, имущественного положения или социального происхождения".

Статья 20

Свободный доступ к правосудию

"(1) Любое лицо имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными судами в случае нарушения его прав, свобод и законных интересов.

(2) Ни один закон не может ограничить доступ к правосудию".

Статья 23

Право каждого человека на знание своих прав и обязанностей

"(1) Каждый человек имеет право на признание его правосубъектности.

(2) Государство обеспечивает право каждого человека на знание своих прав и обязанностей. С этой целью государство публикует все законы и другие нормативные акты и обеспечивает их доступность".

Статья 26

Право на защиту

"(1) Право на защиту гарантируется.

(2) Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод.

(3) На протяжении всего процесса стороны имеют право пользоваться помощью адвоката, выбранного или назначенного.

(4) Вмешательство в деятельность лиц, осуществляющих защиту в установленных пределах, наказывается законом".

Статья 46

Право частной собственности и ее охрана

"(1) Право частной собственности, а также долговые обязательства, взятые на себя государством, гарантируются.

[...]".

Статья 47

Право на социальное обеспечение и защиту

"(1) Государство обязано принимать меры для обеспечения любому человеку достойного жизненного уровня, потребного для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, в том числе пищи, одежды, жилища, медицинского ухода и необходимого социального обслуживания.

(2) Граждане имеют право на социальное обеспечение в случае безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или в других случаях утраты средств к существованию по не зависящим от них обстоятельствам".

Статья 54

Ограничение осуществления прав или свобод

"(1) В Республике Молдова не могут быть приняты законы, запрещающие или умаляющие права и основные свободы человека и гражданина.

(2) Осуществление прав и свобод не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом, соответствуют общепризнанным нормам международного права и необходимы в интересах национальной безопасности, территориальной целостности, экономического благосостояния страны, общественного порядка, в целях предотвращения массовых беспорядков и преступлений, защиты прав, свобод и достоинства других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

(3) Положения части (2) не допускают ограничения прав, провозглашенных в статьях 20–24.

(4) Ограничение должно соответствовать обстоятельству, вызвавшему его, и не может затрагивать существование права или свободы".

Статья 114

Осуществление правосудия

"Правосудие осуществляется именем закона только судебными инстанциями".

Статья 115

Судебные инстанции

"(1) Правосудие осуществляется Высшей судебной палатой, апелляционными палатами и судами.

[...]".

Статья 119

Право на обжалование

"Решения суда могут быть обжалованы заинтересованными сторонами и компетентными государственными органами в соответствии с законом".

Статья 120

Обязательность вступивших в законную силу

приговоров и других судебных решений

"Соблюдение вступивших в законную силу приговоров и других судебных решений, а также содействие судам в ходе судебного процесса, в исполнении вступивших в законную силу приговоров и других судебных решений обязательны".

8. Применимые положения Закона № 149 от 29 июня 2012 года о несостоятельности:

Статья 143

Реестры требований

"[...]

(4) После возбуждения процедуры несостоятельности или упрощенной процедуры банкротства управляющий процессом несостоятельности/ликвидатор составляет окончательный реестр требований, содержащий все требования в отношении имущества должника на день возбуждения процедуры несостоятельности или упрощенной процедуры банкротства, в том числе признанные в предварительном реестре требований. В окончательном реестре должна быть указана сумма, признанная управляющим процессом несостоятельности/ликвидатором, и очередность исполнения требования. Окончательный реестр требований утверждается судебной инстанцией, рассматривающей дело о несостоятельности, на заседании по утверждению требований кредиторов.

(5) По истечении срока проверки управляющий/ликвидатор незамедлительно представляет окончательный реестр требований в судебную инстанцию, рассматривающую дело о несостоятельности должника. Кредиторы и должник обладают доступом к реестру и могут подавать жалобы в отношении требований, признанных управляющим/ликвидатором в реестре, а также в отношении исключенных требований.

(6) Требование, признанное управляющим процессом несостоятельности/ликвидатором и включенное им в окончательный реестр требований, считается утвержденным, если не позднее чем за 3 рабочих дня до проведения заседания по утверждению требований оно не было обжаловано должником или одним из кредиторов либо если поданная жалоба была отклонена. Подача должником жалобы не препятствует утверждению требования.

(7) Судья судебной инстанции, рассматривающей дело о несостоятельности, в результате проверки окончательного реестра требований и материалов дела с заслушиванием управляющего/ликвидатора должен утвердить требования, включенные в реестр и не обжалованные кредиторами, путем проставления своей подписи в рубрике "Утверждено" напротив каждого требования, включенного в реестр управляющим/ликвидатором. В случае подачи жалоб судья проставляет свою подпись в рубрике "Обжаловано" напротив каждого обжалованного требования и записывает лично цифрами в рубрике "Временные требования" сумму требования, которую он временно допускает на срок рассмотрения жалобы. Судья указывает в реестре также лицо, подавшее жалобу. Соответствующие отметки делаются на векселях и других долговых обязательствах.

[...]".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

9. Автор обращения об исключительном случае неконституционности утверждает, что оспариваемая норма наделяет управляющего процессом несостоятельности широкими полномочиями в вопросах проверки и признания требований в рамках процедуры несостоятельности, а порядок распределения этих полномочий в сравнении с судебной инстанцией, рассматривающей дело, нарушает права участников процесса. В этом смысле, автор отмечает, что управляющий процессом несостоятельности проверяет требования и может по своему усмотрению определять, какие требования он признает для утверждения, а какие отклоняет.

10. Автор считает, что судебная инстанция, рассматривающая дело о несостоятельности, обязана утвердить окончательный реестр требований, составленный управляющим процессом несостоятельности, не проверяя обоснованность требований, признанных для утверждения. Оспариваемая норма не позволяет судье исключать из окончательного реестра какое-либо необоснованное или спорное требование. Так, роль суда ограничена формальным утверждением реестра, составленного управляющим в отсутствие эффективного судебного контроля.

11. Автор обращения утверждает, что таким образом должник и кредиторы лишены гарантий справедливого судебного разбирательства, проводимого с соблюдением принципа состязательности процесса и права на защиту. Подписанный судьей окончательный реестр требований, составленный управляющим процессом несостоятельности, приравнивается к судебному решению, а должник и кредиторы лишены эффективного пути обжалования, позволяющего оспорить признание требований.

12. В своем обращении автор указывает, что утверждение окончательного реестра, в который были включены и признаны требования, не подтвержденные окончательным судебным решением, отсутствие у судебной инстанции полномочий по рассмотрению обоснованности требований, принятых управляющим процессом несостоятельности, и несоблюдение очередности кредиторов и/или произвольное распределение дебиторской массы нарушают право собственности должника и кредиторов.

13. По мнению автора обращения, оспариваемое положение противоречит статьям 1 ч.(3), 16, 20, 23, 26, 46, 47, 54, 114, 115, 119 и 120 Конституции.

B. Оценка Конституционного суда

14. Рассмотрев приемлемость обращения об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

15. В соответствии со статьей 135 ч.(1) п.а) Конституции, контроль конституционности законов, в настоящем деле некоторых положений Закона о несостоятельности, относится к компетенции Конституционного суда.

16. Конституционный суд отмечает, что обращение об исключительном случае неконституционности представлено субъектом, наделенным данным правом, на основании статьи 135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

17. Предметом обращения является статья 143 ч.(4) Закона о несостоятельности. Оспариваемые положения ранее не составляли предмет контроля конституционности.

18. Как вытекает из судебного определения, управляющий процессом несостоятельности представил окончательный реестр требований, который должен быть утвержден судебной инстанцией. Так, Конституционный суд допускает, что оспариваемая норма может быть применена при рассмотрении дела, в рамках которого заявлено об исключительном случае неконституционности.

19. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения по существу обращения об исключительном случае неконституционности является действие по делу одного из основных прав. Конституционному суду надлежит рассмотреть в свете доводов автора обращения, составляют ли оспариваемые положения вмешательство в основные права (см. ОКС № 193 от 21 декабря 2023 года, § 16).

20. Автор обращения утверждает, что оспариваемая норма противоречит статьям 1 ч.(3) (верховенство права), 16 (равенство), 20 (свободный доступ к правосудию), 23 (право каждого человека на знание своих прав и обязанностей), 26 (право на защиту), 46 (право частной собственности и ее охрана), 47 (право на социальное обеспечение и защиту), 54 (ограничение осуществления некоторых прав или свобод), 114 (осуществление правосудия), 115 (судебные инстанции), 119 (право на обжалование) и 120 (обязательность вступивших в законную силу приговоров и других судебных решений) Конституции.

21. Что касается действия статьи 1 ч.(3) Конституции, Конституционный суд подчеркивал, что эта норма носит общий характер и лежит в основе любого закона. Она не может служить отдельным основанием и не может рассматриваться самостоятельно, а только в сочетании с другим положением Конституции, применимым по делу (ОКС № 170 от 4 ноября 2021 года, § 23).

22. Что касается действия статей 16, 23 и 54 Конституции, Конституционный суд напоминает, что эти статьи не имеют самостоятельного применения. Для их применимости автор обращения должен доказать наличие вмешательства в гарантированные Конституцией права (ОКС № 103 от 1 июля 2021 года, § 21; ОКС № 74 от 16 июня 2022 года, § 17).

23. Относительно статей 20 и 26 Конституции, Конституционный суд отмечает, что они действуют в том случае, когда установлено ограничение права на свободный доступ к правосудию либо права на защиту при вынесении в отношении лица акта, нарушающего его основные права и свободы (ОКС № 26 от 13 февраля 2025 года, § 25).

24. Согласно положениям статей 114 и 115 Конституции, правосудие в Республике Молдова осуществляется именем закона только судебными инстанциями – Высшей судебной палатой, апелляционными палатами и судами. Конституционный суд отмечает, что в порядке статьи 115 ч.(4) Конституции Парламент уполномочен устанавливать процедуру рассмотрения дел о несостоятельности судебными инстанциями, основной задачей которых является защита кредиторов от возможных потерь, а если это невозможно, то сокращение потерь до минимума.

25. Конституционный суд не может согласиться с утверждениями автора обращения о том, что оспариваемая норма наделяет управляющего процессом несостоятельности "квазисудебными" полномочиями, позволяющими безусловное принятие требований кредиторов и включение их в окончательный реестр требований без судебной проверки, что "противоречит конституционному принципу верховенства правосудия как гаранта законности", предусмотренному статьями 114 и 115 Конституции, а также другим основным правам. Конституционный суд отмечает, что законодатель, в осуществление своих прав по регулированию законов, прямо предусмотрел, что с момента возбуждения процедуры несостоятельности деятельность органов управления должника приостанавливается (ч. (1) статьи 75 Закона о несостоятельности), право управлять и распоряжаться имуществом, составляющим дебиторскую массу, передается управляющему процессом несостоятельности/ликвидатору, назначенному судебной инстанцией, рассматривающей дело о несостоятельности (ч. (1) статьи 74), а его идентификационные данные вносятся в государственный регистр юридических лиц как управляющего неплатежеспособным юридическим лицом (ч. (6) статьи 63). Законодатель предусмотрел, что с момента назначения управляющий процессом несостоятельности/ликвидатор осуществляет права и исполняет обязанности неплатежеспособного должника и считается единственным управляющим его делами, заключая необходимые сделки и осуществляя свои законные обязанности. Управляющий процессом несостоятельности/ликвидатор осуществляет свои обязанности под надзором судебной инстанции, рассматривающей дело о несостоятельности (ч. (1) статьи 67) и обязан периодически представлять суду отчеты о своей деятельности (статья 72), другие отчеты (ч. (1) статьи 67), а также пояснения, запрашиваемые судом (ч. (1) статьи 67). В то же время судебная инстанция, рассматривающая дело о несостоятельности, не уполномочена осуществлять управленческие функции, которые возлагаются на управляющего процессом несостоятельности/ликвидатора, а любые решения по управлению могут контролироваться с точки зрения их целесообразности кредиторами посредством своих органов (ч. (7) статьи 5). Таким образом, законодатель установил, что процедуры рассмотрения дел о несостоятельности имеют свою специфику, отличную от других гражданских дел, и эта специфика касается и способа предъявления требований к неплатежеспособному должнику (см. статьи 140-141), их проверки и признания, по обстоятельствам, отклонения путем внесения в соответствующую графу окончательного реестра требований.

26. Конституционный суд отмечает, что законодатель возложил на управляющего процессом несостоятельности обязанности по (i) проверке, по обстоятельствам, предъявленных требований в отношении имущества должника, а по результатам (ii) составлению окончательного реестра требований, содержащего все требования с указанием признанной суммы и очередности исполнения требования (статья 143 части (4) и (5) Закона о несостоятельности), и представлению его в судебную инстанцию, рассматривающую дело о несостоятельности.

27. Законодатель установил, что управляющий процессом несостоятельности имеет особую роль по сравнению с другими участниками процедуры несостоятельности. Он действует не в личных интересах, а в интересах надлежащего проведения всей процедуры, в интересах неплатежеспособного должника для увеличения его имущества, а также в интересах кредиторов, чтобы они могли максимально быстро и в наибольшей степени реализовать свои требования (ОКС № 49 от 25 мая 2020 года, § 30; ОКС № 152 от 19 октября 2021 года, § 21). В связи с этим, согласно ч.(1) статьи 66 Закона о несостоятельности, законодатель наделил управляющего процессом несостоятельности полномочиями по: (i) руководству должником и управлению дебиторской массой (п. s)); (ii) ведению реестров учета кредиторских и дебиторских задолженностей должника (п. r)); (iii) уведомлению кредиторов и проверке требований, формулированию при необходимости замечаний к ним и включению их в реестры требований (п. с)).

28. При делегировании этих полномочий законодатель принял во внимание, что управляющий процессом несостоятельности/ликвидатор, назначаемый судебной инстанцией из числа авторизированных управляющих, осуществляет свободную профессиональную деятельность в публичных интересах, под собственную ответственность, с усердием добросовестного профессионала, с соблюдением принципов законности, оперативности, честности, компетентности и профессиональной этики (ОКС № 150 от 26 декабря 2019 года, § 29; ОКС № 2 от 16 января 2020 года, § 29; ОКС № 117 от 21 августа 2025 года, § 24). Он вправе проверять требования и должен действовать добросовестно, учитывая информацию, собранную для составления окончательного реестра требований (ОКС № 137 от 26 октября 2023 года, § 23), и обеспечивать соблюдение прав и законных интересов лиц, участвующих в процедурах, по которым он был назначен.

29. Следовательно, признание/непризнание требования и включение его в окончательный реестр относится к компетенции управляющего процессом несостоятельности, а его подтверждение/неподтверждение зависит от обжалования этого требования заинтересованными лицами и, в зависимости от обстоятельств, от окончательного акта судебной инстанции, рассматривающей дело о несостоятельности, которым была разрешена поданная жалоба. В то же время законодатель предусмотрел, что управляющий/ликвидатор несет ответственность за убытки, причиненные им при осуществлении управления и распоряжения имуществом неплатежеспособного лица (см. статью 73 закона), в том числе за неправильное составление окончательного реестра требований (см. ОКС № 150 от 26 декабря 2019 года, § 29).

30. Конституционный суд также не может согласиться с утверждениями автора обращения о том, что требования, включенные в окончательный реестр, не подвергаются судебному контролю. В этом смысле законодатель уполномочил судью подтверждать законность включенных в реестр и необжалованных требований, подписывая в графе "Утверждено", исходя из презумпции, что они, проверенные и признанные управляющим, являются законными. Если в отношении какого-либо требования подана жалоба, судья ставит подпись в графе "обжаловано" напротив обжалованного требования (ч. (7) статьи 143 закона). В отношении обжалованных требований законодатель предусмотрел право судебной инстанции, рассматривающей дело о несостоятельности, разрешать их в состязательном процессе, в рамках которого кредитор, чье требование обжаловано, может представить доказательства в свою пользу. Конституционный суд подчеркивает, что обязанность обосновывать судебный акт, которым удовлетворяется или отклоняется жалоба, представляет собой существенную процессуальную гарантию права на свободный доступ к правосудию, поскольку доказывает сторонам, что их доводы были приняты во внимание.

31. Законодатель в качестве исключения предусмотрел, что до прекращения процесса управляющий/ликвидатор или любая заинтересованная сторона может в случае обнаружения подлога или существенной ошибки, обусловивших признание требования, а также в случае выявления ранее неизвестных существенных обстоятельств обжаловать включение определенного требования в сводный реестр требований (ч. (8) статьи 144 закона).

32. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что законодатель создал механизмы, позволяющие каждому кредитору обжаловать принятие и включение в окончательный реестр, как и в сводный окончательный реестр, необоснованных требований, предоставляя возможность поддержать свой иск в суде, как в процессе утверждения требований, так и после него. В связи с этим, Конституционный суд отмечает, что автор обращения не объяснил, в чем именно заключается неэффективность вышеуказанных процедур обжалования, игнорировал возможность обжалования в кассационном порядке определения судебной инстанции, рассматривающей дело о несостоятельности (ч. (9) статьи 144 закона), и компетенцию кассационной инстанции проверить законность решения первой инстанции, хотя это, по сути, является дополнительной гарантией против произвола.

33. Следовательно, Конституционный суд заключает, что статьи 20 и 26 Конституции неприменимы по данному делу.

34. Что касается статьи 46 Конституции, Конституционный суд в своей практике отмечал, что внутреннее законодательство должно предоставлять лицу возможность представить свое дело в компетентный орган, который может высказаться относительно меры, нарушающей его право собственности. Государство обязано устанавливать судебные процедуры, содержащие достаточные гарантии и позволяющие судам эффективно и справедливо разрешать любой спор между частными лицами, а также между субъектами и государством (см. ОКС № 110 от 6 сентября 2022 года, § 31; ОКС №145 от 21 ноября 2024 года, § 43).

35. Конституционный суд не может согласиться и с тем доводом автора обращения, в котором утверждается, что "существует риск нарушения прав требования других кредиторов признанием необоснованных, ошибочно оцениваемых, спорных или даже несуществующих требований", что может привести к несоблюдению очередности кредиторов и/или произвольному распределению дебиторской массы. Хотя признание несоответствующих требований может повлиять на других кредиторов в силу состязательного характера процедуры несостоятельности, Конституционный суд считает, что законодатель предоставил участникам процесса, то есть кредиторам неплатежеспособного должника, процессуальные гарантии, позволяющие им защитить свое право собственности в судебной инстанции (см. выше § 32).

36. Таким образом, Конституционный суд не может согласиться с доводами автора о применимости по делу права собственности.

37. Что касается действия статьи 47 Конституции, автор не представил аргументов, доказывающих противоречие оспариваемых положений приведенной конституционной норме. Конституционный суд отмечает, что простое перечисление конституционных норм, в отсутствие доводов о предполагаемом противоречии им оспариваемых законодательных положений, не может расцениваться как истинная критика о неконституционности (ОКС № 195 от 21 декабря 2023 года, §26; ОКС № 153 от 5 декабря 2024 года, § 30).

38. Учитывая вышеизложенное, Конституционный суд заключает, что обращение об исключительном случае неконституционности не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

По этим основаниям, руководствуясь статьями 135 ч.(1) п.а) и п.g), 140 ч.(2) Конституции, статьями 27 ч.(2) и ч.(4) п.d), 37 и 40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности статьи 143 ч.(4) Закона № 149 от 29 июня 2012 года о несостоятельности, заявленном адвокатом Тудором Бухнач в интересах ООО "Volta" по делу № 2i-165/2023, находящемуся в производстве суда Кишинэу, главный офис.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в "Monitorul Oficial al Republicii Moldova".