Определение N 77 от 08.05.2026 о неприемлемости обращения № 93g/2026 г. об исключительном случае неконституционности второго предложения в части (5) ст.7 Закона № 294 от 21 декабря 2007 года о политических партиях (выход из партии или из руководящих органов партии, обусловленный регистрацией данного факта в Агентстве государственных услуг)

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о неприемлемости обращения № 93g/2026 г. об исключительном случае

неконституционности второго предложения в части (5) ст.7 Закона

№ 294 от 21 декабря 2007 года о политических партиях

(выход из партии или из руководящих органов партии, обусловленный

регистрацией данного факта в Агентстве государственных услуг)

№ 77  от  08.05.2026

 (в силу 08.05.2026) 

Мониторул Офичиал ал Р. Молдова № 222-223 ст. 93 от 27.05.2026

* * *

Конституционный суд в составе:

Домника МАНОЛЕ, председатель,

Серджиу ЛИТВИНЕНКО,

Ион МАЛАНЧУК,

Виорика ПУЙКА,

Николае РОШКА,

Люба ШОВА, судьи,

при участии помощника судьи Думитру Аворника,

принимая во внимание обращение,

зарегистрированное 4 мая 2026 года,

рассмотрев приемлемость указанного обращения,

учитывая акты и материалы дела,

проведя обсуждение в совещательной комнате 8 мая 2026 г.,

выносит следующее определение.

ПРОЦЕДУРНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Основанием для рассмотрения дела послужило обращение об исключительном случае неконституционности второго предложения в части (5) ст.7 Закона № 294 от 21 декабря 2007 года о политических партиях, представленное Адрианом Дулгер в рамках дела № 3а-84/2026, рассматриваемого в Апелляционной палате Север.

2. Обращение в Конституционный суд направил судебный состав Апелляционной палаты Север в лице Елены Грумеза, Ивана Парий и Натальи Косташ в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

ФАКТИЧЕСКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

A. Обстоятельства основного спора

3. Постановлением № 4265 от 22 декабря 2025 года Центральная избирательная комиссия назначила на 17 мая 2026 года проведение новых местных выборов на должность примара муниципия Орхей.

4. Адриан Дулгер 7 апреля 2026 года подал в окружной избирательный совет мун. Орхей № 25/1 заявление о регистрации в качестве независимого кандидата на должность примара мун.Орхей. В то же время Адриан Дулгер подписал под свою ответственность декларацию, что в течение 70 дней до выборов не является членом какой-либо политической партии.

5. Постановлением № 22 от 14 апреля 2026 года окружной избирательный совет мун. Орхей № 25/1 отказал Адриану Дулгер в регистрации в качестве независимого кандидата на должность примара мун. Орхей, поскольку, согласно документам Государственного регистра юридических лиц, он является членом национального политического совета и центрального постоянного бюро политической партии "Коалиция за единство и благосостояние".

6. Адриан Дулгер обжаловал это постановление в Центральную избирательную комиссию, отметив, что 23 января 2026 года подал заявление о выходе из политической партии "Коалиция за единство и благосостояние". В настоящее время он не является ни членом данной партии, ни членом ее руководящих органов. Постановлением № 4485 от 21 апреля 2026 года Центральная избирательная комиссия отклонила жалобу.

7. Адриан Дулгер 24 апреля 2026 года подал в суд Орхей (главный офис) в административном судопроизводстве исковое заявление, которым потребовал отменить указанные в §§ 5 и 6 постановления избирательных органов. Решением от 27 апреля 2026 года суд Орхей отклонил иск. Адриан Дулгер подал в Апелляционную палату Север жалобу на данное решение.

8. В ходе апелляционного судопроизводства – 30 апреля 2026 года Адриан Дулгер представил запрос об исключительном случае неконституционности второго предложения в части (5) ст.7 Закона № 294 от 21 декабря 2007 года о политических партиях.

9. Определением от 1 мая 2026 года Апелляционная палата Север удовлетворила запрос об исключительном случае неконституционности и направила обращение в Конституционный суд для разрешения.

B. Применимое законодательство

10. Применимые положения Конституции:

Статья 1

Государство Республика Молдова

"[…]

(3) Республика Молдова – демократическое правовое государство, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются".

Статья 38

Право избирать и быть избранным

"[…]

(3) Право быть избранным гарантируется гражданам Республики Молдова, имеющим право избирать, в соответствии с законом".

Статья 39

Право на управление

"(1) Граждане Республики Молдова имеют право на участие в управлении общественными делами как непосредственно, так и через своих представителей.

(2) Любому гражданину обеспечивается в соответствии с законом доступ к государственной службе".

Статья 41

Свобода партий и других общественно-политических организаций

"(1) Граждане могут свободно объединяться в партии и другие общественно-политические организации, способствующие выявлению и выражению политической воли граждан и участвующие в выборах в соответствии с законом.

[…]".

11. Применимые положения Закона № 294 от 21 декабря 2007 года о политических партиях:

Статья 7

Вступление в политическую партию. Приобретение

и утрата членства в политической партии

"(1) Чтобы стать членом политической партии, гражданин Республики Молдова подает письменное заявление о вступлении в эту партию. Орган партии, уполномоченный уставом принимать новых членов, принимает решение об удовлетворении или отклонении заявления о вступлении в партию.

(2) Гражданин Республики Молдова не может быть одновременно членом двух или более политических партий. При вступлении в другую политическую партию лицо автоматически утрачивает членство в партии, членом которой оно являлось.

(3) Вступление в какую-либо политическую партию и утрата членства в партии не могут служить основанием для получения каких-либо привилегий или для ограничения основных прав и обязанностей.

(4) Член любой политической партии может выйти из нее, подав письменное заявление в соответствующую политическую партию или Агентство государственных услуг.

(5) Приобретение и утрата членства в какой-либо политической партии регулируются внутрипартийными нормами, предусмотренными уставом партии. Члены политической партии, подпадающие под действие пункта e⁵) части (1) статьи 3 Закона о декларировании имущества и личных интересов № 133/2016, утрачивают статус члена руководящего органа и/или члена политической партии только после регистрации внесенных изменений Агентством государственных услуг в сроки, установленные статьей 10 настоящего закона".

ВОПРОСЫ ПРАВА

A. Аргументы автора обращения

12. Автор обращения оспаривает второе предложение в части (5) ст.7 Закона о политических партиях, согласно которому утрата статуса члена партии производит юридические последствия только после регистрации внесенных изменений Агентством государственных услуг.

13. На основании ст.1 ч.(3) Конституции автор подвергает критике отсутствие ясности и предсказуемости нормы, считая, что эти элементы являются существенными в правовом государстве. Он подчеркивает существующее между правом на одностороннее решение о выходе из партии и моментом наступления юридических последствий противоречие, которое вызывает правовую неопределенность и не позволяет лицу предвидеть последствия своих действий. Автор считает, что это вмешательство является несоразмерным, поскольку законодателем не были предусмотрены механизмы, позволяющие правообладателю ускорить формальности, связанные с регистрацией, или проверить этот процесс. Используя исключительно формальный учет в ущерб правовой реальности и выраженной воле, норма неоправданно перекладывает на гражданина последствия бездействия третьих лиц, затрагивая саму сущность основных прав.

14. Автор обращения утверждает, что нарушается ст.38 ч.(3) Конституции, закрепляющая право лица быть избранным, поскольку оспариваемая норма обуславливает избираемость независимого кандидата от выполнения административных формальностей, которые зависят от третьих лиц, превращая данное право в иллюзорное право. В этом случае кандидат исключается из выборов не по причине его поведения, а за невыполнение административных формальностей, в чем его вины нет.

15. Автор обращения утверждает, что оспариваемая норма игнорирует и ст.39 Конституции, которая гарантирует право на участие в управлении общественными делами, мотивируя тем, что доступ к выборной должности зависит от старательности частных органов. С одной стороны, эта ситуация приводит к неравенству кандидатов, а, с другой стороны, приводит к произвольному ограничению участия кандидатов в общественной жизни, поскольку факторы, не зависящие от их воли, могут повлиять на осуществление права быть избранными. Он отмечает, что доступ к государственной должности должен осуществляться по объективным критериям и должен зависеть не от действий третьих лиц, а от обстоятельств, вменяемых в вину лично кандидату.

16. Ссылаясь на ст.41 ч.(1) Конституции, автор обращения отмечает, что нарушается право лица на свободу объединения ограничением права выхода из политической организации простым выражением воли. Устанавливая абсолютную презумпцию членства до официальной регистрации, которая не может быть опровергнута лишь заявлением о выходе из партии, закон ставит свободу кандидата в зависимость от поведения партии или Агентства государственных услуг. Оспариваемая норма не предусматривает сроки, процедуру или другие гарантии для регистрации изменений, которыми лицо могло бы обеспечить выполнение этих формальностей. Кроме того, законодатель не устанавливает менее интрузивных мер, позволяющих учитывать момент выражения лицом решения покинуть политическую партию.

B. Оценка Конституционного суда

17. Рассмотрев с точки зрения приемлемости обращение об исключительном случае неконституционности, Конституционный суд отмечает следующее.

18. Согласно ст.135 ч.(1) п.а) Конституции конституционный контроль законов, в рассматриваемом случае некоторых положений Закона о политических партиях, входит в компетенцию Конституционного суда.

19. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено уполномоченным субъектом по ходатайству стороны судебного процесса в соответствии со ст.135 ч.(1) п.а) и п.g) Конституции.

20. Предметом обращения является второе предложение в части (5) ст.7 Закона о политических партиях. Оспариваемая норма ранее не составила предмет конституционного контроля.

21. Обращение об исключительном случае неконституционности было представлено по делу, предметом которого является рассмотрение законности административных актов, которыми автору обращения было отказано в регистрации для участия в новых местных выборах в качестве независимого кандидата на должность примара мун. Орхей. Конституционный суд допускает, что судебная инстанция применит оспариваемые положения при разрешении дела, в рамках которого было заявлено об исключительном случае неконституционности.

22. Конституционный суд отмечает, что другим обязательным условием для рассмотрения обращения об исключительном случае неконституционности по существу является действие одного из основных прав. Так, Конституционный суд проведет анализ исходя из аргументов автора обращения, если оспариваемые положения совершают вмешательство в основные права (см. ОКС № 167 от 13 ноября 2025 г., § 18).

23. По утверждениям автора обращения, оспариваемая норма противоречит ст.1 ч.(2) (главенство права), ст.38 ч.(3) (право избирать и быть избранным), ст.39 (право на управление) и ст.41 ч.(1) (свобода партий и других общественно-политических организаций) Конституции.

24. Касательно предполагаемого нарушения ст.1 ч.(3) Конституции Конституционный суд отмечает, что данная статья имеет общий характер и подлежит применению, если выявлено ее действие вместе с другими конституционными нормами (см. ОКС № 147 от 2 октября 2025 г., § 18).

25. В своей практике Конституционный суд указал, что положения ст.38 ч.(3) Конституции, гарантирующие гражданам Республики Молдова право быть избранными, подразумевают регулирование законом порядка реализации этого права, включая установление некоторых ограничений (см. ОКС № 8 от 5 марта 2024 г., § 22; ОКС № 133 от 22 сентября 2025 г., § 28).

26. Согласно ст.72 ч.(3) п.а) и п.g) Конституции, избирательная система, организация и деятельность политических партий регламентируются органическим законом.

27. Таким образом, Парламент обладает широкой свободой усмотрения в регулировании правил, связанных как с организацией партий, так и с осуществлением права лица быть избранным, при условии, что эти правила не сводят к нулю сущность данного права.

28. В то же время, согласно практике ЕСПЧ, право баллотироваться на выборах является неотъемлемым элементом подлинной демократии (см. Подкользина против Латвии, 9 апреля 2002 г., § 35). В национальной правовой системе договаривающиеся государства могут подвергать право избирать и право быть избранным некоторым ограничениям, которые, в принципе, не запрещены положениями ст.3 (см. Тахиров против Азербайджана, 11 июня 2015 г., § 54). Осуществление права баллотироваться на парламентских выборах ("пассивный" аспект) может быть подчинено более строгим требованиям, чем осуществление права избирать ("активный" аспект) (см., mutatis mutandis, Мелниченко против Украины, 19 октября 2004 г., § 57; Ždanoka против Латвии [БП], 16 марта 2006 г., § 115).

29. Конституционный суд отмечает, что второе предложение в части (5) ст.7 Закона о политических партиях предусматривает, что "члены политической партии, подпадающие под действие пункта e⁵) части (1) статьи 3 Закона о декларировании имущества и личных интересов № 133/2016, утрачивают статус члена руководящего органа и/или члена политической партии только после регистрации внесенных изменений Агентством государственных услуг в сроки, установленные статьей 10 настоящего закона". Таким образом, оспариваемая норма не устанавливает запрет на участие лица в выборах в качестве кандидата, а предусматривает, с какого момента прекращение статуса члена руководящего органа и/или статуса члена политической партии производит юридические последствия, а именно после регистрации изменений Агентством государственных услуг.

30. В этом контексте Конституционный суд отмечает, что автор обращения подвергает критике положение закона, предусматривающее момент наступления юридических последствий после утраты статуса члена партии и/или члена руководящих органов партии, которое не нарушает право лица быть избранным.

31. Относительно утраты статуса члена партии ст.7 ч.(4) закона предусматривает порядок отказа от членства в политической партии: "Член любой политической партии может выйти из нее, подав письменное заявление в соответствующую политическую партию или Агентство государственных услуг". В то же время ст.6 ч.(6) закона предусматривает момент прекращения членства, а именно: "Указанные права и обязанности прекращаются с момента внесения в реестр записи о прекращении членства в политической партии".

32. Конституционный суд отмечает, что сфера применения оспариваемой нормы ограничена и относится она только к категории лиц, указанных в ст.3 ч.(1) п.е⁵) Закона № 133 от 17 июня 2016 года о декларировании имущества и личных интересов, в частности, к председателям политических партий и их заместителям, членам центральных исполнительных органов политических партий, независимо от их наименования согласно уставу партии, не занимающим иных должностей, предусмотренных этой статьей. Именно для данной категории лиц законодатель в особом порядке установил момент прекращения членства в партии. Так, эти лица "утрачивают статус члена руководящего органа и/или члена политической партии только после регистрации внесенных изменений Агентством государственных услуг в сроки, установленные статьей 10 настоящего закона" (ст.7 ч.(5) закона).

33. Конституционный суд отмечает, что внесение в реестр записи об утрате статуса члена политической партии тесно связано с обязанностью партий вести учет партийных членов, обновить реестр и представить его в Центральную избирательную комиссию или Агентство государственных услуг в установленные каждым из этих учреждений сроки и форме (ст.6 ч.(5) закона).

34. Ранее Конституционный суд осуществил конституционный контроль положений, предусматривающих обязанность политических партий составлять и обновлять реестр членов партий. Конституционный суд отметил, что изменения, внесенные в Закон о политических партиях, связанные с обязательностью ведения реестра членов партии и представления этого реестра компетентным государственным органам, вписываются в логику законодательной согласованности, которая включает принятие мер для обеспечения свободного волеизъявления граждан на выборах, а также для информирования широкой публики, представляя наиболее точные данные об организации, функционировании и деятельности политических партий, которые в ходе избирательного процесса ведут политическую борьбу за политическую власть (ОКС № 111 от 12 августа 2025 г., § 40).

35. Конституционный суд отмечает, что выбор законодателя обуславливать юридические последствия отказа от членства в партии формальным учетом относится к его свободе усмотрения в сфере организации и функционирования политических партий и направлен на обеспечение правовой определенности и противопоставляемости акта отказа третьим лицам.

36. Относительно аргумента автора о том, что норма неоправданно перекладывает на гражданина последствия бездействия политической партии или Агентства государственных услуг, Конституционный суд отмечает, что в случае отказа от членства в политической партии по закону подается письменное заявление в политическую партию или Агентство государственных услуг (см. 7 ч.(4) закона). Если подается заявление о выходе из политической партии, эта партия обязана внести изменения в численный и номинальный список членов и уведомить об этом Агентство государственных услуг в срок, не превышающий 15 дней с даты принятия соответствующего решения (ст.10 ч.(2) закона). Более того, согласно ст.10 ч.(3) закона, Агентство государственных услуг обязано регистрировать соответствующие изменения и дополнения согласно положениям ст.8 ч.(3) - (6), как правило, в 15-дневный срок с даты подачи документов. Кроме того, центральные исполнительные органы политической партии несут ответственность за достоверность данных и сведений, а также за их сообщение (см. 7¹ ч.(3) закона). Следовательно, возможное несоблюдение установленного срока не вызвано положениями закона, а является результатом того, как эти положения были применены. Компетентная судебная инстанция могла исправить указанное автором обращения возможное бездействие партии или, в зависимости от случая, Агентства государственных услуг, например, иском об обязании в соответствии с Административным кодексом.

37. Отсюда Конституционный суд приходит к выводу, что ст.38 ч.(3) Конституции не подлежит применению по делу.

38. Относительно действия ст.39 Конституции, которая гарантирует право на управление, автор обращения отмечает, что оспариваемая норма вызывает неравенство между кандидатами и произвольное ограничение участия в общественной жизни. В этом аспекте Конституционный суд отмечает, что требование о регистрации в Агентстве государственных услуг факта утраты статуса члена партии является объективным критерием и применяется в равной мере ко всем независимым кандидатам – бывшим членам руководящих органов политических партий (ст.3 ч.(1) п.e⁵) Закона № 133 от 17 июня 2016 г.). Конституционный суд приходит к выводу, что ст.39 Конституции не подлежит применению по делу.

39. Относительно действия ст.41 ч.(1) Конституции, которая гарантирует право на свободу объединения в политические партии, Конституционный суд отмечает, что оспариваемая норма не нарушает право на выход из политической партии, а определяет, с какого момента данное решение порождает юридические последствия. Таким образом, данная статья не подлежит применению по делу.

40. Исходя из вышеизложенного, Конституционный суд отмечает, что обращение не отвечает требованиям приемлемости и не может быть принято к рассмотрению по существу.

Руководствуясь положениями ст.135 ч.(1) п.а) и ст.140 ч.(2) Конституции, ст.27 ч.(2), ч.(3) п.f) и ч.(4) п.d), ст.37 и ст.40 Закона о Конституционном суде, Конституционный суд

ОПРЕДЕЛЯЕТ:

1. Признать неприемлемым обращение об исключительном случае неконституционности второго предложения в части (5) ст.7 Закона № 294 от 21 декабря 2007 года о политических партиях, представленное Адрианом Дулгер, в рамках дела № 3а-84/2026, рассматриваемого в Апелляционной палате Север.

2. Настоящее определение является окончательным, обжалованию не подлежит, вступает в силу со дня принятия и публикуется в Monitorul Oficial al Republicii Moldova.